📉 Рынок сокращается, но деньги растут

В 2025 году в России продали 205,7 млн дал алкогольной продукции — это минимальный показатель за последние восемь лет. Продажи снизились на 9,3%.

▪️ Производство водки уменьшилось на 4,2% — до 79,3 млн дал.
▪️ Производство коньяка сократилось на 13,3% — до 8,37 млн дал.
▪️ Денежный объём рынка вырос на 14,7% и превысил 2 трлн рублей.

Главная причина роста стоимости рынка — повышение акцизов и минимальных цен. Цена минимальной бутылки водки 0,5 л выросла с 299 рублей в 2025 году до 409 рублей в 2026 году. 🍾

🏆 Топ-10 алкогольных компаний России

1. Novabev Group
💰 Выручка: 38,2 млрд ₽
🏭 Производство: 13,2 млн дал
👤 Владельцы: Александр Мечетин, частные инвесторы
📍 Россия
Крупнейший производитель алкоголя в стране. До 2023 года компания называлась Beluga Group. В группу входят семь заводов и сеть «ВинЛаб» — 2175 магазинов.

2. Алвиса
💰 Выручка: 30,3 млрд ₽
🏭 Производство: 4,1 млн дал
👤 Владельцы: Камиль и Герей Аскендеровы
📍 Дагестан / Россия
Крупный производитель коньяка, виски, вина, джина и рома. Главные бренды — «Старейшина» и «Киновский».

3. Татспиртпром
💰 Выручка: 23,7 млрд ₽
🏭 Производство: 13,2 млн дал
👤 Владельцы: Владимир Акаев, ЗПИФ «Батман»
📍 Татарстан
В 2025 году стал частью «Росспиртпрома». Бренд Tundra вошёл в число крупнейших марок крепкого алкоголя с продажами 4,7 млн дал.

4. Ladoga
💰 Выручка: 19,7 млрд ₽
🏭 Производство: 7,8 млн дал
👤 Владельцы: Анна Купоросова, Вениамин и Светлана Грабар, Владимир Евстратьев и др.
📍 Санкт-Петербург
Производитель водки «Царская» и джина Barrister. В 2025 году Barrister занял 66,4% рынка джина.

5. Roust
💰 Выручка: 18,6 млрд ₽
🏭 Производство: 6,2 млн дал
👤 Владельцы: Рустам Тарико, частные инвесторы
📍 Россия
Выпускает водку «Русский стандарт», виски, джин и бренди.

6. Алкогольная сибирская группа (АСГ)
💰 Выручка: 18,5 млрд ₽
🏭 Производство: 11,2 млн дал
👤 Владельцы: Boreal Spirits
📍 Омск
Производитель брендов «Белая березка», «Хаски», «Пять озер».

7. Кубань-Вино
💰 Выручка: 18,4 млрд ₽
🏭 Производство: 6,3 млн дал
👤 Владельцы: Росимущество
📍 Краснодарский край
Крупнейшая российская винодельня. В 2025 году произвела более 90 млн бутылок тихих и игристых вин.

8. Абрау-Дюрсо
💰 Выручка: 18,2 млрд ₽
🏭 Производство: 5,8 млн дал
👤 Владельцы: Борис и Павел Титовы, частные инвесторы
📍 Краснодарский край
Историческая винодельня, основанная в 1870 году. Около 10% выручки компании приносит винный туризм.

9. Stellar Group
💰 Выручка: 14,3 млрд ₽
🏭 Производство: 4,4 млн дал
👤 Владельцы: Леонид Кимельфельд, Артем Сипаков
📍 Московская область
Производит виски Mancatcher и Steersman, бренди Old Barrel, ром Castro и другие напитки.

10. Саранский ликеро-водочный завод
💰 Выручка: 14,2 млрд ₽
🏭 Производство: 4,9 млн дал
👤 Владельцы: ЗПИФ «Северная Эгида — Перспективный», Евгений Сидоров
📍 Мордовия
Флагманская водка «Деревенька» в 2025 году заняла третье место по популярности в России.

🔄 Рынок готовится к новой волне сделок

Алкогольная отрасль входит в период консолидации. Главный потенциальный игрок M&A — «Росспиртпром», который в 2025 году приобрёл 51% «Тульского винокуренного завода 1911» и поглотил «Татспиртпром».

Совокупная выручка этих активов составляет почти 34 млрд рублей. Если бы «Росспиртпром» участвовал в рейтинге Forbes, он занял бы второе место. 📊

Подробности Forbes

30 крупнейших производителей алкоголя. Рейтинг Forbes — 2026

Forbes представляет второй рейтинг крупнейших (по производственной выручке) алкогольных компаний России. Несмотря на то что алкоголя в России второй год подряд продается все меньше, совокупная выручка 30 участников рейтинга в 2025-м выросла почти в полтора раза — с 229 млрд до 343 млрд рублей. Чтобы добиться аналогичного прироста продаж, участникам прошлогоднего рейтинга потребовалось три года. В следующем году в рейтинге могут произойти крупные перестановки — сразу у трех его участников уже сменились собственники. Ими стали структуры, косвенно связанные с Аркадием Ротенбергом

Сообщение Топ-30 крупнейших производителей алкоголя России 2026 по версии Forbes появились сначала на ECOMHUB - о E-Commerce, омниканальном ритейле, логистике, технологиях, соцсетях.

Роскомнадзор оценил объём зарегистрированной интернет-рекламы в России в 2025 году в 691 млрд рублей с НДС — на 19,5% меньше, чем годом ранее. При этом отраслевые измерители показывают противоположную динамику: АКАР оценивает рост сегмента онлайн-сервисов на 9%, до 510,1 млрд рублей, а АРИР — рост всего рынка интернет-рекламы на 28%, до 1,57 трлн рублей с учётом ритейл-медиа. Главное объяснение расхождения — разные методики: ЕРИР считает только зарегистрированную и маркированную рекламу, тогда как отраслевые оценки охватывают более широкий набор цифровых форматов.

📊 Главные показатели ЕРИР

В 2025 году на рынке работали 1,247 млн рекламодателей, 95,2 тыс. операторов рекламных систем и рекламораспространителей, а также 5426 агентств. Было зарегистрировано 1,42 млрд креативов, а средний бюджет одного рекламодателя составил 554,2 тыс. рублей.

За год:

▪️ объём зарегистрированной рекламы снизился на 19,5%;
▪️ число креативов сократилось почти в 2,5 раза — с 3,48 млрд до 1,42 млрд;
▪️ средний бюджет рекламодателя уменьшился на 16,5%;
▪️ количество рекламодателей сократилось лишь на 3,6%.

Получается, что участников рынка стало ненамного меньше, но каждый в среднем тратил меньше и использовал значительно меньше рекламных материалов.

🏦 Рынок контролируют крупнейшие компании

Всего 2,5% рекламодателей обеспечили 63,5% всех расходов — 451,4 млрд рублей. Ещё показательнее концентрация в верхнем сегменте: 84 компании с бюджетом более 1 млрд рублей сформировали 236,9 млрд рублей, или 34,3% рынка.

При этом 99,77% рекламодателей тратят менее 20 млн рублей в год, но на них приходится только 29,2% совокупных бюджетов.

🏙️ Москва собирает больше половины рынка

На Москву пришлось 383,8 млрд рублей, или 55,5% всех зарегистрированных расходов. Санкт-Петербург получил 59,6 млрд рублей, Московская область — 48,9 млрд рублей. Вместе эти три региона аккумулировали свыше 71% рынка.

Такая концентрация отражает прежде всего место регистрации крупнейших федеральных компаний, хотя их реклама распространяется по всей стране.

🛍️ Торговля остаётся главным рекламодателем

Оптовая и розничная торговля направила на интернет-рекламу 180,5 млрд рублей, или 27,4% рынка. Далее следуют:

▪️ информационные технологии — 103,5 млрд рублей;
▪️ финансовый сектор — 75,9 млрд рублей;
▪️ недвижимость и строительство — 47,4 млрд рублей;
▪️ автомобильная отрасль — 30,6 млрд рублей.

Финансовый сектор лидирует по среднему бюджету на одного рекламодателя — почти 22,7 млн рублей.

📱 Баннеры и сайты всё ещё доминируют

На изображения и баннеры пришлось 419,4 млрд рублей, на видеорекламу — 139,1 млрд, на текстовые объявления — 107,2 млрд рублей.

По каналам распространения лидируют:

▪️ сайты — 297,6 млрд рублей;
▪️ мобильные приложения — 175,2 млрд;
▪️ социальные сети — 116,3 млрд;
▪️ интернет-СМИ — 34,1 млрд;
▪️ видеохостинги — 15,3 млрд рублей.

📌 Главное

Отчёт ЕРИР показывает не обязательно физическое сокращение всего рекламного рынка, а снижение объёма рекламы, попавшей в государственный контур маркировки. При этом рынок остаётся крайне концентрированным, торговля сохраняет лидерство, а более трети всех расходов формируют всего 84 крупнейших рекламодателя. Главная проблема — отсутствие единой сопоставимой методики между государственным реестром и отраслевыми измерителями.

_______________________

UPD от 15/07/2026 17:57 от Диджитал Маркетинг Клаб Раша

Рынок интернет-рекламы в 2025 вырос на 9% и составил 936 млрд рублей на базе данных ЕРИР

Вчера вышел отчет РКН по объему рынка рекламы в 2025 году. Там показано, тот рынок интернет-рекламы снизился на 19.5% и составил 691 млрд рублей с НДС. Но важно учесть, что с с апреля 2025 года из маркировки исключили поисковую рекламу, поэтому динамика рынка показывалась не совсем корректная.

Вообще за 3 года публикации отчетности, пока все данные собирались по разной методологии:
— 2023 — учитывалась часть года + маркировка не обязательная была
— 2024 — собирали данные полный год
— 2025 — с апреля перестали учитывать поисковые объявления

Мы сделали свой расчет, в котором добавили выпавшие бюджеты поисковой рекламы, чтобы получилось более корректное сравнение:
2024 — 858.5 млрд рублей с НДС
2025 — 936 млрд рублей с НДС (+9% г/г). 691 млрд рублей + 245 млрд рублей оценка бюджетов поисковой рекламы.

Расчет:
• Выручка Яндекса за 2025 год — 449.1 млрд рублей
• Доля поисковой рекламы 60% — оценка
• Доля выручки с апреля по декабрь 75.8% — на базе публичной квартальной отчетности
• НДС 20% — так как РКН считает с НДС

Получилось — 245 млрд рублей.

_______________________

Подробности

Российский рынок интернет-рекламы в 2025 году: данные ЕРИР показали спад, несмотря на рост отрасли

Роскомнадзор опубликовал ежегодный отчет о российском рынке интернет-рекламы, подготовленный на основе данных Единого реестра интернет-рекламы (ЕРИР). Документ показал неожиданную картину: объем зарегистрированной («белой») интернет-рекламы в 2025 году составил 691 млрд рублей, что на 19,5% меньше, чем годом ранее. При этом отраслевые измерители — Ассоциация коммуникационных агентств России (АКАР) и Ассоциация развития интерактивной рекламы (АРИР) — напротив, оценили 2025 год как период роста.

Это противоречие стало главным выводом исследования. Оно связано не столько с состоянием рекламного рынка, сколько с различиями в методике подсчета. ЕРИР фиксирует только маркированную интернет-рекламу, зарегистрированную в государственном реестре, тогда как отраслевые исследования учитывают значительно более широкий круг рекламных инструментов, включая ритейл-медиа, часть видеорекламы и другие цифровые форматы.

Основные показатели рынка

По данным ЕРИР, совокупный объем рекламных бюджетов в интернете в 2025 году составил 691 млрд рублей (с учетом НДС). На рынке работали 1,247 млн рекламодателей, 95,2 тыс. операторов рекламных систем и рекламораспространителей, а также 5 426 рекламных агентств. За год было зарегистрировано 1,42 млрд рекламных креативов, а средний рекламный бюджет одного рекламодателя составил 554,2 тыс. рублей.

По сравнению с 2024 годом изменения оказались весьма заметными.

• объем зарегистрированной интернет-рекламы сократился на 19,5%;
• количество рекламных креативов уменьшилось почти в 2,5 раза — с 3,48 млрд до 1,42 млрд;
• средний бюджет рекламодателя снизился на 16,5%;
• число рекламодателей сократилось сравнительно незначительно — на 3,6%, до 1,25 млн компаний и предпринимателей.

Получается интересная картина: рекламодателей стало лишь немного меньше, однако каждый из них в среднем размещал меньше рекламы и создавал значительно меньше рекламных материалов.

В течение года рынок был относительно стабильным

Поквартальная динамика показывает, что серьезных провалов внутри года не произошло. Наиболее сильным оказался первый квартал, когда рекламные бюджеты достигли 195 млрд рублей. Затем последовало снижение до 149 млрд рублей во втором квартале, небольшой рост летом (154,7 млрд) и практически полное восстановление в четвертом квартале — 192 млрд рублей.

Количество рекламодателей также менялось незначительно — от 670 тыс. в первом квартале до 633 тыс. в четвертом. Гораздо сильнее колебалось число рекламных креативов: если в январе—марте было зарегистрировано 742,6 млн материалов, то во втором и третьем кварталах этот показатель снизился примерно вдвое, после чего к концу года вновь вырос до 374,7 млн. Это может свидетельствовать о том, что рекламодатели стали использовать меньше отдельных креативов, концентрируя бюджеты на более крупных размещениях.

Рынок остается крайне концентрированным

Одной из наиболее показательных частей исследования стала структура рекламных бюджетов по размеру бизнеса.

Всего 2,5% рекламодателей, относящихся к категории крупных компаний, обеспечили 63,5% всех рекламных расходов в интернете. На них пришлось 451,4 млрд рублей рекламных бюджетов. При этом средний рекламный бюджет одной крупной компании достиг 14,6 млн рублей за год.

Микропредприятия составляют 34,4% всех рекламодателей, однако обеспечивают лишь 19,7% рекламных бюджетов. Физические лица формируют сразу 57% участников рынка, но на их долю приходится всего 4,4% расходов. Таким образом, большая часть рекламной активности по числу участников приходится на малый бизнес и физических лиц, однако основные деньги по-прежнему сосредоточены у крупнейших компаний.

Еще сильнее концентрация проявляется среди крупнейших рекламодателей.

Всего 84 компании, каждая из которых потратила на интернет-рекламу более 1 млрд рублей, обеспечили 236,9 млрд рублей, или 34,3% всего рынка. При этом их доля среди всех рекламодателей составляет всего 0,01%.

Обратная ситуация наблюдается у небольших рекламодателей. 99,77% участников рынка имеют годовой рекламный бюджет менее 20 млн рублей, однако совокупно формируют лишь 29,2% всех расходов.

География рекламного рынка

Как и ожидалось, центр интернет-рекламы остается в Москве.

На столицу приходится 383,8 млрд рублей, или 55,5% всех рекламных бюджетов, зарегистрированных в ЕРИР. Санкт-Петербург занимает второе место с 59,6 млрд рублей (8,6% рынка), Московская область — третье (48,9 млрд рублей, 7,1%). В совокупности эти три региона аккумулируют более 71% всех рекламных бюджетов страны.

Далее следуют Краснодарский край (19,2 млрд рублей), Новосибирская область (16,4 млрд), Свердловская область (11,9 млрд) и Татарстан (9,4 млрд рублей). При этом Роскомнадзор отмечает, что столь высокая концентрация объясняется прежде всего регистрацией крупнейших федеральных компаний именно в Москве и Санкт-Петербурге, хотя реклама фактически распространяется по всей стране.

Малый бизнес обеспечивает почти треть рынка

Отдельный раздел посвящен малому и среднему предпринимательству.

В 2025 году 483,5 тыс. компаний МСП потратили на интернет-рекламу 205,7 млрд рублей. Это составляет 29,8% всех рекламных бюджетов и 38,8% всех рекламодателей. Средний рекламный бюджет одного предприятия МСП составил 425 тыс. рублей.

В некоторых регионах именно МСП формирует основную часть рекламной активности. Например, в Калмыкии доля малого бизнеса достигает 97,5% рекламных бюджетов, в Хабаровском крае — почти 80%, в Удмуртии — 76,8%, в Красноярском крае — 75%.

Главный рекламодатель — торговля

Наиболее крупной отраслью российского рынка интернет-рекламы остается торговля.

Компании из категории «Оптовая и розничная торговля» направили на интернет-рекламу 180,5 млрд рублей, что соответствует 27,4% всего рынка. При этом на них приходится около 30% всех рекламодателей.

Второе место занимает информационные технологии — 103,5 млрд рублей (15,7% рынка), третье — финансовый сектор с 75,9 млрд рублей (11,5%).

Далее следуют:

• недвижимость и строительство — 47,4 млрд рублей;
• автомобильная отрасль — 30,6 млрд;
• рекламные услуги и исследования рынка — 23,9 млрд;
• медицина и фармацевтика — 23,3 млрд;
• производство продуктов питания и напитков — 19,6 млрд рублей.

При этом именно финансовый сектор остается абсолютным лидером по среднему бюджету на одного рекламодателя — почти 22,7 млн рублей.

Какие отрасли усилили позиции

По сравнению с 2024 годом лидеры рынка практически не изменились, однако внутри структуры произошли интересные перестановки.

Наиболее заметный рост показала категория «Производство продуктов питания и напитков», увеличив свою долю сразу на 1 процентный пункт — с 2% до 3% рынка. Существенно выросла также доля финансового сектора (+0,8 п.п.) и торговли (+0,5 п.п.).

Главным проигравшим стали информационные технологии. Их доля снизилась с 18,1% до 15,7%, то есть сразу на 2,4 процентного пункта. Немного сократилась и доля рекламных агентств и исследовательских компаний — с 4,2% до 3,6%.

Самые крупные рекламодатели отдельных отраслей

Высокая концентрация характерна и внутри отдельных индустрий.

Десять крупнейших банков суммарно направили на интернет-рекламу 45,6 млрд рублей. Десять крупнейших компаний электронной торговли (без учета маркетплейсов) потратили 16,9 млрд рублей, а четыре крупнейших маркетплейса — 14,5 млрд рублей. Значительные бюджеты также сосредоточены у крупнейших операторов связи (12,4 млрд рублей), онлайн-кинотеатров (12,4 млрд) и букмекеров (8,1 млрд рублей).

Баннеры остаются главным рекламным форматом

Дополнительные данные Роскомнадзора, опубликованные отдельно, показывают распределение бюджетов по форматам рекламы.

Самым популярным форматом остаются изображения (баннеры) — на них пришлось 419,4 млрд рублей, или примерно три пятых всех расходов.

На втором месте находится видеореклама — 139,1 млрд рублей, на третьем — текстовые объявления с объемом 107,2 млрд рублей.

Таким образом, несмотря на бурное развитие видеоконтента, именно классические графические форматы пока остаются основой российского рынка интернет-рекламы.

Сайты по-прежнему получают основную часть бюджетов

По каналам распространения первое место занимают сайты, на которых рекламодатели разместили рекламы на 297,6 млрд рублей.

Далее следуют:

• мобильные приложения — 175,2 млрд рублей;
• социальные сети — 116,3 млрд рублей;
• интернет-СМИ — 34,1 млрд рублей;
• видеохостинги — 15,3 млрд рублей.

Фактически почти две трети всех зарегистрированных рекламных бюджетов сегодня приходится на сайты и мобильные приложения.

Почему Роскомнадзор и отрасль получили разные цифры

Наиболее важный вывод исследования заключается именно в различии методов подсчета.

По данным ЕРИР, объем зарегистрированной интернет-рекламы сократился почти на 20%. Однако АКАР оценивает рост сегмента онлайн-сервисов в 9%, до 510,1 млрд рублей, а АРИР — рост всего рынка интернет-рекламы сразу на 28%, до 1,57 трлн рублей с учетом ритейл-медиа.

Это не означает, что один из источников ошибается. ЕРИР анализирует исключительно зарегистрированную и маркированную рекламу, тогда как отраслевые ассоциации оценивают более широкий цифровой рекламный рынок, включая сегменты, которые учитываются по другой методике. Поэтому результаты отражают разные аспекты одной отрасли.

Вывод

Отчет Роскомнадзора показывает не столько сокращение российского рынка интернет-рекламы, сколько изменение структуры его учета. Одновременно данные демонстрируют несколько устойчивых тенденций: рынок остается высококонцентрированным, более 60% бюджетов контролируют крупнейшие компании, треть всех расходов приходится всего на 84 рекламодателей, а главным рекламодателем остается торговля. При этом баннерная реклама сохраняет доминирующее положение, основными площадками размещения остаются сайты и мобильные приложения, а малый и средний бизнес обеспечивает почти треть всех зарегистрированных рекламных расходов. Основной вопрос теперь заключается в том, насколько быстро государственная статистика и отраслевые оценки смогут быть приведены к сопоставимой методологии, чтобы рынок получил единую систему измерения.

Сообщение Российский рынок интернет-рекламы в 2025 году: данные ЕРИР показали спад, несмотря на рост отрасли появились сначала на ECOMHUB - о E-Commerce, омниканальном ритейле, логистике, технологиях, соцсетях.

Исследование Bain & Company и Worldpanel by Numerator показывает, что китайский рынок товаров повседневного спроса сохраняет рост, но его качество ухудшается. Покупатели берут больше товаров, однако всё чаще выбирают более дешёвые бренды, упаковки, акции и каналы продаж.

📊 Рынок почти остановился в деньгах

В 2025 году расходы городских домохозяйств Китая на FMCG выросли всего на 0,9%.

При этом:

▪️ физический объём продаж увеличился на 3,6%;
▪️ средняя цена продажи снизилась на 2,6%.

То есть рынок растёт не за счёт цен и премиализации, а за счёт увеличения количества покупок. В I квартале 2026 года тенденция усилилась: стоимость продаж снизилась на 1,3%, хотя физический объём продолжил расти.

🏙️ Рост уходит из мегаполисов в малые города

В городах первого уровня расходы на FMCG в 2025 году снизились на 0,5%. При этом в городах пятого уровня они выросли на 5,5%.

В крупнейших городах потребители не обязательно покупают меньше товаров. Они активнее ищут скидки, выбирают более дешёвые марки и меняют каналы покупок. В малых городах рост обеспечивается расширением современной розницы, электронной торговли и быстрой доставки.

👵 Зрелые потребители становятся важнее

Китайский FMCG всё сильнее зависит от демографии. В стране около 320 млн человек старше 60 лет, а примерно четверть домохозяйств состоит из одного человека.

Наиболее устойчивыми категориями становятся товары, связанные со здоровьем, гигиеной, домашним комфортом и питомцами.

Быстрее всего в 2025 году росли:

▪️ подгузники для взрослых — +36%;
▪️ освежители воздуха — +24%;
▪️ дезинфицирующие средства — +21%;
▪️ корм для домашних животных — +20%;
▪️ соки — +19%.

🥤 Напитки продаются больше, но дешевле

Физический объём продаж напитков вырос на 3,9%, однако стоимость сегмента снизилась на 1,2% из-за падения средней цены на 5%.

При этом отдельные категории сохраняют сильную динамику:

▪️ соки — +18,7%;
▪️ пиво — +5,3%;
▪️ бутилированная вода — +4,6%;
▪️ готовый чай — +3%.

Слабее выглядят молочные категории: молоко снизилось на 5%, йогурты — на 4,9%.

📱 E-commerce занял 38% расходов

На электронную торговлю уже приходится около 38% городских расходов на FMCG. Супермаркеты и минимаркеты удерживают 30%, а доля гипермаркетов за четыре года сократилась с 16% до 11%.

Одновременно растёт O2O — покупки через приложение с доставкой из ближайшего магазина или локального склада. Общий рынок O2O в Китае достиг примерно 2,7 трлн юаней, а доля быстрой доставки физических товаров выросла до 36%.

⚡ Быстрая доставка становится отдельным рынком

В IV квартале 2025 года через O2O было продано 968 млн кг FMCG, что примерно на 18% больше, чем годом ранее.

Почти четверть городских домохозяйств уже использует O2O для покупки повседневных товаров. Быстрее всего в этом канале растут хлеб, соки, нутрицевтики, готовый чай, колбасные изделия и печенье.

🏷️ СТМ выросли на 57%

Доля собственных торговых марок в городском FMCG Китая пока составляет только 2%, против 17% в мире и 41% в Западной Европе.

Однако их продажи в Китае за год выросли на 57%, до 32,7 млрд юаней.

Важно, что китайские СТМ развиваются не только как дешёвые товары. В отдельных категориях они продаются дороже среднего уровня — например, в соках, орехах, готовых продуктах и средствах для ухода за домом.

🧪 Новинок много, успешных почти нет

Новые товары составляют около 38% всего ассортимента, но лишь 3,9% запусков достигают проникновения хотя бы 1% в течение первого года.

Фактически только примерно одна новинка из 25 становится заметной на массовом рынке. Успех получают не самые дешёвые товары, а те, которые создают понятное удобство или новую ситуацию потребления.

📌 Главное

Китайский FMCG остаётся огромным рынком, но простое повышение цен больше не работает. Рост смещается в малые города, к зрелым покупателям, электронной торговле, O2O, дискаунтерам и собственным маркам.

Для брендов главный вызов — не выпустить больше новинок, а предложить покупателю конкретную ценность. Премиальная цена сохраняет право на существование только там, где продукт действительно решает понятную задачу.

Само исследование

Подробности

Исследование Bain & Company и Worldpanel by Numerator посвящено китайскому рынку товаров повседневного спроса. Это уже 15-й ежегодный отчет партнеров. В анализ включены 27 товарных категорий, приобретаемых китайскими домохозяйствами для потребления дома: упакованные продукты, напитки, средства личной гигиены и товары для ухода за домом. Одежда, электроника, бытовая техника, рестораны, путешествия и другие товары или услуги длительного и необязательного потребления в исследование не входят.

Главный вывод отчета: рынок пока сохраняет положительную динамику, но его рост становится всё менее качественным. Китайские потребители покупают больше товаров в физическом выражении, однако всё чаще выбирают более дешевые марки, упаковки и каналы продаж. Поэтому увеличение количества проданного товара лишь с трудом компенсирует снижение средней цены.

Основные термины

FMCG — Fast Moving Consumer Goods — товары повседневного спроса с высокой частотой покупок: продукты, напитки, бытовая химия, бумажная продукция и средства личной гигиены.

ASP — Average Selling Price — средняя цена продажи. В отчете это фактически средняя выручка в расчете на единицу или килограмм проданного товара. Снижение ASP не обязательно означает, что производители прямо переписали ценники вниз. Средняя цена может уменьшиться и потому, что покупатели переходят на более дешевые марки, упаковки, магазины или акционные предложения.

O2O — Online-to-Offline, дословно «из онлайна в офлайн». В данном исследовании под этим понимаются покупки, которые начинаются в приложении или на цифровой платформе, но выполняются ближайшим физическим магазином, складом магазина или локальным распределительным центром. К этой модели относятся экспресс-доставка продуктов и товаров повседневного спроса из ближайших торговых точек.

Instant retail, или быстрая торговля по требованию, — сегмент O2O, в котором физические товары доставляются покупателю вскоре после заказа. Это не только готовая еда, но и напитки, снеки, средства гигиены, бытовая химия и другие товары срочного спроса.

RTD — Ready to Drink — готовые к употреблению напитки. Например, чай в бутылке, который не нужно заваривать.

CSD — Carbonated Soft Drinks — безалкогольные газированные напитки.

SKU — Stock Keeping Unit — отдельная товарная позиция. Разные объемы, вкусы или варианты одного продукта считаются разными SKU.

СТМ, или собственная торговая марка, — товар, который продается под брендом самой розничной сети, даже если фактически произведен сторонним заводом. В англоязычном отчете используется термин private label.

Общая динамика китайского FMCG

В 2025 году совокупные расходы городских домохозяйств Китая на FMCG выросли лишь на 0,9% относительно 2024 года.

Этот результат сложился из двух противоположных движений:

• физический объем продаж увеличился на 3,6%;
• средняя цена продажи снизилась на 2,6%.

Иными словами, китайские потребители купили заметно больше товаров, но средняя стоимость единицы продукции стала ниже. Это и есть основное проявление дефляционного характера рынка.

Динамика стоимости рынка в предыдущие годы была следующей:

• с 2020 по 2021 год — рост на 3,1%;
• с 2021 по 2022 год — на 1,5%;
• с 2022 по 2023 год — на 2,4%;
• с 2023 по 2024 год — на 0,8%;
• с 2024 по 2025 год — на 0,9%.

Таким образом, после пандемийных колебаний рынок фактически закрепился в диапазоне около 1–2% роста в год, причем всё большая часть этого роста достигается за счет увеличения количества покупок, а не повышения цен.

Отчет не приводит абсолютную стоимость всего городского рынка FMCG Китая в юанях. Поэтому пересчитать прирост в денежное выражение по всему рынку непосредственно из исследования нельзя. Абсолютные значения в отчете присутствуют лишь для отдельных сегментов — например, O2O и собственных торговых марок.

Почему рынок растет медленно

Bain выделяет несколько фундаментальных причин.

Во-первых, население Китая сокращается. Компании уже не могут рассчитывать, что рынок автоматически будет расти благодаря появлению новых покупателей.

Во-вторых, население стареет. В Китае насчитывается около 320 млн человек в возрасте 60 лет и старше. Это огромная потребительская группа, которая особенно важна для категорий здоровья, питания, гигиены и ухода за домом.

В-третьих, около четверти китайских домохозяйств являются домохозяйствами из одного человека. Такие покупатели чаще выбирают небольшие упаковки, продукты, которые удобно хранить и быстро готовить, а также товары, позволяющие избежать лишних расходов и выбрасывания неиспользованных продуктов.

На рынок одновременно давят осторожное потребительское поведение, высокая склонность к сбережению, жесткая конкуренция между брендами и платформами, развитие дискаунтеров и возможность мгновенно сравнивать цены в интернете.

Какие города имеются в виду под Tier 1–Tier 5

В отчете китайские города разделены на пять уровней. Это не строгая официальная государственная классификация, а распространенная в китайской аналитике система группировки рынков по масштабу и административному статусу.

Tier 1 — города первого уровня. В методологии данного отчета сюда включены Пекин, Шанхай, Гуанчжоу и Чэнду.

Tier 2 — города второго уровня. Это столицы провинций, кроме уже отнесенных к первому уровню Гуанчжоу и Чэнду, а также Тяньцзинь, Чунцин, Шэньчжэнь, Далянь и Циндао.

Tier 3 — города третьего уровня. В основном это города окружного, или префектурного, уровня, за исключением Даляня и Циндао.

Tier 4 — города четвертого уровня. Преимущественно небольшие города уездного уровня.

Tier 5 — города пятого уровня. Населенные пункты, в которых расположены органы управления уездами, то есть небольшие районные и административные центры.

Важно: Tier 5 — это не обязательно сельская местность. Это малые городские центры, которые постепенно охватываются современной розницей, электронной торговлей и экспресс-доставкой.

Динамика расходов по уровням городов

В 2025 году расходы на FMCG изменились следующим образом:

• Tier 1: −0,5%;
• Tier 2: +0,7%;
• Tier 3: +2,6%;
• Tier 4: +1,2%;
• Tier 5: +5,5%.

Самый сильный результат показали города пятого уровня. При росте объема покупок примерно на 8,6% средняя цена снизилась на 2,9%, но увеличение количества купленного товара оказалось достаточно сильным, чтобы обеспечить рост стоимости рынка на 5,5%.

В городах первого уровня физический объем продаж увеличился примерно на 4,1%, однако средняя цена упала на 4,3%, поэтому совокупные расходы сократились на 0,5%.

Это показывает важное различие: слабость крупных городов не обязательно означает, что жители стали покупать меньше единиц товаров. Они активнее ищут скидки, переходят на более дешевые предложения и меняют место покупки.

Какие типы семей анализирует Bain

В отчете выделяются три группы домохозяйств.

Семьи с детьми младшего возраста — семьи, в которых есть дети от 0 до 14 лет.

Семьи со взрослыми детьми — все члены семьи старше 18 лет, при этом хотя бы одному члену домохозяйства 35 лет или больше.

Семьи среднего возраста — все члены домохозяйства старше 45 лет, при этом хотя бы одному человеку от 45 до 60 лет.

Формулировки в отчете несколько условны: например, категория «семьи со взрослыми детьми» определяется прежде всего возрастом всех членов домохозяйства, а не наличием формально подтвержденной связи «родитель — ребенок».

Рост расходов по типам домохозяйств

У семей с детьми до 14 лет расходы изменились следующим образом:

• в совокупности по Tier 1–5 — +0,2%;
• в Tier 3 — +0,3%;
• в Tier 4 — −1,2%;
• в Tier 5 — +5,0%.

У семей со взрослыми детьми:

• в совокупности по Tier 1–5 — +2,2%;
• в Tier 3 — +1,5%;
• в Tier 4 — +3,0%;
• в Tier 5 — +5,5%.

У семей среднего возраста:

• в совокупности по Tier 1–5 — +2,7%;
• в Tier 3 — +3,2%;
• в Tier 4 — +5,2%;
• в Tier 5 — +3,9%.

Наиболее устойчивыми покупателями оказались зрелые домохозяйства в небольших городах. Они чаще сохраняют расходы на здоровье, питание, гигиену и комфорт дома даже при общей ориентации на экономию.

Динамика четырех крупных сегментов

Упакованные продукты питания

Стоимость продаж выросла на 2,2%.

При этом:

• физический объем увеличился на 3,1%;
• средняя цена снизилась на 0,9%.

Это наиболее сбалансированный из крупных сегментов: спрос растет, а давление на цены пока слабее, чем в напитках или бытовой химии.

Отдельные категории в 2025 году:

• лапша быстрого приготовления — +6,1%;
• пищевые добавки и нутрицевтики — +3,5%;
• детские молочные смеси — +2,3%;
• печенье — +1,8%;
• шоколад — −3,2%.

Напитки

Стоимость сегмента снизилась на 1,2%, хотя физический объем вырос на 3,9%.

Причина — падение средней цены сразу на 5,0%. Это самый сильный ценовой спад среди четырех основных сегментов.

По категориям:

• соки — +18,7%;
• пиво — +5,3%;
• бутилированная вода — +4,6%;
• готовый к употреблению чай — +3,0%;
• растворимый кофе — −1,1%;
• йогурты — −4,9%;
• молоко — −5,0%.

Соки стали явным лидером, но в целом рост объемов напитков сопровождался агрессивными скидками и переходом покупателей на более доступные варианты.

Товары для ухода за домом

Стоимость продаж выросла на 2,7%.

• физический объем — +4,7%;
• средняя цена — −2,0%.

По отдельным категориям:

• бумажные салфетки для лица — +3,8%;
• средства для кухни — +1,8%;
• средства для стирки — +1,0%;
• туалетная бумага — −6,8%.

Средства личной гигиены и ухода

Стоимость сегмента выросла на 1,3%.

• физический объем — +0,4%;
• средняя цена — +0,8%.

Это единственный крупный сегмент, где средняя цена в 2025 году увеличилась.

По категориям:

• декоративная косметика — +4,6%;
• гигиенические прокладки — +3,4%;
• зубная паста — +2,7%;
• шампунь — +1,1%;
• уход за кожей — +0,5%;
• средства для душа и мытья тела — +0,4%;
• кондиционеры для волос — −0,4%.

Самые быстрорастущие и сокращающиеся категории

Лидеры по росту стоимости продаж в 2025 году:

• подгузники для взрослых — +36%;
• освежители воздуха — +24%;
• дезинфицирующие средства — +21%;
• корм для домашних животных — +20%;
• соки — +19%;
• бумажные полотенца для кухни — +12%;
• кунжутное масло — +12%;
• специи и травы — +11%;
• функциональные напитки — +11%;
• кетчуп — +9%.

Слабейшие категории:

• импортный крепкий алкоголь — −17%;
• вино — −7%;
• туалетная бумага — −6%;
• конфеты — −5%;
• ультрапастеризованное молоко — −5%;
• жидкое мыло для рук — −5%;
• йогурт — −5%;
• пищевые вкусовые порошки и приправы — −13%.

Рост подгузников для взрослых напрямую связан со старением населения. Увеличение продаж кормов для животных авторы связывают с ростом роли домашних питомцев в малых домохозяйствах и среди людей, которые позже вступают в брак.

Два подробных примера роста категорий

Дезинфицирующие средства

Стоимость категории выросла на 21%.

Особенно быстро развивались дезинфицирующие спреи:

• их доля внутри категории увеличилась с 2% до 9%;
• стоимость их продаж выросла более чем в четыре раза.

Продажи Dettol увеличились на 39%, а его доля в категории выросла с 46% в 2024 году до 52% в 2025 году. Это именно изменение между двумя годами, а не диапазон значений.

Авторы связывают рост с появлением удобных спреев, натуральных составов и средств, безопасных для домашних животных.

Кетчуп

Вся категория выросла на 9%.

Продажи Heinz в Китае увеличились на 31% с 2024 по 2025 год, а проникновение бренда — доля домохозяйств, которые хотя бы раз приобрели его за рассматриваемый период, — выросло с 11% до 13%.

Bain связывает это с попыткой сделать кетчуп не только соусом к западным блюдам, но и ингредиентом китайской домашней кухни.

Китайские и иностранные бренды

В 2025 году китайские бренды увеличивали долю рынка в большем числе категорий, чем теряли.

Наиболее заметно совокупная доля китайских марок выросла:

• в шампунях — на 3,5 процентного пункта;
• в готовом чае — на 1,9 п.п.;
• в средствах для стирки — на 1,5 п.п.;
• в соках — на 1,5 п.п.;
• в растворимом кофе — на 1,3 п.п.;
• в декоративной косметике — на 1,3 п.п.;
• в гигиенических прокладках — на 1,2 п.п.;
• в средствах для кухни — на 1,0 п.п.;
• в зубной пасте — на 0,9 п.п..

«Рост на 3,5 процентного пункта» не означает рост на 3,5%. Например, если доля была 40%, то после увеличения на 3,5 п.п. она стала 43,5%.

Конкретные китайские бренды также прибавили:

• Nongfu East Leaf в готовом чае — +3,9 п.п.;
• Liby в средствах для стирки — +1,4 п.п.;
• Little Dream Garden в шампунях — +0,7 п.п.;
• Mao Geping в косметике — +0,7 п.п.;
• Spes в шампунях — +0,4 п.п.;
• Genki Forest в готовом чае — +0,2 п.п.;
• Timage в косметике — +0,2 п.п..

Одним из исключений стала лапша быстрого приготовления: совокупная доля китайских брендов уменьшилась на 1,6 п.п.

На этом фоне доли корейских брендов выросли:

• Samyang — на 0,9 п.п.;
• Ottogi — на 0,5 п.п.;
• Nongshim — на 0,3 п.п..

Иностранные марки также укреплялись в категориях, где особенно важны безопасность, доверие и премиальный имидж:

• Pampers — +3,2 п.п.;
• Huggies — +1,8 п.п.;
• Aptamil — +1,3 п.п.;
• Meiji — +0,7 п.п.;
• Lindt — +0,6 п.п.;
• A2 — +0,6 п.п.;
• Schiff Move Free — +0,4 п.п.;
• Blackmores — +0,1 п.п..

Как меняется структура каналов продаж

В 2025 году доли городских расходов на FMCG распределялись примерно так:

• электронная торговля — 38%;
• супермаркеты и небольшие супермаркеты — 30%;
• гипермаркеты — 11%;
• специализированные магазины — 5%;
• продуктовые магазины традиционного типа — 3%;
• магазины шаговой доступности — 3%;
• прочие каналы — 10%.

Здесь под магазинами шаговой доступности понимаются небольшие торговые точки с длинным режимом работы и базовым ассортиментом товаров для срочных покупок. В исследовании учитываются покупки для последующего потребления дома.

Электронная торговля выросла на 6% в 2025 году, а ее доля достигла 38%.

Доля гипермаркетов последовательно снижалась:

• 2021 год — 16%;
• 2022 год — 15%;
• 2023 год — 13%;
• 2024 год — 12%;
• 2025 год — 11%.

То есть за четыре года гипермаркеты потеряли 5 процентных пунктов доли рынка.

Доля супермаркетов и минимаркетов оставалась сравнительно стабильной: около 31% в 2021–2022 годах, 29% в 2023 году и 30% в 2024–2025 годах.

Рынок O2O и быстрой доставки

Абсолютные значения в исследовании есть для совокупного китайского рынка доставки O2O, включающего доставку готовой еды и быструю доставку физических товаров:

• 2021 год — 1,329 трлн юаней;
• 2022 год — 1,620 трлн юаней;
• 2023 год — 2,175 трлн юаней;
• 2024 год — около 2,420 трлн юаней;
• 2025 год — около 2,7 трлн юаней.

С 2021 по 2024 год рынок увеличивался в среднем на 22% в год. С 2024 по 2025 год его рост оценивается примерно в 12%.

Внутри O2O:

• доставка готовой ресторанной еды росла в среднем на 18% в год с 2021 по 2024 год;
• быстрая доставка физических товаров — на 34% в год.

Доля быстрой доставки физических товаров в общем O2O увеличилась:

• 2021 год — 24%;
• 2022 год — 31%;
• 2023 год — 30%;
• 2024 год — 32%;
• 2025 год — около 36%.

Соответственно, доля доставки готовой еды снизилась с 76% до примерно 64%, хотя в абсолютном выражении этот сегмент продолжал расти.

Из чего состоит быстрая торговля

В 2024 году структура стоимости instant retail была следующей:

• свежие продукты — 48%;
• алкоголь и напитки — 15%;
• рис, крупы и растительное масло — 14%;
• снеки — 6%;
• бытовая электроника — 6%;
• средства личной гигиены и товары для здоровья — 5%;
• прочие категории — 3%;
• хозяйственные товары — 2%.

В совокупности товары FMCG обеспечивали около 40% стоимости быстрой торговли, а товары, не относящиеся к FMCG, — около 60%.

Динамика FMCG в O2O

В 2023 году стоимость городских FMCG-продаж через O2O выросла на 1%.

В 2024 году она снизилась на 6%.

В 2025 году динамика развернулась:

• I квартал — −4% год к году;
• II квартал — +1%;
• III квартал — +8%;
• IV квартал — +12%.

Проникновение O2O, то есть доля городских домохозяйств, использовавших канал, менялось следующим образом:

• 2023 год — 21%;
• 2024 год — 20%;
• I квартал 2025 года — 19%;
• II квартал — 20%;
• III квартал — 23%;
• IV квартал — 24%.

Таким образом, к концу 2025 года почти четверть рассматриваемых городских домохозяйств пользовались O2O для покупки FMCG.

Самые быстрорастущие категории O2O:

• хлеб — +34%;
• сок — +23%;
• пищевые добавки и нутрицевтики — +22%;
• готовый чай — +22%;
• колбасные изделия — +20%;
• печенье — +20%.

Физический объем FMCG в O2O

Объем продаж FMCG через O2O, выраженный в миллионах килограммов, составлял:

• I квартал 2024 года — 562 млн кг;
• II квартал 2024 года — 635 млн кг;
• III квартал 2024 года — 746 млн кг;
• IV квартал 2024 года — 821 млн кг;
• I квартал 2025 года — 564 млн кг;
• II квартал 2025 года — 684 млн кг;
• III квартал 2025 года — 841 млн кг;
• IV квартал 2025 года — 968 млн кг.

Таким образом, в IV квартале 2025 года объем был примерно на 18% выше, чем годом ранее: 968 млн кг против 821 млн кг.

Крупнейшим способом оформления оставались платформы-агрегаторы, которые соединяют покупателя с большим числом магазинов. Их доля колебалась примерно от 40% до 53%.

Доля заказов со складов самих агрегаторов или розничных операторов находилась примерно на уровне 22–31%.

На собственные приложения гипермаркетов и супермаркетов приходилось около 20–30%.

Другие цифровые платформы, прежде всего сервис быстрой торговли Douyin, занимали около 4–5%.

Свежеприготовленные напитки через O2O

Отдельно отчет рассматривает напитки, приготовленные непосредственно перед выдачей заказа: кофе, чай, молочные и другие напитки из кафе и специализированных точек.

Объем заказов через O2O составил:

За год общий объем увеличился примерно на 32%.

Это усиливает конкуренцию для традиционных бутилированных напитков: покупатель сравнивает готовый чай или кофе в бутылке уже не только с другими товарами на полке, но и со свежеприготовленным напитком, который можно быстро заказать с доставкой.

Новые офлайн-форматы

Клубные магазины

Клубные магазины работают по модели платного членства и предлагают ограниченный, тщательно отобранный ассортимент, крупные упаковки и товары, которые позиционируются как премиальные по качеству, но выгодные по цене.

Доля формата в китайском FMCG выросла:

• с 1,3% в 2023 году;
• до 2,0% в 2025 году.

У Sam’s Club к 2025 году насчитывалось 63 магазина в Китае.

Рост формата обеспечивался прежде всего увеличением числа покупателей:

• проникновение выросло на 36%;
• средние расходы за одну поездку в магазин снизились на 4%.

То есть клубные магазины привлекли значительно больше домохозяйств, хотя каждый отдельный визит в среднем стал немного менее дорогим.

Магазины снеков

Это сети с большим выбором недорогих снеков, сладостей и импульсных товаров.

К 2025 году:

• Busy Ming Group управляла примерно 22 тыс. магазинов;
• Wanchen Group — примерно 18 тыс. магазинов.

Доля формата выросла:

• с 0,5% в 2023 году;
• до 1,1% в 2025 году.

Рост обеспечивался одновременно:

• увеличением проникновения на 15%;
• увеличением частоты покупок на 29%.

В городах Tier 3–4 формат рос в среднем примерно на 65% в год с 2023 по 2025 год, тогда как в городах первого уровня — примерно на 17% в год.

Дискаунтеры

Доля дискаунтеров увеличилась:

• с 0,1% в 2023 году;
• до 0,4% в 2025 году.

То есть доля выросла в четыре раза, хотя сам формат пока остается небольшим.

Крупнейшая сеть HotMaxx имела около 900 магазинов к 2025 году.

Собственные торговые марки: Китай или весь мир?

Цифра 2% относится именно к городскому рынку FMCG Китая в 2025 году, а не ко всему миру.

В отчете приведены три разных показателя для сравнения:

• Китай — 2% продаж FMCG в 2025 году;
• мировой показатель — около 17%;
• Западная Европа — около 41%.

Следовательно, китайский рынок собственных марок пока значительно менее развит, чем мировой в целом и особенно Западная Европа.

Продажи СТМ в Китае

Абсолютный объем продаж собственных марок в городском FMCG Китая составлял:

• 2023 год — 15,2 млрд юаней;
• 2024 год — 20,8 млрд юаней;
• 2025 год — 32,7 млрд юаней.

С 2024 по 2025 год продажи выросли на 57%.

Доля СТМ в городских продажах FMCG Китая:

• 2023 год — 1,0%;
• 2024 год — 1,3%;
• 2025 год — 2,0%.

По сегментам рост продаж СТМ в 2025 году составил:

• упакованные продукты — +10%;
• напитки — +42%;
• товары для дома — +70%;
• средства личной гигиены — +60%.

Это не доли сегментов в продажах СТМ, а темпы увеличения продаж собственных марок внутри соответствующих товарных групп по сравнению с 2024 годом.

В каких категориях СТМ уже заметны

Доля собственных марок внутри отдельных категорий в 2025 году:

• свежее молоко — 13%;
• бургеры и аналогичные готовые продукты — 10%;
• орехи — 10%;
• хлопья и сухие завтраки — 10%;
• сок — 10%;
• кондиционеры для белья — 9%;
• печенье — 8%;
• замороженные продукты — 8%;
• мягкие пирожные — 7%;
• влажные салфетки — 6%;
• пластиковые пакеты — 6%.

При этом собственная марка не обязательно дешевле среднего товара категории.

В отчете используется индекс цены, где 100 соответствует средней цене категории:

• свежее молоко — индекс 70, то есть примерно на 30% дешевле среднего уровня;
• сухие завтраки — 84, примерно на 16% дешевле;
• печенье — 92, примерно на 8% дешевле;
• пластиковые пакеты — 88, примерно на 12% дешевле;
• сок — 108, примерно на 8% дороже среднего;
• бургеры — 120, примерно на 20% дороже;
• орехи — 155, примерно на 55% дороже;
• мягкие пирожные — 185, примерно на 85% дороже;
• кондиционеры для белья — 201, примерно вдвое дороже среднего товара категории.

Это важный вывод: китайские СТМ развиваются не только как дешевые аналоги. Некоторые сети используют собственные марки для создания премиальных или уникальных товаров.

Доля СТМ у отдельных розничных сетей

Здесь показатели относятся не ко всему рынку, а к доле собственных марок в продажах конкретного ритейлера.

В 2025 году:

• Aldi — около 90% продаж;
• Costco — около 41%;
• Sam’s Club — около 38%;
• Hema — около 35%.

Для Aldi отчет указывает, что доля оставалась около 90% как в 2024-м, так и в 2025 году.

У других сетей доля увеличилась с 2024 по 2025 год:

• Yonghui: с примерно 5% в 2024 году до 8% в 2025 году;
• RT-Mart: с примерно 3% до 4%;
• Walmart: с примерно 11% до 13%.

Стрелка или запись «11% → 13%» означает именно рост между двумя последовательными годами, а не интервал возможных значений. Например, в Walmart доля СТМ увеличилась на 2 процентных пункта за год.

Инновации и новые товарные позиции

Новые товары составляют очень большую часть предложения на китайском рынке.

Доля новых SKU во всем ассортименте:

• 2022 год — 37%;
• 2023 год — 39%;
• 2024 год — 40%;
• 2025 год — 38%.

При этом общее количество SKU:

• в 2022 году выросло на 12%;
• в 2025 году — на 9%;
• для 2023 и 2024 годов сопоставимый показатель в диаграмме не приводится.

Несмотря на огромный поток запусков, большинство новинок не достигают массового проникновения.

Среди товаров, запущенных в 2024 году, через первый год:

• 29,8% достигли проникновения не менее 0,2%;
• 19,2% — не менее 0,3%;
• 10,3% — не менее 0,5%;
• 3,9% — не менее 1%;
• 1,3% — не менее 2%;
• 0,6% — не менее 3%.

Эти группы вложены друг в друга. Например, 3,9% новинок, достигших проникновения 1%, входят и в долю товаров, достигших 0,5%. Проценты нельзя складывать между собой.

Главный вывод: только примерно одна из 25 новинок достигает хотя бы 1% проникновения за первый год.

Примеры удачных новинок

Дезинфицирующий спрей Dettol через год после запуска достиг проникновения 1,1%, несмотря на индекс цены 411. Это означает, что его средняя цена была примерно в 4,11 раза выше средней цены по всей категории дезинфицирующих средств.

Подвесные салфетки Hearttex достигли проникновения 3,6% при индексе цены 119, то есть были примерно на 19% дороже средней цены бумажных салфеток.

Электролитный напиток Eastroc достиг проникновения 1,3% через первый год.

Напиток Genki Forest из красной фасоли и семян коикса достиг проникновения 1,2% при индексе цены 138, то есть продавался примерно на 38% дороже среднего безалкогольного напитка.

Эти примеры показывают, что успешная инновация не обязательно должна быть дешевой. Покупатели готовы платить больше, если продукт создает понятное удобство или новую ситуацию потребления.

Первый квартал 2026 года

В I квартале 2026 года дефляционная модель рынка усилилась:

• стоимость продаж снизилась на 1,3% год к году;
• физический объем вырос примерно на 1,3%;
• следовательно, средняя цена снова уменьшилась.

По отдельным периодам квартала:

• январь, обозначенный в отчете как P1, — −11,9%;
• период P2, на который пришелся поздний китайский Новый год, — −3,7%;
• март, или P3, — +13,4%.

P1, P2 и P3 — последовательные месячные или учетные периоды внутри квартала. Их динамика сильно зависела от того, что в 2026 году китайский Новый год пришелся на конец февраля.

Следующий период P4 показал:

• рост стоимости FMCG на 1,2%;
• рост объема на 0,6%;
• увеличение средней цены на 0,5%.

Поэтому Bain не считает снижение I квартала началом резкого обвала. Часть слабости объясняется календарным переносом праздничного спроса. Авторы ожидают, что в целом 2026 год может быть похож на 2025-й и показать небольшой однозначный рост.

Категории в I квартале 2026 года

Упакованные продукты

Стоимость выросла на 1,0%.

• лапша быстрого приготовления — +5,8%;
• нутрицевтики — +0,4%;
• детская смесь — −0,2%;
• печенье — −0,5%;
• шоколад — −1,8%;
• конфеты — −8,6%.

Напитки

Стоимость сократилась на 2,9%.

При этом отдельные категории сохранили рост:

• готовый чай — +4,1%;
• бутилированная вода — +2,9%;
• сок — +1,4%;
• газированные безалкогольные напитки — +0,7%.

Главной проблемой стало не отсутствие спроса, а падение средней цены и ослабление премиального сегмента.

Средства личной гигиены

Стоимость снизилась на 1,4%.

• декоративная косметика — +4,6%;
• кондиционеры для волос — +1,2%;
• уход за кожей — −0,2%;
• шампуни — −2,3%;
• гигиенические прокладки — −2,3%;
• зубная паста — −2,9%;
• средства для душа и тела — −5,5%.

Товары для дома

Это был самый слабый крупный сегмент: стоимость снизилась на 3,0%.

• средства для стирки — −2,3%;
• бумажные салфетки — −3,4%;
• средства для кухни — −6,7%;
• туалетная бумага — −10,2%.

Что именно стоит за снижением средней цены

Bain подчеркивает: снижение ASP нельзя полностью интерпретировать как прямое удешевление одних и тех же товаров.

В I квартале 2026 года компании могли даже повышать цены на существующие позиции, но итоговая средняя цена рынка всё равно падала, потому что покупатели:

• приобретали меньше товара за один раз;
• выбирали менее премиальные магазины;
• переходили на более дешевые каналы;
• покупали более доступные бренды;
• выбирали недорогие варианты внутри одной марки;
• активнее использовали скидки и акции.

Это означает, что рынок сталкивается не только с формальной дефляцией ценников, но и со снижением среднего качества или стоимости покупательской корзины, то есть с переходом на более экономные варианты.

Итоговые выводы исследования

Китайский FMCG остается огромным и растущим в физическом выражении рынком, однако рост выручки становится всё сложнее.

Главные источники роста смещаются:

• из крупнейших мегаполисов — в малые города;
• от молодых домохозяйств — к зрелым и пожилым потребителям;
• от гипермаркетов — к электронной торговле, O2O, клубным магазинам, сетям снеков и дискаунтерам;
• от глобальных брендов — частично к китайским маркам и СТМ;
• от простого повышения цен — к увеличению проникновения, частоты покупок и числа ситуаций потребления.

Особенно быстро растут категории, связанные со старением, домашним комфортом, здоровьем, питомцами и удобством. При этом премиальность сама по себе становится менее убедительной: потребитель готов переплачивать, только если видит конкретную дополнительную ценность.

Одна из наиболее перспективных тем — собственные торговые марки. Их доля в городском FMCG Китая пока составляет лишь 2%, против 17% в мире и 41% в Западной Европе, но продажи СТМ в Китае за один год выросли на 57%, до 32,7 млрд юаней. Это указывает на большой потенциал дальнейшего расширения.

Вторая важная тема — быстрая торговля. Общий рынок O2O достиг примерно 2,7 трлн юаней, а быстрая доставка товаров росла значительно быстрее традиционной доставки готовой еды. FMCG уже дает около 40% стоимости instant retail.

Третья тема — крайне низкая эффективность инноваций. Новинки составляют около 38–40% ассортимента, однако только 3,9% запусков достигают проникновения хотя бы 1% в течение первого года. Китайский рынок не испытывает недостатка новых товаров — он испытывает недостаток товаров, которые решают достаточно понятную потребительскую задачу и способны закрепиться в регулярном потреблении.

Сообщение Китайский FMCG в 2025–начале 2026 года: большой экстракт исследования Bain и Worldpanel появились сначала на ECOMHUB - о E-Commerce, омниканальном ритейле, логистике, технологиях, соцсетях.

К 13 июля кризис перестал быть только проблемой автомобилистов. Данные «Чек Индекса» показали, что с 1 по 9 июля медианная цена АИ-92 выросла на 20% год к году, АИ-95 — на 24%, АИ-98 — на 32%, дизеля — на 11%, а разница между сетевыми и независимыми АЗС доходила до 2,1 раза. Перевозчики сталкивались с лимитами на дизель, очередями и необходимостью менять маршруты, туристы — с неопределённостью на трассах, аграрии — с риском простоев в уборочную кампанию, а малый бизнес — со снижением мобильности клиентов и ростом операционных расходов. Главный вывод: топливный кризис уже влияет не только на цену бензина, но и на логистику, торговлю, туризм, общепит, сельское хозяйство и стоимость товаров.

Подробности

Топливный кризис в России: хроника событий с 10 по 13 июля 2026 года

За три дня топливный кризис в России получил сразу несколько новых измерений. Власти впервые прямо связали дефицит с повреждениями нефтеперерабатывающих заводов, отраслевые источники оценили нехватку бензина примерно в треть сезонного спроса, а данные кассовых чеков показали резкое подорожание всех основных видов топлива.

Одновременно продолжили расширяться региональные ограничения, появились новые случаи многочасовых очередей на АЗС, а последствия кризиса стали заметнее для перевозчиков, торговли, туризма, общепита, сельского хозяйства и малого бизнеса.

10 июля: власти признали связь дефицита с повреждениями НПЗ

Днём 10 июля вице-премьер Александр Новак публично заявил, что дефицит топлива возник в том числе из-за атак беспилотников, после которых нефтеперерабатывающие заводы частично выходят из строя и останавливаются на ремонт.

Это стало важным изменением официальной риторики. Ранее перебои часто объяснялись сезонным спросом, логистическими сложностями и ажиотажными закупками. Теперь представитель правительства фактически признал производственную основу кризиса. При этом Новак заявил, что общих перерабатывающих мощностей в стране достаточно, однако часть предприятий временно недоступна.

В тот же день Reuters опубликовал оценки двух отраслевых источников, согласно которым выпуск бензина в России обеспечивал только около 65% сезонного потребления. Суточный дефицит оценивался в 40–45 тыс. тонн, или примерно 35% спроса. Ещё в июне нехватка оценивалась приблизительно в 25%.

В период летнего максимума Россия потребляет около 115–120 тыс. тонн бензина в сутки. Среди остановленных или серьёзно пострадавших предприятий источники Reuters называли НОРСИ, Омский и Саратовский НПЗ — одних из крупнейших производителей автомобильного бензина.

Правительство продолжило обсуждать дополнительные меры насыщения рынка. К уже объявленным решениям относились:

▪️ полный запрет экспорта бензина;

▪️ остановка экспорта дизельного топлива, включая поставки производителей;

▪️ расширение импорта нефтепродуктов;

▪️ использование накопленных запасов;

▪️ стимулирование поставок топлива, произведённого за рубежом, через демпферный механизм;

▪️ перераспределение продукции между регионами и приоритетное обеспечение транспорта, сельского хозяйства и экстренных служб.

Поставки бензина из Белоруссии, по данным Reuters, достигали 6 тыс. тонн в сутки. Обсуждались также морские поставки из Индии. Однако импорт и экспортные ограничения не могли быстро решить проблему: топливо требовалось не только закупить или высвободить, но и доставить в регионы с нарушенной логистикой.

Новые повреждения топливной инфраструктуры

Последствия масштабной атаки на юге России продолжали проявляться и после полудня 10 июля. Российские региональные власти подтвердили атаки на Азов и Таганрог. Сообщалось о пожарах на нефтебазах в Азове и повреждении портовой нефтяной инфраструктуры в Таганроге.

Также появлялись сообщения об атаке на Ильский НПЗ в Краснодарском крае и топливные объекты в Ставрополье. Точные масштабы повреждений и влияние этих событий на выпуск автомобильного топлива независимо оценить было сложно.

Новая волна атак была особенно чувствительна для рынка, поскольку совпала с остановками крупных НПЗ и уже существовавшим дефицитом бензина. Даже повреждение нефтебазы или терминала, не сокращающее непосредственно производство, осложняет хранение, перевалку и региональное распределение топлива.

Wildberries опроверг массовую отмену заказов

Во второй половине дня 10 июля в социальных сетях начали распространяться сообщения о том, что Wildberries якобы отменяет заказы из-за проблем с топливом и невозможности заправить автомобили.

Компания заявила, что массовых отмен по этой причине нет. Отдельные сообщения об отмене доставки Wildberries связала с другими обстоятельствами и подчеркнула, что логистическая система продолжает работать.

Тем не менее сама необходимость такого опровержения показала, насколько быстро топливный кризис стал восприниматься как угроза всей системе доставки. Перевозчики уже сталкивались с лимитами на дизель, очередями и необходимостью корректировать маршруты в зависимости от наличия топлива.

11 июля: ограничения по номерам и риски роста цен на товары

С 11 июля в Липецкой области начала действовать система продажи бензина по автомобильным номерам. В чётные дни разрешалось заправлять машины, номера которых начинались с 0, 2, 4, 6 или 8, в нечётные — с 1, 3, 5, 7 или 9. Одновременно сохранялся лимит в 30 литров бензина на автомобиль. Режим планировалось сохранить до 1 августа.

Продажа топлива по принципу «чёт-нечёт» к этому моменту применялась или готовилась сразу в нескольких регионах, включая Астраханскую, Нижегородскую, Орловскую, Кировскую и Липецкую области, а также Мордовию.

Региональные ограничения всё больше различались:

▪️ в Забайкалье продавали до 15 литров бензина;

▪️ в Дагестане — до 20 литров бензина и 50 литров дизеля;

▪️ в Москве и Подмосковье отдельные сети ограничивали продажу 20–30 литрами бензина;

▪️ в Калининградской области действовали лимиты 30 литров бензина и 60 литров дизеля;

▪️ в Ростовской области — 30 литров бензина и 60 литров дизеля для легковых автомобилей;

▪️ в Крыму и Севастополе вводились наиболее жёсткие ограничения на свободную продажу;

▪️ во многих регионах запрещалась заправка в канистры;

▪️ экстренные службы, общественный транспорт, коммунальная техника и аграрии получали приоритет.

В Новосибирской области компаниям рекомендовали переводить сотрудников на удалённую работу, а в Карелии региональные и муниципальные власти сокращали командировки и служебные поездки для экономии топлива.

Как кризис начал влиять на другие отрасли

К 11–13 июля воздействие кризиса вышло далеко за пределы АЗС.

Логистика и торговля

В ряде регионов грузовой автомобиль мог получить только 30–100 литров дизеля с ограничением на повторную заправку в течение нескольких часов. Водители были вынуждены искать работающие АЗС, менять маршруты и закладывать дополнительные остановки.

Ранее перевозчики сообщали о росте стоимости дизельного топлива с 70–72 до 77–90 рублей за литр и увеличении ставок примерно на 5% на отдельных направлениях. Особенно заметными проблемы были в Сибири, на юге России, в приграничных регионах и международных перевозках.

Рост транспортных расходов постепенно переносится в себестоимость товаров. Быстрее всего он может отражаться на продукции с низкой маржинальностью, высокой частотой поставок и большой долей автомобильной логистики: продуктах питания, напитках, строительных материалах, товарах повседневного спроса и маркетплейс-доставке.

Малый и средний бизнес

В свежем материале Forbes предприниматели рассказали, что кризис уже влияет на их операционную деятельность. Основатель INFOLine Иван Федяков описал ситуацию формулой: люди стоят в очередях на АЗС, а не в магазинах и ресторанах.

Проблемы возникают не только у перевозчиков. Снижение автомобильной мобильности влияет на:

▪️ кафе и рестораны;

▪️ туристические базы и загородные отели;

▪️ сервисные компании;

▪️ курьерскую доставку;

▪️ небольшие производства;

▪️ продавцов маркетплейсов;

▪️ компании, работающие в нескольких регионах.

Предприниматели, опрошенные Forbes, сообщали, что в некоторых регионах заправить грузовик можно только на 30–100 литров раз в три, шесть, 12 или 24 часа — и только после ожидания в очереди.

Туризм

Автомобильный туризм страдает из-за неопределённости с наличием топлива на маршруте. Туристы могут отказываться от дальних поездок, особенно в регионы, где действуют лимиты, временные графики работы АЗС или продажа по номерам.

Проблемы затронули и водный туризм. Владельцы прогулочных катеров ранее сообщали Forbes, что вынуждены часами ждать заправки между рейсами. Это сокращает количество прогулок и повышает расходы операторов.

Сельское хозяйство

Для аграриев кризис совпал с уборочной кампанией. Основной риск связан не только с ценой дизеля, но и с физической невозможностью своевременно заправить комбайны, тракторы и грузовики.

Даже короткие перебои в период уборки могут приводить к простоям техники, переносу работ и потерям урожая. Поэтому во многих регионах сельхозпредприятия были включены в список приоритетных потребителей топлива.

Семь часов в очереди под Петербургом

Вечером 11 июля около 200 человек простояли до семи часов в очереди на АЗС на границе Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Топливо на станции было, однако работу осложнили гроза и технические проблемы. Этот случай стал одним из наиболее заметных свидетельств того, что даже наличие бензина в резервуарах не гарантирует нормальную работу заправки: из-за большого спроса, ограничений и сбоев небольшая проблема быстро превращается в многочасовую очередь.

12 июля: новая атака на Сызранский НПЗ

Утром 12 июля появились сообщения об атаке беспилотников на Сызранский НПЗ в Самарской области и крупном пожаре на территории предприятия.

Официальные сведения о повреждённых установках и сокращении выпуска топлива на момент публикации были ограничены. Однако сам факт новой атаки усилил риски для рынка. Сызранский НПЗ входит в Самарскую группу заводов, продукция которой имеет значение для снабжения Поволжья и других регионов.

Это произошло на фоне ожиданий, что ситуация может начать улучшаться во второй половине июля по мере восстановления НПЗ и роста импорта. Reuters отдельно подчёркивал: такой сценарий возможен только при отсутствии новых серьёзных повреждений предприятий.

Что показали чеки на российских АЗС

12 июля «Коммерсантъ» опубликовал расчёты аналитического центра «Чек Индекс» компании «Платформа ОФД». Исследование основано на информации о продажах с каждой третьей АЗС в России и охватывает период с 1 по 9 июля.

Медианные цены составили:

▪️ АИ-92 — 70,5 рубля за литр, рост на 20% год к году;

▪️ АИ-95 — 77,5 рубля, рост на 24%;

▪️ АИ-98 — 119,5 рубля, рост на 32%;

▪️ АИ-100 — 94,5 рубля, рост на 13%;

▪️ дизельное топливо — 88 рублей, рост на 11%;

▪️ компримированный природный газ — 29 рублей, рост на 14%;

▪️ сжиженный углеводородный газ — 35,5 рубля, рост на 18%.

Разница в стоимости между сетевыми и независимыми заправками достигала 2,1 раза. Это означает, что средняя или медианная цена не отражает экстремальную ситуацию на отдельных АЗС, где бензин мог стоить значительно дороже.

Водители изменили структуру покупок

Данные «Чек Индекса» показывают не только рост цен, но и изменение поведения покупателей.

Количество покупок АИ-92 увеличилось на 10% год к году. Одновременно число покупок АИ-95 сократилось на 13%, АИ-98 — на 18%.

Покупки дизельного топлива выросли на 28%, СУГ — на 17%, КПГ — на 8%. Самый высокий прирост показал АИ-100 — 37%.

Результаты могут отражать сразу несколько процессов. Часть автомобилистов переходит на более дешёвый АИ-92. Владельцы дизельных машин и коммерческий транспорт стараются заправляться чаще и большими объёмами. Рост покупок АИ-100 может быть связан не с массовым переходом на премиальное топливо, а с тем, что на отдельных АЗС оно остаётся единственной доступной маркой бензина.

Одновременно сокращение количества покупок АИ-95 и АИ-98 не обязательно означает пропорциональное падение потребления: из-за очередей и опасений дефицита автомобилисты могут реже приезжать на АЗС, но заправлять полный бак.

Обстановка в Крыму и Севастополе

К 12 июля свободная продажа топлива в Крыму и Севастополе оставалась серьёзно ограниченной. В Севастополе топливо для населения отпускалось только на нескольких выделенных АЗС. В Крыму приоритет отдавался государственным, коммунальным и экстренным службам.

На отдельных доступных АЗС очереди могли быть сравнительно небольшими, однако автомобилисты сталкивались с высокими ценами и необходимостью заранее искать точки продажи.

13 июля: кризис становится проблемой всей потребительской экономики

К 13 июля главный риск уже заключался не только в том, сможет ли автомобилист заправить машину. Топливный кризис начал влиять на мобильность населения, посещаемость магазинов и ресторанов, сроки перевозок, туристический спрос и операционные расходы бизнеса.

Для компаний особенно опасно сочетание нескольких факторов:

▪️ высокая цена топлива;

▪️ невозможность гарантированно купить нужный объём;

▪️ многочасовые очереди;

▪️ различающиеся правила в соседних регионах;

▪️ ограничения на заправку грузовиков;

▪️ необходимость перестраивать маршруты;

▪️ новые повреждения НПЗ, нефтебаз и терминалов.

Это делает логистику не только более дорогой, но и менее предсказуемой. Бизнесу приходится закладывать дополнительные автомобили, время, водителей и запасы топлива. В конечном счёте часть этих расходов будет переноситься в цены товаров и услуг.

Что изменилось за три дня

Период с середины дня 10 июля по 13 июля показал, что топливный кризис продолжает развиваться сразу по нескольким направлениям.

Во-первых, власти публично признали связь дефицита с повреждениями НПЗ.

Во-вторых, отраслевые оценки показали, что производство бензина может отставать от сезонного спроса примерно на 35%.

В-третьих, новые атаки на топливную инфраструктуру, включая Сызранский НПЗ, поставили под вопрос быстрое восстановление рынка.

В-четвёртых, региональные ограничения становятся всё более жёсткими и разнообразными: от лимитов в 15–30 литров до продажи по автомобильным номерам и фактического закрытия свободного рынка.

В-пятых, данные кассовых чеков зафиксировали рост стоимости основных марок бензина на 20–32% за год и заметное изменение покупательского поведения.

Наконец, кризис стал распространяться на другие отрасли. Главная проблема для экономики теперь заключается не только в дорогом топливе, но и в нарушении нормального движения людей, товаров и транспорта.

Даже если выпуск нефтепродуктов начнёт восстанавливаться во второй половине июля, нормализация потребует времени. Необходимо восстановить предприятия, пополнить запасы нефтебаз, доставить топливо в регионы и снизить ажиотажный спрос. Любые новые повреждения НПЗ или крупных терминалов могут снова отодвинуть этот срок.

Источники

1. 1. Reuters. «Russia’s gasoline output covers 65% of demand after Ukrainian strikes, sources say».
      https://www.reuters.com/business/energy/russias-gasoline-output-covers-65-demand-after-ukrainian-strikes-sources-say-2026-07-10/
   2. РБК. «Новак назвал атаки беспилотников одной из причин дефицита топлива».
      https://www.rbc.ru/economics/10/07/2026/6a50c0039a794727554cdcf5
   3. Forbes. «На пределе возможного: как дефицит топлива влияет на малый и средний бизнес».
      https://www.forbes.ru/svoi-biznes/564630-na-predele-vozmoznogo-kak-deficit-topliva-vliaet-na-malyj-i-srednij-biznes
   4. Forbes. «Прогулки отменяются: как топливный кризис повлиял на водный туризм».
      https://www.forbes.ru/biznes/564431-progulki-otmenautsa-kak-toplivnyj-krizis-povlial-na-vodnyj-turizm
   5. «Коммерсантъ». «Топливо пошло в разгон».
      https://www.kommersant.ru/doc/8813387
   6. «Коммерсантъ». Материал о влиянии дефицита дизельного топлива на грузоперевозки и росте транспортных ставок.
      https://www.kommersant.ru/doc/8778944
   7. «Фонтанка». Материал о семичасовой очереди на АЗС на границе Санкт-Петербурга и Ленинградской области.
      https://www.fontanka.ru/2026/07/12/76529574/
   8. «Фонтанка». «Wildberries опроверг массовую отмену заказов из-за дефицита топлива».
      https://www.fontanka.ru/2026/07/10/76527318/
   9. Финансы Mail. «Где ограничили продажу бензина и когда ситуация нормализуется».
      https://finance.mail.ru/article/gde-ogranichili-prodazhu-benzina-i-kogda-situaciya-normalizuetsya-69217153/
   10. Сравни. «Где ввели ограничения на бензин в июле 2026 года: регионы и лимиты».
       https://www.sravni.ru/novost/2026/7/10/gde-vveli-ogranicheniya-na-benzin-v-iyune-2026-goda-regiony-i-limity/
   11. «Комсомольская правда — Крым». Материал об обстановке с топливом на АЗС Крыма и Севастополя.
       https://www.crimea.kp.ru/daily/277797.5/5275445/

Сообщение Топливный кризис в России: хроника событий с 10 по 13 июля 2026 года появились сначала на ECOMHUB - о E-Commerce, омниканальном ритейле, логистике, технологиях, соцсетях.

Аналитический PR в последние годы стал одним из самых сильных инструментов продвижения для компаний, у которых есть доступ к данным. Рынку и СМИ всё меньше интересны обычные корпоративные новости: компания что-то запустила, куда-то вышла, приняла участие в мероприятии или получила награду. Такие поводы по-прежнему могут быть полезны для собственной коммуникации, но редко становятся самостоятельной темой для редакций.

Гораздо сильнее работают данные: как меняется спрос, что покупают люди, где растут цены, какие профессии становятся востребованнее, какие категории товаров набирают обороты, как ведут себя пользователи в разных регионах. Именно поэтому лучшие примеры аналитического PR сегодня показывают не классические PR-службы, а компании, которые умеют превращать собственные данные в рыночные выводы.

Если смотреть на российский рынок последних двух-трёх лет, наиболее заметными примерами выглядят Авито и СДЭК.Shopping. У них разная природа данных, разные рынки и разные PR-задачи, но в обоих случаях аналитика стала не вспомогательным инструментом, а частью публичного позиционирования.

Авито: главный пример data-driven PR

Авито сейчас можно считать одним из самых сильных игроков российского рынка с точки зрения аналитического PR. Причина не только в масштабе платформы, а в том, как компания работает с данными.

Авито давно перестало быть просто классифайдом. Вокруг платформы сформировалась большая экосистема рынков: товары, работа, недвижимость, авто, услуги, малый бизнес, частные продавцы, профессиональные продавцы, доставка, реклама. По сути, у компании есть доступ к живой картине спроса и предложения в огромном числе категорий.

И именно это Авито хорошо использует в коммуникации.

Компания регулярно выходит в публичное поле не с сообщениями формата «у нас много пользователей» или «мы запустили новый сервис», а с рыночными наблюдениями. Авито показывает, какие профессии становятся востребованнее, как меняется спрос на услуги, что происходит с малым бизнесом, какие товары чаще покупают, как ведут себя соискатели и работодатели, какие категории растут в регионах.

Сильная сторона Авито — в широте повестки. Платформа может говорить не об одном рынке, а сразу о нескольких. Для СМИ это удобно: данные Авито можно использовать в темах про рынок труда, потребительское поведение, малый бизнес, сервисную экономику, недвижимость, автомобили, частные продажи и локальные рынки.

Отдельно важно, что Авито активно использует совместные исследования с другими игроками. Это уже более зрелая форма аналитического PR. Компания не просто публикует свои данные, а создаёт совместные аналитические продукты с партнёрами. Для партнёров это способ усилить собственную экспертизу за счёт данных крупной платформы, а для Авито — способ показать ценность своей аналитики и расширить присутствие в разных темах.

По сути, Авито продвигает свою data-экспертизу через партнёрские исследования. Это особенно сильный ход: компания демонстрирует, что её данные могут быть полезны не только журналистам, но и бизнесу, брендам, рекламодателям, работодателям, сервисным компаниям и другим участникам рынка.

При этом у Авито есть ещё один важный уровень — продуктовая аналитика для бизнеса. Речь не только о публичных исследованиях, но и об инструментах, которые помогают продавцам и компаниям понимать спрос, конкуренцию, эффективность продвижения и поведение пользователей. Это усиливает доверие к Авито как к площадке, которая не просто размещает объявления, а помогает бизнесу принимать решения на основе данных.

В этом и состоит сила аналитического PR Авито: компания одновременно работает на медийность, доверие рынка и коммерческую ценность своей аналитики.

СДЭК.Shopping: сильный пример нишевой аналитики

Если Авито силён широтой данных, то СДЭК.Shopping интересен точностью выбранной ниши. Компания заняла понятную территорию: трансграничные онлайн-покупки, зарубежные товары, электроника, люксовые бренды, одежда, обувь, аксессуары, потребительские предпочтения россиян при заказах из-за рубежа.

Это хороший пример того, как относительно узкая продуктовая зона может стать сильной медийной темой, если вокруг неё регулярно создавать аналитику.

СДЭК.Shopping появляется в СМИ через понятные рынку вопросы: стали ли россияне чаще покупать за рубежом, как меняется средний чек, какие страны и категории растут, какие бренды остаются популярными, что происходит с электроникой, люксом, одеждой и аксессуарами.

Такие темы хорошо работают для деловых и потребительских медиа. Они находятся на стыке e-commerce, импорта, потребительского поведения, санкционной экономики, логистики и изменения покупательских привычек. Поэтому данные СДЭК.Shopping легко превращаются в новости: в них есть цифра, динамика, категория, понятный интерес аудитории и связь с текущей экономической ситуацией.

Сильная сторона СДЭК.Shopping — регулярность. Компания не ограничивается одним большим исследованием. Она постоянно даёт рынку срезы по категориям: зарубежные покупки в целом, электроника, люкс, одежда, обувь, сумки, отдельные бренды, средние чеки, рост или снижение заказов.

Для аналитического PR это принципиально важно. Одно исследование быстро забывается. Регулярные данные постепенно закрепляют за компанией экспертную территорию. Если журналисту нужна фактура по зарубежным онлайн-покупкам, СДЭК.Shopping становится одним из очевидных источников.

Именно поэтому СДЭК.Shopping можно считать одной из самых удачных «звёздочек» аналитического PR в e-commerce-сегменте. Компания использует данные не как приложение к PR, а как самостоятельный медийный актив.

T-Data: перспективный пример коммерциализации данных

Отдельного внимания заслуживает T-Data от Т-Банка. Это не столько классический PR-кейс, сколько пример того, как большая компания начинает превращать данные в отдельный аналитический продукт.

У Т-Банка есть сильная база для такого направления: транзакционные данные, понимание потребительской активности, поведение клиентов, динамика спроса, категории расходов. На этой базе можно создавать исследования для бизнеса и помогать компаниям принимать решения о развитии, маркетинге, географии, аудитории и продуктах.

С точки зрения аналитического PR T-Data пока выглядит не таким медийно «звучащим» игроком, как Авито или СДЭК.Shopping. Но направление само по себе очень важное: рынок постепенно приходит к тому, что данные становятся не только внутренним активом компании, но и отдельным продуктом для внешних клиентов.

Если T-Data будет регулярно публиковать понятные рыночные срезы, индексы, потребительские обзоры и отраслевые исследования, у проекта есть потенциал стать одним из заметных игроков аналитического PR. Особенно если коммуникация будет строиться не вокруг самого факта наличия больших данных, а вокруг прикладных выводов для бизнеса.

Контур: сильный B2B-пример, но более утилитарный

В B2B-сегменте стоит выделить Контур, прежде всего через аналитику, связанную с бизнесом, юрлицами, контрагентами, финансовыми результатами компаний и отраслевой структурой. Здесь данные имеют другую природу: они меньше про потребительский интерес и больше про состояние деловой среды.

Такая аналитика хорошо работает для деловых СМИ, потому что помогает объяснять, как меняется предпринимательская активность, где растут риски, какие отрасли показывают напряжение, как выглядят проблемы убыточности, закрытия компаний, аффилированности или судебных споров.

Контур не выглядит таким ярким PR-игроком, как Авито, но его пример важен для B2B-рынка: данные о бизнесе могут быть не менее медийными, чем данные о покупателях. Просто они требуют более точной упаковки и более делового угла.

Чек Индекс: хороший пример потребительской фактуры

Ещё один заметный формат — данные фискальных чеков. Чек Индекс и Платформа ОФД показывают, как можно превращать повседневные покупки в новости: средние чеки, частота покупок, спрос на категории, динамика ресторанов, медицины, электроники, цветов, одежды и других потребительских рынков.

Сила этого подхода — в простоте. Чек — это понятный индикатор реального поведения покупателей. Поэтому такие данные легко использовать в СМИ: они быстро отвечают на вопрос, что стало дороже, что стали покупать чаще, где изменился спрос и как это отражается на потребителях.

Это хороший пример аналитического PR, но скорее инфраструктурный: данные часто становятся сырьём для новостей, однако сами бренды не всегда превращаются в ярких публичных героев повестки.

ЦИАН: сильная ниша в недвижимости

В недвижимости одним из наиболее понятных игроков остаётся ЦИАН. У рынка недвижимости есть постоянный спрос на цифры: цены, аренда, новостройки, вторичка, ипотека, региональная динамика, спрос покупателей и поведение арендаторов.

ЦИАН хорошо работает именно потому, что находится внутри рынка и может регулярно давать СМИ понятные метрики. Это пример сильной нишевой аналитики: компания не пытается говорить обо всём, а закрепляет за собой территорию недвижимости.

При этом по уровню широты и гибкости PR-повестки ЦИАН всё же уступает Авито. Авито может говорить сразу о нескольких рынках, а ЦИАН работает внутри одной большой, но более узкой категории.

ЮMoney / ЮKassa: сильная e-commerce-аналитика на базе платежей

Отдельно стоит выделить ЮMoney и ЮKassa. Это хороший пример аналитического PR на стыке финтеха, e-commerce и малого бизнеса. У ЮKassa есть сильная фактическая база: платежи интернет-магазинов, динамика покупок, средний чек, структура онлайн-оплат, активность малых и средних продавцов. Поэтому компания может говорить не абстрактно о развитии онлайн-торговли, а показывать, как реально меняются обороты, число покупок и поведение покупателей.

Сильная сторона ЮKassa — в том, что её данные легко превращаются в понятные для СМИ рыночные выводы. Отдельно компания показывает динамику малого бизнеса: рост числа небольших магазинов, оборотов, платежей и изменение среднего чека.

Для аналитического PR это сильная позиция: ЮKassa может выступать не только как платёжный сервис, но и как источник данных о состоянии e-commerce. Особенно важны совместные исследования, например с логистическими игроками, где платежная аналитика дополняется данными о доставке и грузообороте. Такой формат делает выводы объёмнее и помогает ЮMoney усиливать не только собственный бренд, но и партнёров, с которыми выпускаются исследования.

Data Insight и INFOLine: профессиональные аналитики, которым сам бог велел

Отдельно стоит упомянуть Data Insight и INFOLine. Это не совсем тот же тип игроков, что Авито или СДЭК.Shopping. Для них аналитика — не производный PR-инструмент, а основной продукт.

Data Insight давно занимает сильную позицию в e-commerce-аналитике: рынок интернет-торговли, рейтинги интернет-магазинов, динамика заказов, оценки объёма рынка. INFOLine силён в ритейле, FMCG, рейтингах крупнейших игроков и отраслевых обзорах.

Они активно работают с данными и регулярно попадают в СМИ, но в их случае это ожидаемо: аналитическим компаниям сам бог велел быть источником рыночной фактуры. Гораздо интереснее смотреть на тех, для кого данные не являются единственным продуктом, но становятся мощным инструментом PR, продаж и позиционирования.

Главный вывод

Лучший аналитический PR сегодня делают компании, которые умеют превращать свои данные в рыночные темы. Не просто публиковать цифры, а объяснять через них поведение покупателей, продавцов, работодателей, бизнеса и целых отраслей.

Настоящими звёздочками аналитического PR в России сейчас выглядят Авито и СДЭК.Shopping.

Авито — потому что работает с огромным количеством рынков, регулярно создаёт данные для СМИ, делает совместные исследования с партнёрами и фактически показывает коммерческую ценность своей data-аналитики через публичную экспертизу.

СДЭК.Shopping — потому что очень точно занял нишу трансграничной онлайн-торговли и регулярно превращает данные о зарубежных покупках в заметные медийные поводы.

Их опыт показывает главный принцип: данные становятся PR-силой только тогда, когда они отвечают на вопрос рынка. Что меняется? Кто выигрывает? Кто теряет? Где растёт спрос? Как ведёт себя покупатель? Что это значит для бизнеса?

Компании, которые умеют отвечать на эти вопросы, получают больше, чем публикации. Они получают экспертную позицию. А в B2B и e-commerce это уже не просто PR, а часть продаж, доверия и рыночного влияния.

Автор: Семко Сергей

Сообщение Кто в России лучше всех использует аналитический PR появились сначала на ECOMHUB - о E-Commerce, омниканальном ритейле, логистике, технологиях, соцсетях.

🏛 Путин провёл совещание по топливному рынку

8 июля Владимир Путин провёл специальное совещание с правительством, посвящённое ситуации на рынке топлива.

В центре обсуждения оказались:

▪️ перебои на АЗС;
▪️ сокращение производства нефтепродуктов;
▪️ изменение логистических маршрутов;
▪️ рост внутреннего спроса;
▪️ состояние нефтеперерабатывающих заводов;
▪️ организация импорта топлива;
▪️ полный запрет экспорта дизельного топлива.

Правительство одновременно решает несколько задач: обеспечить внутренний рынок, перераспределить поставки между регионами, сформировать приоритетные запасы для транспорта, сельского хозяйства и экстренных служб, а также не допустить резкого роста цен.

🚫 Экспорт дизеля полностью остановили

Одной из главных мер стал полный запрет экспорта дизельного топлива до конца июля.

При этом фактический экспорт начал сокращаться ещё раньше из-за снижения производства и необходимости перенаправлять топливо на внутренний рынок. Запрет должен увеличить предложение внутри страны, однако не способен мгновенно устранить дефицит: топливо ещё необходимо физически доставить в проблемные регионы.

🚢 Россия начинает импортировать топливо

Параллельно правительство подтвердило начало импорта нефтепродуктов.

Для одного из крупнейших мировых экспортёров нефти такой шаг выглядит нетипично и показывает, что главным ограничением стали уже не запасы сырья, а возможности переработки и логистики.

🏭 Проблемы охватили сразу несколько НПЗ

Одновременно кризис усилился из-за остановки и повреждений крупных предприятий.

▪️ Полностью остановился Саратовский НПЗ.
▪️ Продолжили сказываться последствия остановки Омского НПЗ.
▪️ Существенно сократилось биржевое предложение Киришского и Самарской группы НПЗ.
▪️ Новые атаки затронули нефтебазы, терминалы и объекты нефтяной инфраструктуры.

В результате система лишилась сразу нескольких источников поставок топлива.

🚛 Ограничения распространились по регионам

Во многих субъектах появились собственные меры регулирования:

▪️ лимиты на объём одной заправки;
▪️ запрет продажи топлива в канистры;
▪️ приоритет для экстренных служб и сельхозпредприятий;
▪️ продажа топлива по определённым дням в зависимости от номера автомобиля;
▪️ публикация списков работающих АЗС.

При этом правила зачастую отличались не только между регионами, но и между отдельными заправками одной сети.

📱 Банки и ИТ-компании начали искать бензин вместо государства

На фоне отсутствия единой системы мониторинга практически одновременно появились цифровые сервисы поиска работающих АЗС.

Карты наличия топлива запустили:

▪️ Т-Банк;
▪️ Яндекс;
▪️ Сбер.

Они используют банковские транзакции или данные о фактических заправках, помогая водителям оценить вероятность наличия топлива на конкретной станции. Сам факт появления таких сервисов показывает масштаб проблемы и дефицит оперативной информации.

🌍 Последствия уже выходят за пределы топливного рынка

Кризис начал отражаться на перевозках между Россией и Китаем, стоимости автомобильной логистики, работе аграриев и мировом рынке дизельного топлива.

Одновременно выросли риски для уборочной кампании, увеличились расходы перевозчиков и усилилось давление на цепочки поставок. Российский запрет экспорта дизеля также вызвал рост мировых цен на этот вид топлива.

📌 Что это означает

Главная особенность нынешней ситуации в том, что проблемы возникли одновременно сразу на нескольких уровнях: производство, нефтебазы, логистика, биржевая торговля, региональное распределение и розничные продажи.

Именно поэтому кризис уже нельзя рассматривать как локальную нехватку топлива в отдельных регионах. Он превратился в системную проблему, для решения которой государству приходится одновременно ограничивать экспорт, организовывать импорт, перераспределять поставки и оперативно реагировать на новые повреждения инфраструктуры.

Подробнее

За полтора дня — с утра 8 июля до утра 10 июля 2026 года — топливный кризис в России перешёл в качественно новую фазу. Ещё несколькими днями ранее происходящее можно было воспринимать как совокупность региональных перебоев: где-то исчезал АИ-95, где-то водителям отпускали не больше 20–30 литров, где-то перед автозаправочными станциями возникали многочасовые очереди.

К 8–10 июля стало очевидно, что речь идёт уже не о локальном дефиците и не о временном нарушении поставок в отдельных субъектах. Проблемы одновременно возникли практически на всех участках топливной системы: от нефтепереработки и хранения до биржевой торговли, железнодорожной и автомобильной логистики, регионального распределения и розничных продаж.

За это время Россия полностью запретила экспорт дизельного топлива, объявила о начале импорта нефтепродуктов, столкнулась с остановкой Саратовского НПЗ и последствиями остановки Омского НПЗ, новыми пожарами на нефтебазах и повреждением судов в Таганрогском заливе. Продажи белорусского бензина на Петербургской бирже после введения ценовых ограничений сократились почти в 20 раз. Регионы начали вводить собственные схемы нормирования — от запрета продажи в канистры до заправки автомобилей по определённым дням в зависимости от номера.

Одновременно кризис начал влиять на перевозки между Россией и Китаем, сельское хозяйство, стоимость грузовой логистики и мировой рынок дизеля. Т-Банк, Яндекс и Сбер один за другим запустили сервисы, позволяющие искать АЗС, на которых недавно совершались покупки топлива или фиксировались фактические заправки.

Таким образом, к утру 10 июля кризис уже нельзя было объяснить только атаками на НПЗ. Это стал системный сбой, в котором одновременно сошлись сокращение производства, повреждение инфраструктуры, сезонный рост спроса, перегруженная логистика, биржевые ограничения, ажиотажное потребление и недостаток достоверной оперативной информации.

1. 8 июля: Владимир Путин собрал совещание по ситуации на топливном рынке

Одним из центральных событий 8 июля стало совещание Владимира Путина с членами правительства, значительная часть которого была посвящена топливному рынку.

Именно в ходе этого совещания государство публично зафиксировало переход к чрезвычайным мерам. Обсуждались перебои на АЗС, сокращение производства нефтепродуктов, изменение маршрутов доставки, рост внутреннего спроса, состояние нефтеперерабатывающих заводов, необходимость импорта и полный запрет на экспорт дизельного топлива.

Президент потребовал доложить, как принимаемые решения повлияют на снабжение внутреннего рынка и когда положение начнёт стабилизироваться. Отдельное внимание было уделено регионам, где дефицит уже непосредственно затрагивал население, коммерческий транспорт, сельское хозяйство и работу государственных служб.

Путин связал ухудшение ситуации с атаками на энергетическую инфраструктуру. По его словам, удары наносятся не только ради физического повреждения предприятий, но и для создания тревоги, перебоев в снабжении и недовольства внутри страны.

При этом власти продолжали подчёркивать временный характер кризиса. Однако масштаб обсуждавшихся мер говорил о том, что обычных рыночных инструментов и перераспределения поставок между нефтяными компаниями уже недостаточно.

Правительству пришлось одновременно решать несколько задач:

— остановить отток дизеля за пределы страны;

— увеличить загрузку работающих НПЗ;

— организовать импорт бензина и других нефтепродуктов;

— перераспределить поставки между регионами;

— создать резервы для общественного транспорта, скорой помощи, коммунальных предприятий и сельского хозяйства;

— стабилизировать биржевую торговлю;

— не допустить неконтролируемого роста розничных цен;

— снизить ажиотажный спрос на АЗС.

Совещание стало важной точкой кризиса ещё и потому, что впервые на таком уровне одновременно прозвучали три взаимосвязанных решения: запрет экспорта дизеля, начало импорта топлива и увеличение внутренних поставок за счёт дополнительной загрузки работающих предприятий.

2. Доклад Александра Новака: производство сократилось, спрос вырос, маршруты пришлось перестраивать

Основной доклад по топливному рынку представил вице-премьер Александр Новак.

Он признал, что ситуация остаётся сложной. По его словам, вынужденное сокращение производства нефтепродуктов потребовало изменения привычных маршрутов доставки топлива конечным потребителям.

Это принципиально важно для понимания кризиса. Проблема заключалась не только в том, что топлива в целом стало меньше. Выпадали конкретные заводы и конкретные региональные базисы, к которым десятилетиями была привязана система снабжения.

Если останавливается НПЗ, его объёмы нельзя мгновенно заменить топливом с другого предприятия. Необходимо найти свободную продукцию, согласовать поставку, выделить железнодорожные цистерны или бензовозы, изменить графики движения, принять топливо на нефтебазе и распределить его между АЗС.

Новак также сообщил о существенном росте спроса на нефтепродукты. Летом одновременно увеличиваются автомобильные поездки, туристический поток, потребление сельскохозяйственной техники и нагрузка на грузовой транспорт. В кризисной ситуации к сезонному росту добавляется ажиотажное потребление: водители чаще заправляют полный бак, а некоторые пытаются покупать топливо в канистры.

Вице-премьер отдельно подтвердил, что в июле Россия начинает импортные поставки нефтепродуктов. Это должно было дополнить внутреннее производство и объёмы, высвобождавшиеся после остановки экспорта.

До этого правительство уже рассматривало запрет на экспорт дизеля, изменение налогового законодательства, использование резервов нефтяных компаний и перенос плановых ремонтов НПЗ. Компании откладывали часть ремонтных работ и использовали запасы, чтобы поддерживать рынок, но этих мер оказалось недостаточно.

3. Россия полностью запретила экспорт дизельного топлива

Главным немедленным решением, объявленным 8 июля, стал полный запрет на экспорт дизельного топлива до 31 июля 2026 года.

Ограничение распространилось не только на независимых трейдеров, но и на непосредственных производителей нефтепродуктов. Это принципиальное отличие от более мягких режимов, при которых крупные нефтяные компании могли продолжать экспортировать топливо, произведённое на собственных НПЗ.

Под ограничения также попали отдельные категории газойлей и судового топлива. Исключения сохранялись для ограниченного перечня поставок, включая отдельные направления, регулируемые межправительственными соглашениями.

Логика решения понятна: Россия традиционно производила значительно больше дизельного топлива, чем потребляла внутри страны. Поэтому правительство рассчитывает перенаправить экспортные объёмы российским потребителям.

Однако фактический экспорт начал резко сокращаться ещё до введения полного запрета.

В июне морские поставки дизеля и газойля снизились примерно на 39% по сравнению с маем и почти на 46% год к году. За первые восемь дней июля экспорт оценивался примерно в 214 тыс. баррелей в сутки против порядка 793 тыс. баррелей в сутки в июле 2025 года.

Это означает, что формальное решение государства во многом закрепило тенденцию, которая уже сложилась физически. Экспорт сокращался не только из-за политического решения, но и из-за падения производства, ограниченного количества свободного топлива и необходимости срочно обеспечивать внутренний рынок.

Таким образом, запрет должен дать дополнительный ресурс, но объём этого ресурса меньше, чем мог бы быть в обычных условиях: значительная часть потенциально экспортируемого дизеля уже не производилась или уже была перенаправлена внутри страны.

4. Почему запрет экспорта не означает мгновенного появления топлива на АЗС

На первый взгляд может показаться, что достаточно прекратить экспорт — и недостающее топливо сразу поступит российским автомобилистам. На практике механизм значительно сложнее.

Во-первых, экспортные партии находятся не обязательно там, где возник наиболее острый дефицит. Топливо может быть сосредоточено в портах, на экспортных терминалах и базисах, удалённых от проблемных регионов.

Во-вторых, дизель необходимо физически перенаправить. Для этого требуются железнодорожные цистерны, локомотивная тяга, свободные пути, нефтебазы, бензовозы и согласованные графики отгрузки.

В-третьих, значительная часть ограничений на АЗС касается бензина, а не дизеля. Россия действительно производит избыток дизельного топлива, однако запас между производством и внутренним потреблением бензина гораздо меньше. Поэтому запрет экспорта дизеля способен снизить давление на грузовой транспорт, аграриев и промышленность, но не обязательно быстро устранит дефицит АИ-92 и АИ-95.

В-четвёртых, дополнительные объёмы дизеля потребуются не только обычным автомобилистам. Приоритетными потребителями становятся:

— грузовые перевозчики;

— сельскохозяйственные предприятия;

— общественный транспорт;

— коммунальные службы;

— аварийные бригады;

— предприятия непрерывного цикла;

— поставщики продовольствия;

— государственные и муниципальные организации.

Фактически государству приходится распределять ограниченное предложение между секторами, каждый из которых считает собственное потребление критически важным.

5. Россия начинает импортировать бензин и другие нефтепродукты

Ещё одним чрезвычайным решением стал переход к импорту топлива.

Новак сообщил, что импортные поставки начинаются уже в июле. Речь идёт прежде всего о бензине, поскольку именно по нему внутренний баланс наиболее уязвим.

Россия уже увеличила получение топлива из Белоруссии. Также сообщалось о морских поставках бензина из Индии. По отдельным оценкам, обсуждаемый объём импорта мог достигать нескольких сотен тысяч тонн в месяц.

Для одного из крупнейших мировых производителей и экспортёров нефти сам переход к масштабному импорту готового моторного топлива является показательным. Он означает, что наличие собственных запасов сырой нефти не гарантирует достаточного количества бензина и дизеля: ключевым ограничением стали перерабатывающие мощности и инфраструктура распределения.

Однако импорт не может моментально наполнить российские АЗС.

Топливо необходимо:

— законтрактовать;

— доставить морем или по железной дороге;

— провести через портовые и таможенные процедуры;

— проверить на соответствие российским требованиям;

— направить на нефтебазы;

— распределить между регионами и сетями АЗС.

Дополнительной проблемой остаётся цена. Импортное топливо может стоить значительно дороже российского. Если закупать его по высокой внешней цене, а продавать внутри страны по административно сдерживаемой цене, импорт становится экономически невыгодным.

Поэтому государству может потребоваться компенсировать логистические расходы, предоставлять субсидии, менять налоговые условия или создавать специальные механизмы закупки топлива для наиболее уязвимых регионов.

6. Продажи белорусского топлива на Петербургской бирже резко сократились

Одним из наиболее показательных событий стало практически обвальное падение продаж белорусского бензина на Петербургской международной товарно-сырьевой бирже.

В июне Белоруссия существенно нарастила поставки в Россию. Белорусское топливо рассматривалось как один из самых быстрых способов частично компенсировать выпадение продукции российских НПЗ.

На бирже было реализовано около 62,1 тыс. тонн белорусского летнего дизельного топлива — примерно в 3,6 раза больше, чем в июне 2025 года. Продажи бензина также резко увеличились.

Однако белорусское топливо стоило значительно дороже российского. Отдельные партии дизеля продавались по 135–136 тыс. руб. за тонну, тогда как российский биржевой индекс находился примерно на уровне 73,5 тыс. руб. за тонну. Стоимость белорусского АИ-92 также существенно превышала российские котировки.

С 6 июля Петербургская биржа распространила ценовые ограничения на белорусские базисы. Максимальный шаг повышения цены установили на уровне 0,01% за одну торговую сессию. При этом снижение могло происходить значительно быстрее.

После изменения правил суточные продажи белорусского бензина сократились почти в 20 раз — с нескольких тысяч тонн до нескольких сотен тонн.

Возник очевидный регуляторный парадокс. Российскому рынку было необходимо белорусское топливо, но поставщикам стало невыгодно выводить его на торги по цене, не отражавшей закупочную стоимость и логистику.

Административное ограничение роста котировок позволило сдерживать номинальную биржевую цену, но одновременно привело к сокращению физического предложения.

Это один из ключевых эпизодов кризиса: борьба с дорогим топливом фактически уменьшила объём доступного топлива. Если поставщик не может продать товар без убытка, он не обязательно снижает цену — он может просто перестать участвовать в торгах.

7. Саратовский НПЗ полностью остановил переработку

8 июля после атаки беспилотников остановился Саратовский нефтеперерабатывающий завод.

По данным Reuters, повреждение получила установка первичной переработки CDU-6 мощностью около 20 тыс. тонн в сутки. Это единственная установка первичной переработки предприятия.

Такая установка является начальной точкой производственного процесса. Если она не работает, предприятие не может в обычном режиме принимать и перерабатывать сырую нефть, а значит — выпускать основной объём бензина, дизеля, мазута и других нефтепродуктов.

После атаки Саратовский НПЗ перестал выставлять продукцию на Петербургской бирже. Таким образом, остановка завода практически сразу отразилась не только на производстве, но и на организованном рыночном предложении.

В 2024 году завод переработал около 5,8 млн тонн нефти — приблизительно 2,2% общего российского объёма нефтепереработки. Предприятие выпускало около 1,2 млн тонн бензина и 1,9 млн тонн дизельного топлива.

В масштабах всей страны доля может показаться относительно небольшой. Но в условиях одновременного выпадения нескольких предприятий даже потеря 2–3% становится существенной.

Кроме того, значение НПЗ определяется не только его долей в национальном производстве. Саратовский завод является частью региональной системы снабжения Поволжья и соседних территорий. Замена его объёмов требует доставки топлива с других предприятий, которые сами могут работать с ограничениями.

Для Саратовского НПЗ это была уже третья остановка в 2026 году после атак. Предприятие также приостанавливало работу в марте и мае. Повторные повреждения создают накопительный эффект: требуется ремонтировать оборудование, искать запасные части и одновременно учитывать риск новых ударов.

8. Последствия остановки Омского НПЗ

Кризис усиливался последствиями остановки Омского НПЗ после атаки 6 июля.

Омский НПЗ — крупнейшее нефтеперерабатывающее предприятие России и один из ключевых источников топлива для Сибири, Урала и восточных регионов.

География здесь имеет решающее значение. Западную часть страны можно теоретически снабжать продукцией нескольких крупных предприятий, расположенных относительно близко друг к другу. В Сибири и на Дальнем Востоке расстояния между НПЗ, нефтебазами и потребителями значительно больше.

Поэтому выпадение Омского НПЗ невозможно быстро компенсировать топливом с северо-запада, Поволжья или юга России. Железнодорожная доставка занимает время, требует значительного количества цистерн и повышает себестоимость.

Остановка Омского предприятия также усилила давление на грузовые маршруты, связанные с Китаем, Монголией и восточными регионами.

По данным международных изданий, атаки затронули все десять крупнейших российских нефтеперерабатывающих заводов. Не каждое попадание означает полную остановку, однако даже временное отключение установки, сокращение загрузки или прекращение отгрузки уменьшает общий доступный ресурс.

9. Биржевые продажи крупнейших НПЗ резко снизились

К утру 10 июля данные торгов позволили оценить масштаб падения предложения с отдельных производственных базисов.

Продажи топлива с базисов Киришского НПЗ оказались приблизительно на 80% ниже докризисного уровня. «Киришинефтеоргсинтез» — одно из крупнейших предприятий северо-запада России и важный источник топлива для Санкт-Петербурга, Ленинградской области и соседних регионов.

Предложение Самарской группы НПЗ, включающей Куйбышевский, Новокуйбышевский и Сызранский заводы, сократилось примерно на 65%.

Саратовский НПЗ после атаки полностью прекратил биржевые продажи.

Когда предложение падает одновременно с нескольких базисов, рынок теряет возможность компенсировать остановку одного предприятия продукцией другого. В обычной ситуации нефтяная компания или трейдер может перераспределить партии между регионами. В июле многие потенциальные резервные поставщики сами работали с ограничениями.

На бирже одновременно действовали два противоположных процесса:

— физическое предложение сокращалось;

— возможность роста цены административно ограничивалась.

В результате формальная стабильность или замедление котировок не обязательно означали улучшение положения. Топливо могло просто не выставляться на торги.

10. Ночь на 9 июля: пожары на нефтебазах в Твери и Ставропольском крае

В ночь на 9 июля новые атаки затронули инфраструктуру хранения топлива.

В Твери загорелся резервуар на нефтебазе. Региональные власти подтвердили пожар и сообщили о его локализации. Данных о пострадавших не поступало.

В Ставропольском крае пожар возник на нефтебазе в районе хутора Вязники, недалеко от Михайловска. Первоначальные сообщения связывали происшествие с объектом непосредственно в Михайловске, однако позднее местоположение уточнялось.

Повреждение нефтебазы не всегда вызывает такое же падение выпуска, как остановка НПЗ. Но нефтебаза — ключевое звено распределительной системы.

Именно здесь топливо:

— принимается с завода или железной дороги;

— хранится в резервуарах;

— формируется в партии;

— загружается в бензовозы;

— направляется на АЗС и предприятия.

Если регион теряет часть резервуаров, насосного оборудования или наливной инфраструктуры, топливо может существовать физически, но его становится сложнее принять, сохранить и доставить потребителям.

В обычных условиях потери одной нефтебазы можно компенсировать соседним объектом. В условиях кризиса соседние мощности уже могут быть загружены, а страховые запасы — частично израсходованы.

11. Танкеры в Таганрогском заливе атаковали две ночи подряд

8 и 9 июля поступали сообщения о повреждении судов в Таганрогском заливе.

В результате повторных атак два танкера получили механические повреждения. Экипажи эвакуировали. На судах возникли пожары: один удалось ликвидировать, тушение второго продолжалось.

Этот эпизод важен не только как отдельное происшествие. Он показывает, что риски распространились на водную логистику нефтепродуктов.

До этого основное внимание было приковано к НПЗ и нефтебазам. Теперь под угрозой оказались суда и портовые маршруты, которые могли использоваться для перераспределения топлива.

Таганрогский залив связан с портами Азовского моря и логистикой юга России. Этот макрорегион одновременно испытывает повышенную нагрузку из-за:

— летнего туристического сезона;

— перевозки сельскохозяйственных грузов;

— снабжения южных субъектов;

— автомобильного потока в направлении Краснодарского края и Крыма;

— работы морских и речных портов.

Когда проблемы возникают одновременно в железнодорожной, автомобильной и водной логистике, возможности быстро перебрасывать топливо между регионами резко сокращаются.

12. Утро 10 июля: новая волна атак на нефтяную инфраструктуру

В ночь на 10 июля появилась информация о новой серии атак на объекты в Краснодарском крае и Ростовской области.

Оперативные источники сообщали о взрывах и пожаре в районе Ильского НПЗ. Также поступали сообщения о пожаре на портовом нефтяном терминале в Таганроге и об объектах в районе Азова.

На момент утренних публикаций окончательных данных о масштабе повреждений и влиянии на производство ещё не было. Поэтому эти эпизоды необходимо отделять от подтверждённой полной остановки Саратовского НПЗ.

Важно различать:

— подтверждённый пожар или взрыв;

— повреждение вспомогательной инфраструктуры;

— попадание в технологическую установку;

— временную остановку предприятия;

— полное прекращение переработки;

— сокращение или прекращение отгрузок.

Даже крупный визуально пожар не всегда означает полную остановку завода. И наоборот, повреждение сравнительно небольшого, но критически важного элемента может остановить весь технологический процесс.

Тем не менее новая серия атак показала уязвимость сразу нескольких звеньев: НПЗ, нефтебаз, портовых терминалов и водной логистики.

Особенно важно, что это произошло практически сразу после решения запретить экспорт дизеля. Государство только начало высвобождать дополнительные объёмы для внутреннего рынка, как производственная и транспортная инфраструктура столкнулась с новыми рисками.

13. Ограничения на продажу топлива охватили десятки регионов

К 8–10 июля различные формы ограничений действовали уже в значительной части российских регионов.

Единого федерального режима не существовало. Правила могли отличаться не только между субъектами, но и между муниципалитетами, сетями АЗС и даже отдельными станциями одной сети.

Наиболее распространённой мерой стали лимиты на объём одной заправки.

На городских АЗС водителю могли отпускать:

— 15–40 литров бензина;

— 50–80 литров дизельного топлива.

Для грузового транспорта на трассах лимиты иногда увеличивались до 200–300 литров. Однако для магистрального тягача, выполняющего длинный рейс, даже 300 литров может быть недостаточно.

В ряде регионов бензин и дизель разрешалось заливать только непосредственно в бак автомобиля. Продажа в канистры, бочки и другие ёмкости запрещалась.

Так власти пытались одновременно бороться с тремя явлениями:

— созданием домашних запасов;

— перепродажей топлива;

— многократным возвращением одного водителя на АЗС.

На части станций свободная продажа отдельных марок полностью прекращалась. Где-то оставался только АИ-92, где-то — дизель, где-то топливо отпускалось исключительно приоритетным категориям.

В отдельных субъектах вводился режим повышенной готовности. Он позволял региональным органам оперативнее перераспределять резервы, координировать поставщиков и устанавливать особые правила работы АЗС.

14. Продажа бензина по автомобильным номерам

Одной из наиболее заметных мер стала система заправки автомобилей в зависимости от регистрационного номера.

8 июля о соответствующих правилах объявили в Нижегородской области. Аналогичные решения обсуждались или вводились в Астраханской области и других регионах.

В зависимости от цифры автомобильного номера водители получали право заправляться в определённые дни. По сути, речь идёт о разделении потока на две группы — например, по чётным и нечётным номерам.

Подобный механизм ранее применялся во время крупных топливных кризисов в других странах. Он позволяет:

— сократить количество автомобилей, одновременно приезжающих на АЗС;

— уменьшить очередь;

— ограничить частоту повторных заправок;

— растянуть имеющийся запас на более длительный период.

Но система создаёт множество практических вопросов.

Необходимо определять исключения для:

— транзитного транспорта;

— такси;

— автомобилей экстренных служб;

— коммерческих перевозчиков;

— граждан, приехавших из другого региона;

— людей, которым требуется срочная поездка;

— инвалидов и других льготных категорий.

Главное ограничение такого механизма состоит в том, что он не увеличивает физическое предложение. Он лишь распределяет дефицит между днями и группами автомобилистов.

15. Как региональные власти пытались управлять кризисом

Регионы использовали несколько основных инструментов.

Создание неприкосновенных и приоритетных запасов

Отдельные объёмы резервировались для:

— скорой помощи;

— пожарных и спасательных подразделений;

— общественного транспорта;

— коммунальных предприятий;

— аварийных служб;

— сельскохозяйственных производителей;

— поставщиков продовольствия;

— полиции и других государственных структур.

Прямые договорённости с нефтяными компаниями

Власти пытались получать дополнительные партии вне обычной схемы распределения. Субъекты вели переговоры с крупными нефтяными компаниями, независимыми сетями, владельцами нефтебаз и железнодорожными операторами.

Перераспределение бензовозов

Поставки направлялись на станции и в районы, где положение считалось наиболее острым. Некоторые АЗС временно закрывались, чтобы не распылять небольшую партию топлива между большим количеством точек.

Публикация списков работающих АЗС

Региональные администрации и министерства начали сообщать адреса станций, где на момент составления перечня находилось топливо.

Проблема заключалась в том, что такая информация устаревала очень быстро. Если сотни водителей одновременно направлялись к одной указанной АЗС, поступившая партия могла закончиться за несколько часов.

Ограничение отпуска по корпоративным картам

Наличие топливной карты перестало автоматически гарантировать заправку. В отдельных сетях корпоративные клиенты сталкивались с общими лимитами или дополнительными условиями.

Отмена скидок

Некоторые сети сокращали или полностью отменяли скидки по топливным картам. Для обычного автомобилиста это означало рост расходов, а для перевозчиков — существенное повышение себестоимости рейса.

16. Что происходило непосредственно на автозаправочных станциях

Самым заметным проявлением кризиса для населения стали очереди.

В отдельных городах водители проводили на АЗС по три–пять часов. На наиболее проблемных направлениях ожидание могло продолжаться большую часть дня или даже дольше.

Люди занимали очередь ночью, следили за движением бензовозов и передавали информацию через районные и автомобильные чаты.

Сложилась неофициальная система оперативного оповещения:

— где заметили бензовоз;

— на какой станции началась разгрузка;

— какая марка топлива появилась;

— какой лимит действует;

— принимают ли наличные или карты;

— разрешают ли заправлять канистры;

— насколько длинная очередь;

— когда партия предположительно закончится.

Наличие АЗС на карте уже не означало, что на ней действительно есть бензин. Даже если топливо поступило утром, к середине дня оно могло закончиться.

На некоторых станциях оставался только один вид топлива. Водители были вынуждены либо использовать доступную марку, если это допускал автомобиль, либо продолжать поиски.

Корпоративная топливная карта тоже перестала быть гарантией. Владельцы коммерческого транспорта могли приехать на партнёрскую АЗС и обнаружить, что дизель отпускается только экстренным службам или что установлен жёсткий лимит.

Очереди становились причиной конфликтов.

Споры возникали между:

— водителями из общей очереди;

— льготными категориями;

— грузовым и коммерческим транспортом;

— таксистами;

— людьми, пытавшимися купить топливо в канистры;

— водителями, утверждавшими, что они занимали место раньше.

Сообщалось о драках, вмешательстве полиции и отдельных конфликтах с оружием.

Ситуация особенно быстро ухудшалась там, где распространялась информация о скором введении новых ограничений. Ожидание лимитов само становилось причиной ажиотажного спроса: люди стремились заправиться заранее, тем самым ускоряя исчерпание запасов.

17. Почему официальные списки АЗС не решали проблему

Региональные перечни работающих станций были полезны, но имели серьёзный недостаток: они представляли собой снимок ситуации на определённый момент.

Допустим, администрация утром подтверждала наличие АИ-92 на десяти станциях. После публикации тысячи людей видели один и тот же список и направлялись туда. В результате к моменту приезда значительной части водителей топливо уже заканчивалось.

Кроме того, список не всегда содержал важные подробности:

— конкретную марку бензина;

— объём оставшегося топлива;

— действующий лимит;

— возможность заправки грузовиков;

— условия для корпоративных клиентов;

— фактическую длину очереди;

— время ожидаемой следующей поставки.

Именно недостаток такой информации создал спрос на новые цифровые сервисы.

18. Т-Банк запустил карту более чем для 20 тыс. АЗС

6 июля Т-Банк запустил сервис, позволяющий оценивать вероятность наличия топлива более чем на 20 тыс. АЗС по всей России.

Карта использует обезличенные банковские транзакции. Если на определённой станции недавно фиксировались платежи, похожие на оплату бензина или дизеля, система делает вывод, что там с высокой вероятностью осуществляется отпуск топлива.

Пользователь может:

— увидеть время последней покупки;

— выбрать нужную территорию;

— отфильтровать станции;

— оценить актуальность информации;

— построить маршрут.

Преимущество банковских данных заключается в широком охвате. Сервис не требует, чтобы каждая АЗС была напрямую подключена к специальной информационной системе.

Но существует ограничение: транзакция подтверждает факт недавней покупки, а не наличие конкретного топлива в текущую минуту. Водитель мог оплатить АИ-92, дизель, товар в магазине или другую услугу. Кроме того, партия могла закончиться вскоре после зафиксированного платежа.

Тем не менее в условиях отсутствия единой федеральной карты даже косвенный сигнал оказался востребованным.

19. Яндекс открыл собственную карту наличия топлива и очередей

Яндекс первоначально предоставил информацию о наличии топлива водителям, работающим через «Яндекс Про», а затем начал расширять доступ для обычных пользователей.

Сервис использует данные «Яндекс Заправок» о фактических операциях и проливах топлива. Это позволяет оценивать не просто наличие платежей на станции, а реальную активность заправочного оборудования.

На карте могли отображаться:

— предполагаемое наличие топлива;

— время последней подтверждённой заправки;

— загруженность АЗС;

— очередь;

— возможность построить маршрут.

Сервис охватывал более 10 тыс. подключённых станций.

Его главный недостаток — ограничение партнёрской сетью. АЗС, не подключённые к системе «Яндекс Заправки», могли не отображаться, даже если на них фактически имелся бензин.

20. Сбер вслед за Т-Банком и Яндексом запустил сервис поиска топлива

9 июля собственный сервис запустил Сбер.

Система анализирует обезличенные платёжные данные более 100 млн клиентов и информацию примерно о 23 тыс. автозаправочных станций.

Для каждой точки может отображаться время, когда там в последний раз совершалась покупка, похожая на оплату топлива.

Маршрут к выбранной АЗС строится с использованием картографической инфраструктуры 2ГИС.

По принципу работы сервис Сбера близок к решению Т-Банка: он опирается на транзакционную активность. Чем свежее операции на станции, тем выше вероятность, что она продолжает работать и отпускать топливо.

Появление сразу трёх крупных сервисов за несколько дней — само по себе показатель масштаба кризиса.

Технологические компании фактически начали создавать параллельную информационную инфраструктуру, поскольку единой официальной системы, показывающей в реальном времени наличие каждой марки топлива, действующие лимиты и очередь, не существовало.

21. Частные карты могут сами направлять поток на одну АЗС

У цифровых сервисов существует и обратный эффект.

Когда карта показывает, что на конкретной станции недавно совершались покупки, большое количество водителей может одновременно выбрать одну и ту же точку. Это создаёт дополнительную очередь и ускоряет исчерпание партии.

Кроме того, разные сервисы используют разные источники данных:

— банковские транзакции;

— фактические проливы через подключённые колонки;

— данные партнёрских сетей;

— пользовательские сообщения;

— сведения региональных властей.

Поэтому одна и та же АЗС может отображаться как работающая в одном приложении и как недоступная в другом.

Тем не менее появление таких карт снижает объём полностью бесполезных поездок и позволяет автомобилистам хотя бы приблизительно оценивать ситуацию.

22. Топливный кризис ударил по перевозкам между Россией и Китаем

Проблемы с дизельным топливом вышли далеко за пределы розничного рынка.

Автомобильные перевозчики, работающие на китайском направлении, столкнулись одновременно с несколькими трудностями:

— лимитами на заправку грузовиков;

— многочасовыми очередями;

— необходимостью менять маршрут;

— сокращением скидок по корпоративным топливным картам;

— ростом цены дизеля;

— увеличением времени рейса;

— невозможностью заранее определить, где будет доступно топливо.

Особенно чувствительными оказались маршруты через Забайкальск, Благовещенск и Монголию.

На части станций лимит для грузового транспорта составлял 250–300 литров. Для легкового автомобиля это большой объём, но для магистрального тягача его недостаточно для длинного маршрута.

Грузовик вынужден чаще останавливаться. Каждая дополнительная остановка создаёт риск новой очереди и увеличивает срок доставки.

Если водитель проводит на АЗС три–пять часов, суточный пробег заметно сокращается. Если заправка занимает почти сутки, срывается весь график перевозки.

По сообщениям участников рынка, стоимость автомобильной доставки из Китая за короткий период выросла в среднем примерно на $700 за рейс. На отдельных направлениях удорожание оценивалось в 50–70 тыс. руб. за машину.

При базовой стоимости рейса из Маньчжурии в Москву примерно 760–830 тыс. руб. это заметное увеличение.

Перевозчики начали предупреждать клиентов о повышении тарифов минимум на 10%. Сроки доставки отдельных грузов увеличивались примерно на четверть.

23. Почему китайское направление особенно уязвимо

Автомобильная доставка из Китая часто используется для партий, которым не подходит железная дорога.

Причинами могут быть:

— срочность;

— небольшой объём партии;

— отсутствие удобной железнодорожной схемы;

— необходимость доставки от конкретного склада;

— сложная география получателя;

— перегруженность погранпереходов;

— сезонность товара.

Перевести все грузы на железную дорогу невозможно. Кроме того, железнодорожная логистика также зависит от топлива, тяги, терминалов и пропускной способности инфраструктуры.

Поэтому рост стоимости автоперевозок переносится дальше по цепочке:

перевозчик повышает тариф → импортёр увеличивает себестоимость → дистрибьютор пересматривает цену → конечный товар дорожает для бизнеса или потребителя.

Особенно чувствительными становятся категории с низкой маржой и высокой долей логистики в стоимости: комплектующие, оборудование, отдельные потребительские товары, товары для маркетплейсов и срочные производственные поставки.

24. Сокращение скидок по топливным картам усилило давление на перевозчиков

Для крупного перевозчика значение имеет не только официальная цена литра, но и скидка, предоставляемая по корпоративной топливной карте.

Одна машина потребляет тысячи литров в месяц. Даже небольшая скидка на каждый литр в масштабе автопарка превращается в значительную сумму.

Во время дефицита некоторые сети начали:

— сокращать скидки;

— отменять скидки;

— вводить отдельные лимиты по картам;

— ограничивать список доступных станций;

— не гарантировать отпуск даже при наличии договора.

Особенно уязвимыми оказались индивидуальные предприниматели и небольшие транспортные компании. На части АЗС их могли фактически приравнивать к физическим лицам, несмотря на коммерческий характер рейсов.

Крупная компания теоретически может перераспределить маршруты, заключить прямой контракт или создать собственный запас. У небольшого перевозчика таких возможностей нет.

25. Риски для сельского хозяйства и уборочной кампании

Дефицит дизельного топлива возник накануне важнейшего периода сельскохозяйственного сезона.

Комбайны, тракторы, грузовики и большая часть тяжёлой сельскохозяйственной техники работают на дизеле.

Даже относительно короткий перебой в период уборки может привести к:

— задержке полевых работ;

— потере части урожая;

— росту расходов на хранение и сушку;

— нарушению графиков доставки;

— увеличению себестоимости сельхозпродукции.

Поэтому региональные власти включали сельхозпроизводителей в перечень приоритетных потребителей наряду со скорой помощью, пожарными и коммунальными службами.

Но выделение топлива аграриям неизбежно уменьшает объём, доступный другим коммерческим потребителям и населению.

Государству приходится выбирать не между важным и неважным потреблением, а между несколькими критически важными секторами.

26. Российский запрет экспорта вызвал резкий рост мировых цен на дизель

Россия остаётся одним из крупнейших мировых экспортёров дизельного топлива. Поэтому полный запрет быстро отразился на международном рынке.

После решения об ограничении поставок цены на дизель резко выросли в США и Европе. Лондонские фьючерсы поднимались приблизительно на 14%, а европейская маржа переработки дизеля превысила $60 за баррель.

Financial Times отмечала, что мировой рынок уже находился в напряжённом состоянии. Российское решение совпало с перебоями на Ближнем Востоке, ограниченными запасами нефтепродуктов и высоким спросом со стороны транспорта и сельского хозяйства.

Проблема заключается не столько в нехватке сырой нефти, сколько в нехватке готового топлива и доступных перерабатывающих мощностей.

Нефть может дешеветь или оставаться относительно стабильной, но бензин и дизель продолжают дорожать, если НПЗ не успевают обеспечить рынок.

Основные покупатели российского дизеля — Турция, Бразилия, страны Африки, Ближнего Востока и другие рынки — вынуждены искать альтернативные партии в Индии, США и странах Персидского залива.

Это усиливает конкуренцию за ограниченный объём и может переносить рост цен в государства, которые напрямую не связаны с российским внутренним кризисом.

27. Мировой рынок столкнулся с дефицитом именно нефтепродуктов

Текущая ситуация показывает различие между рынком нефти и рынком готового топлива.

Наличие достаточного объёма сырой нефти ещё не означает наличие бензина и дизеля.

Для производства моторного топлива необходимы:

— работающие установки первичной переработки;

— установки вторичной переработки;

— катализаторы и реагенты;

— электроэнергия и пар;

— резервуары;

— железнодорожные и портовые эстакады;

— транспортная инфраструктура.

Повреждение одного критического элемента может ограничить выпуск целого завода.

Поэтому мировой рынок может одновременно видеть относительно спокойную цену нефти и резкий рост стоимости дизеля.

28. Почему топливный кризис нельзя объяснить только атаками на НПЗ

Атаки стали главным триггером, но кризис сформировался из нескольких взаимосвязанных проблем.

Первая проблема — сокращение производства

Повреждены крупные НПЗ и отдельные технологические установки. Часть предприятий полностью останавливается, часть снижает загрузку или прекращает отгрузку.

Вторая — повреждение инфраструктуры хранения

Пожары на нефтебазах уменьшают возможности принимать, хранить и распределять топливо.

Третья — нарушение логистики

Продукцию приходится везти по более длинным маршрутам. При этом сами бензовозы и грузовики сталкиваются с нехваткой дизеля.

Четвёртая — сезонный рост спроса

Летний туризм, сельское хозяйство, грузовые перевозки и автомобильные поездки увеличивают потребление.

Пятая — ажиотаж

Опасаясь, что завтра топлива не будет, люди заправляют полный бак и пытаются создать запас. Это ускоряет исчерпание текущих партий.

Шестая — ценовое регулирование

Ограничение роста биржевой цены может делать продажу топлива невыгодной. Ситуация с белорусскими партиями стала наиболее наглядным примером.

Седьмая — недостаток информации

Водители не знают, где именно есть бензин, и едут на одни и те же станции. Возникает дополнительная концентрация спроса.

Восьмая — географическая зависимость

Даже если в масштабе страны имеется определённый объём топлива, он может находиться далеко от региона, где возник дефицит.

29. Главные события 8 июля

За 8 июля произошло сразу несколько событий национального масштаба.

1. Владимир Путин провёл совещание по топливному рынку.
2. Александр Новак признал сложность ситуации и необходимость перестройки маршрутов снабжения.
3. Россия ввела полный запрет на экспорт дизельного топлива до конца июля.
4. Правительство подтвердило начало импорта нефтепродуктов.
5. Стало известно о полной остановке Саратовского НПЗ.
6. Завод прекратил выставлять продукцию на Петербургской бирже.
7. Продолжалось влияние остановки Омского НПЗ.
8. Стало очевидно резкое сокращение фактического экспорта дизеля ещё до формального запрета.
9. Продажи белорусского бензина после введения ценовых ограничений почти исчезли с биржи.
10. Регионы продолжили вводить лимиты, запреты на канистры и приоритетный отпуск топлива.
11. Появились решения о продаже бензина по автомобильным номерам.
12. Водители всё активнее использовали чаты и частные карты для поиска работающих АЗС.

30. Главные события 9 июля

9 июля кризис продолжил расширяться.

1. Подтвердилась полная остановка переработки на Саратовском НПЗ.
2. Стало известно, что повреждена единственная установка первичной переработки завода.
3. Появились данные о масштабном снижении биржевых продаж крупных НПЗ.
4. В Твери загорелся резервуар нефтебазы.
5. Пожар произошёл на нефтебазе в Ставропольском крае.
6. Повреждены два танкера в Таганрогском заливе.
7. Продолжилось расширение региональных ограничений.
8. Регионы формировали отдельные резервы для социальных и аварийных служб.
9. Сбер вслед за Т-Банком и Яндексом запустил сервис поиска работающих АЗС.
10. Стало заметнее влияние кризиса на грузоперевозки, в том числе на китайском направлении.
11. Мировой рынок продолжил реагировать на российский запрет экспорта дизеля.

31. Что произошло к утру 10 июля

К утру 10 июля появилась новая оперативная информация.

1. Сообщалось о взрывах и пожаре в районе Ильского НПЗ.
2. Поступали сведения о пожаре на нефтяном терминале в Таганроге.
3. Появлялись сообщения об объектах в районе Азова.
4. Стала доступна более полная картина сокращения биржевого предложения.
5. Продажи Киришского НПЗ оценивались приблизительно на 80% ниже прежнего уровня.
6. Предложение Самарской группы НПЗ сократилось примерно на 65%.
7. Саратовский НПЗ продолжал отсутствовать в биржевом предложении.
8. Белорусские поставки не смогли выполнить роль полноценной замены из-за ценовых ограничений.
9. Ограничения и очереди на АЗС сохранялись.
10. Импорт, запрет экспорта и административное распределение ещё не успели привести к быстрой нормализации рынка.

32. Что будет определять дальнейшее развитие кризиса

Первый фактор — сроки восстановления повреждённых НПЗ.

Если Саратовский и Омский заводы быстро вернутся к полноценной работе, давление на рынок может снизиться. Если ремонт затянется или остановятся новые предприятия, запрета экспорта будет недостаточно.

Второй фактор — фактический объём импорта.

Необходимо оценивать не заявления о возможных закупках, а реальные партии, которые прибыли в Россию, прошли оформление и были направлены в регионы.

Третий фактор — возвращение белорусского топлива на биржу.

Без изменения ценовых условий поставщики могут продолжить сокращать продажи.

Четвёртый фактор — пропускная способность логистики.

Даже при наличии топлива его необходимо переместить на тысячи километров. Железнодорожные цистерны, нефтебазы и бензовозы становятся не менее важными, чем производство.

Пятый фактор — новые атаки.

Каждое новое повреждение НПЗ, нефтебазы, терминала, насосной станции или судна уменьшает эффективность уже принятых мер.

Шестой фактор — уборочная кампания.

Потребление дизеля сельским хозяйством способно сформировать новый пик спроса.

Седьмой фактор — поведение населения.

Если водители получат достоверную информацию и перестанут создавать запасы, ажиотаж может уменьшиться. Если информационная неопределённость сохранится, очереди будут воспроизводить сами себя.

Восьмой фактор — ценовая политика.

Слишком быстрый рост цен ударит по населению и бизнесу. Слишком жёсткое административное ограничение может привести к исчезновению предложения.

Итог

К утру 10 июля топливный кризис в России уже невозможно было описать как временное отсутствие бензина на отдельных АЗС.

Это системный сбой, в котором одновременно сошлись:

— остановки и снижение загрузки нефтеперерабатывающих заводов;

— пожары на нефтебазах;

— повреждение танкеров и портовой инфраструктуры;

— сокращение биржевого предложения;

— падение продаж белорусского топлива;

— сезонный рост спроса;

— ажиотажные закупки;

— перегруженная логистика;

— региональные лимиты;

— отсутствие единой оперативной системы информирования;

— рост расходов перевозчиков;

— риски для сельского хозяйства;

— влияние на мировой рынок дизеля.

Государство перешло к чрезвычайным мерам. Владимир Путин вынес вопрос на отдельное обсуждение с правительством. Александр Новак признал сложность ситуации и перестройку логистических маршрутов. Россия полностью запретила экспорт дизеля, начала организовывать импорт нефтепродуктов и увеличивать внутренние поставки за счёт работающих предприятий.

Но кризис пока развивается быстрее, чем успевают сработать административные решения.

Пока правительство перенаправляет экспортный дизель на внутренний рынок, происходят новые атаки.

Пока Белоруссия увеличивает поставки, ценовые ограничения делают участие в биржевых торгах менее привлекательным.

Пока регионы публикуют списки работающих АЗС, топливо на этих станциях успевает закончиться.

Пока водителям предлагают цифровые карты, тысячи пользователей одновременно направляются к одним и тем же точкам.

Пока перевозчики пытаются сохранить графики доставки из Китая, грузовики теряют часы и сутки в очередях за дизелем.

Именно поэтому за полтора дня положение изменилось не только количественно, но и качественно. Топливный дефицит превратился в проблему национального масштаба, влияющую на население, транспорт, импорт, сельское хозяйство, региональные бюджеты, цены на товары и международный рынок нефтепродуктов.

Источники

1. Официальный сайт Президента России — «Совещание с членами Правительства»
   https://kremlin.ru/events/president/news/80257
2. Reuters — «Russia bans diesel exports to ensure domestic supply after targeted Ukrainian drone strikes»
   https://www.reuters.com/business/energy/russia-bans-diesel-exports-increase-domestic-supply-says-deputy-pm-2026-07-08/
3. Reuters — «Russia’s Saratov oil refinery at a halt since Wednesday’s drone attack, sources say»
   https://www.reuters.com/business/energy/russias-saratov-oil-refinery-halt-since-wednesdays-drone-attack-sources-say-2026-07-09/
4. Reuters — «Fuel markets flash supply crunch despite calmer oil prices»
   https://www.reuters.com/business/energy/fuel-markets-flash-supply-crunch-despite-calmer-oil-prices-2026-07-09/
5. Reuters — «Russia eyes diesel export ban, fuel imports amid Ukrainian strikes»
   https://www.reuters.com/business/energy/russia-discusses-importing-fuel-amid-ukrainian-strikes-newspaper-says-2026-06-23/
6. Financial Times — «Russia bans diesel exports in fuel crunch»
   https://www.ft.com/content/c7fb56f4-33ed-4b4c-8661-ed73f2077b5d
7. Financial Times — «World faces growing diesel supply crunch as Russia cuts off exports»
   https://www.ft.com/content/48959ee1-ccb9-48dc-8d85-1422a63ec234
8. Associated Press — «Ukrainian drones batter Russian oil facilities and set more oil tankers ablaze»
   https://apnews.com/article/6cb5602f1cf309533ed0cf5c734e19d8
9. Интерфакс — «Продажи белорусских бензинов и дизельного топлива на Петербургской бирже выросли в июне»
   https://www.interfax.ru/business/1099469
10. Интерфакс — «Петербургская биржа ограничила шаг роста цены на белорусское топливо»
    https://www.interfax.ru/business/1101543
11. Коммерсантъ — «Петербургская биржа ограничила рост цен на бензин и дизель из Белоруссии»
    https://www.kommersant.ru/doc/8797660
12. Коммерсантъ — «Грузам ещё отольётся»
    https://www.kommersant.ru/doc/8778944
13. Коммерсантъ — «Перебои с поставками топлива ударили по автоперевозкам»
    https://www.kommersant.ru/doc/8779077
14. РБК — «Петербургская биржа ограничила шаг роста цены на белорусское топливо»
    https://amp.rbc.ru/rbcnews/economics/06/07/2026/6a4bd3529a7947be5e85318f
15. РБК — «Сбер запустил карту АЗС с данными о наличии топлива»
    https://www.rbc.ru/rbcfreenews/6a4f7d749a79470113522d90
16. Т-Банк — «Т-Банк запустил сервис с актуальной информацией о наличии бензина на 20 тысячах АЗС»
    https://www.tbank.ru/about/news/06072026-t-bank-has-launched-service-providing-up-to-date-information-on-gasoline-availability-20000-gas-stations-across-russia/
17. CNews — «Яндекс создал карту наличия бензина и очередей на АЗС»
    https://www.cnews.ru/news/top/2026-07-09_yandeks_sozdal_kartu_ocheredej
18. Эксперт — «Сбер запустил сервис поиска АЗС с топливом»
    https://expert.ru/news/sber-zapustil-servis-poiska-azs-s-toplivom
19. Сравни — «Где ввели ограничения на бензин в июле 2026 года: регионы и лимиты»
    https://www.sravni.ru/novost/2026/7/7/gde-vveli-ogranicheniya-na-benzin-v-iyune-2026-goda-regiony-i-limity/
20. Forbes Russia — «Коммерсантъ сообщил о проблемах на рынке автоперевозок из-за перебоев с топливом»
    https://www.forbes.ru/biznes/563900-kommersant-soobsil-o-problemah-na-rynke-avtoperevozok-iz-za-pereboev-s-toplivom
21. New Retail — «Топливный кризис осложнил грузоперевозки между Россией и Китаем»
    https://new-retail.ru/novosti/retail/toplivnyy_krizis_oslozhnil_gruzoperevozki_mezhdu_rossiey_i_kitaem/
22. Нефтегаз.ру — «Полный запрет на экспорт дизеля, рост импорта топлива, субсидии для Крыма и другие вопросы»
    https://neftegaz.ru/news/petroleum-products/929522-polnyy-zapret-na-eksport-dizelya-rost-importa-topliva-subsidii-dlya-kryma-i-dr-voprosy-v-putin-prove/
23. Финансы Mail — «Где продажа бензина ограничена и когда ситуация нормализуется»
    https://finance.mail.ru/article/gde-prodazha-benzina-ogranichena-i-kogda-situaciya-normalizuetsya-69215852/
24. Вести.ru — «Объёмы продаж белорусского бензина на бирже значительно сократились»
    https://www.vesti.ru/ns/obemy-prodazh-belorusskogo-benzina-na-birzhe-znachitelno-sokratilis
25. Лента.ру — «Продажи белорусского бензина на российской бирже рухнули»
    https://lenta.ru/news/2026/07/08/benzinchik/
26. РЖД-Партнёр — «Доставка из Китая снова дорожает: очереди на границе, нехватка топлива и новые правила»
    https://www.rzd-partner.ru/auto/comments/dostavka-iz-kitaya-snova-dorozhaet-ocheredi-na-granitse-nekhvatka-topliva-i-novye-pravila-oslozhnyayu/
27. Бизнес Online — «Доставка грузов из Китая в Россию из-за топливного кризиса замедлилась на четверть»
    https://m.business-gazeta.ru/news/706413
28. Фонтанка.ру — «Путин провёл совещание по ситуации на топливном рынке»
    https://www.fontanka.ru/2026/07/08/76523504/
29. Фонтанка.ру — «В Ленинградской области рассказали о работе АЗС и поставках топлива»
    https://www.fontanka.ru/2026/07/08/76523454/
30. Фонтанка.ру — «Яндекс открыл пользователям карту наличия топлива»
    https://www.fontanka.ru/2026/07/08/76523581/
31. Росбалт — «Российский банк поможет автомобилистам найти бензин»
    https://www.rosbalt.ru/news/2026-07-09/rossiyskiy-bank-pomozhet-avtomobilistam-nayti-benzin-5634592
32. Комсомольская правда — Ростов-на-Дону — материал о повреждении судов и ситуации в Таганрогском заливе
    https://www.rostov.kp.ru/daily/277796/5274128/
33. Министерство юстиции Российской Федерации — «Перечень иностранных и международных организаций, деятельность которых признана нежелательной на территории Российской Федерации»
    https://minjust.gov.ru/ru/pages/perechen-inostrannyh-i-mezhdunarodnyh-organizacij-deyatelnost-kotoryh-priznana-nezhelatelnoj-na-territorii-rossijskoj-federacii/

Сообщение Хроники топливного кризиса в России: с 8 июля по утро 10 июля появились сначала на ECOMHUB - о E-Commerce, омниканальном ритейле, логистике, технологиях, соцсетях.

Многие компании продолжают строить PR вокруг привычного набора инфоповодов: получили награду, выступили на конференции, запустили внутренний проект, открыли новое направление, заключили партнёрство, вошли в рейтинг. Для самой компании такие новости могут быть важны. Они отражают развитие бизнеса, усилия команды и движение вперёд.

Но для СМИ и их аудитории этого всё чаще недостаточно.

Редакции редко ищут «ещё одну новость о компании». Им нужны темы, которые помогают объяснить рынок: что меняется в поведении клиентов, как трансформируются каналы продаж, почему растут затраты, какие технологии действительно влияют на бизнес, где возникают новые риски и возможности.

Именно здесь возникает разрыв между обычным PR и тем, что можно назвать аналитическим PR.

Обычный PR чаще всего работает от компании. Его главный вопрос: «Что мы хотим рассказать о себе?»
Аналитический PR работает от рынка. Его главный вопрос: «Какую важную рыночную тему мы можем объяснить лучше других?»

Эта разница кажется простой, но на практике она меняет всю коммуникацию.

Когда компания говорит только о себе, материал быстро начинает выглядеть как корпоративная самопрезентация. Когда компания объясняет рынок, она становится источником экспертизы. В первом случае СМИ видят рекламный повод. Во втором — потенциально полезную тему для читателя.

Почему старые инфоповоды работают хуже

Проблема не в том, что корпоративные новости не нужны совсем. Они нужны для сайта, рассылок, социальных сетей, внутренной коммуникации, отношений с партнёрами и клиентами. Но далеко не каждая такая новость имеет самостоятельную редакционную ценность.

Сообщение о новом продукте интересно рынку только тогда, когда за ним стоит более широкая тема: как меняется спрос, какие задачи клиентов стали острее, почему прежние решения перестали работать, какие новые стандарты формируются в отрасли.

Новость о развитии в регионах становится сильнее, если она показывает, как меняется региональный спрос, где растёт конкуренция, какие города быстрее переходят к новым моделям потребления, какие барьеры мешают бизнесу масштабироваться.

Комментарий эксперта становится заметнее, если в нём есть не общие слова, а цифры, сравнения, прогноз, объяснение причин и последствий.

СМИ охотнее берут материалы, в которых есть новая фактура: данные, динамика, сравнение, конфликт интересов, неожиданный вывод, влияние на покупателей или бизнес. Иными словами, редакциям нужны не просто заявления компаний, а материалы, которые помогают аудитории лучше понимать происходящее.

Что такое аналитический PR

Аналитический PR — это продвижение компании через данные, выводы и объяснение рынка.

Его задача — не убедить СМИ рассказать о компании любой ценой, а создать тему, которую редакция может использовать как основу для новости, статьи, обзора, колонки или комментария.

Форматы могут быть разными:

— исследование рынка;
— отраслевой индекс;
— рейтинг или рэнкинг;
— аналитический обзор;
— карта игроков рынка;
— сравнительная таблица;
— замер цен, спроса, ассортимента, доставки или клиентского поведения;
— разбор регуляторных изменений;
— экспертная колонка на основе фактуры;
— практический материал для профессиональной аудитории.

Главное отличие в том, что компания перестаёт быть единственным героем материала. Она становится тем, кто помогает рынку увидеть закономерности.

Например, вместо новости «компания запустила сервис для продавцов» можно подготовить материал о том, как изменились затраты продавцов на маркетплейсах, какие категории стали менее маржинальными, какие ошибки чаще всего приводят к убыткам и какие инструменты помогают удерживать прибыльность.

Вместо сообщения «служба доставки вышла в новые регионы» можно сделать исследование о том, как меняется доступность быстрой доставки за пределами Москвы и Санкт-Петербурга, какие города приближаются к столичному уровню сервиса, где сохраняются логистические барьеры и как это влияет на онлайн-торговлю.

Вместо стандартного пресс-релиза о новом IT-решении можно показать, какие процессы компании чаще всего автоматизируют, какие ожидания от ИИ завышены, где бизнес уже видит экономический эффект, а где пока сталкивается с ограничениями.

Такие материалы работают сильнее, потому что они говорят не только о компании. Они говорят о проблемах, которые важны клиентам, партнёрам, инвесторам, журналистам и всей отрасли.

Аналитический PR особенно важен для B2B

В B2B-коммуникациях решение о покупке редко принимается эмоционально и быстро. Клиенту нужно понять не только, что компания продаёт, но и насколько глубоко она понимает его рынок, риски, экономику и реальные задачи.

Поэтому для B2B аналитический PR становится не просто инструментом медийности. Он становится частью экспертных продаж.

Потенциальный клиент может впервые столкнуться с компанией не через коммерческое предложение, а через исследование, комментарий, отраслевой обзор или аналитический материал. И если этот материал точно описывает его проблему, показывает знание рынка и предлагает понятную логику решения, доверие возникает ещё до первого разговора с менеджером.

Это меняет роль PR в продажах.

Обычная коммуникация часто начинается с презентации компании: кто мы, что делаем, какие у нас преимущества. Экспертная коммуникация начинается с проблемы клиента: что происходит на рынке, почему это важно, какие риски растут, какие решения становятся более востребованными.

Для отдела продаж такие материалы могут работать как практический инструмент. Исследование можно отправить клиенту перед встречей. Аналитический обзор — использовать как повод для первого контакта. Краткую справку — включить в рассылку. Экспертную колонку — использовать для прогрева сложной B2B-аудитории. Рейтинг или индекс — превратить в регулярный повод для диалога с рынком.

В результате PR перестаёт быть отдельной активностью «для узнаваемости». Он начинает поддерживать маркетинг, продажи и позиционирование компании.

Почему это требует отдельной компетенции

Создать аналитический PR сложнее, чем написать пресс-релиз. Нужно понимать не только компанию, но и рынок вокруг неё. Нужно видеть, какие темы могут быть интересны СМИ, какие данные есть внутри бизнеса, какие выводы можно сделать аккуратно, а какие утверждения требуют дополнительной проверки.

Важна и упаковка. Одни и те же данные можно превратить в сухую таблицу, рекламный текст или сильный информационный повод. Разница — в постановке вопроса, выборе угла, структуре материала и понимании аудитории.

Например, внутренние данные службы доставки могут быть просто операционной статистикой. Но если посмотреть на них с точки зрения рынка, они могут показать различия между регионами, сезонные пики, влияние сроков доставки на выкуп, рост требований покупателей или проблемы интернет-магазинов при масштабировании.

Данные компании сами по себе не всегда являются новостью. Новостью становится вывод, который помогает объяснить изменение на рынке.

Что меняется для компании

Компания, которая системно использует аналитический PR, постепенно меняет своё место в информационном поле. Она становится не только поставщиком продукта или услуги, но и источником рыночного знания.

Это даёт несколько эффектов.

Во-первых, повышается шанс на органическое внимание СМИ. Редакциям проще работать с материалами, в которых есть данные, выводы и понятная польза для аудитории.

Во-вторых, усиливается экспертный образ компании. Она выглядит не просто участником рынка, а игроком, который понимает его динамику.

В-третьих, растёт качество коммуникации с B2B-клиентами. Компания может говорить не только о тарифах, функциях и преимуществах, но и о задачах бизнеса, экономике решений и последствиях рыночных изменений.

В-четвёртых, появляется более системная контентная политика. Вместо разрозненных публикаций компания получает набор тем, форматов и аргументов, которые можно использовать в СМИ, социальных медиа, рассылках, продажах и публичных выступлениях.

Главный вывод

Рынку всё меньше нужны компании, которые просто рассказывают о себе. Рынку нужны компании, которые помогают понимать происходящее.

Именно поэтому аналитический PR становится важным направлением для бизнеса, особенно в B2B-сегментах. Он соединяет публичную экспертизу, доверие, медийность и продажи.

Обычный PR пытается сделать компанию новостью. Аналитический PR делает компанию источником знания о рынке.

В условиях высокой конкуренции выигрывать будут не только те, кто умеет громко заявлять о себе, но и те, кто способен объяснять рынку, что происходит, почему это важно и как с этим работать.

Автор: Семко Сергей, ведущий аналитик Data Insight

Сообщение Почему компаниям всё сложнее попадать в СМИ — и при чём здесь аналитический PR появились сначала на ECOMHUB - о E-Commerce, омниканальном ритейле, логистике, технологиях, соцсетях.

По данным обзора TAdviser 2026, совокупная выручка топ-10 российских вендоров систем мониторинга и управления ИТ-инфраструктурой в 2025 году достигла 5,97 млрд руб. Это на 57% больше, чем годом ранее.

📊 Топ-10 вендоров по выручке

▪️ Флант — 1,309 млрд руб.
▪️ Astra — 1,302 млрд руб.
▪️ РКТ Консалтинг — 660 млн руб.
▪️ Ред Софт — 495 млн руб.
▪️ GMONIT — 399 млн руб.
▪️ Prooftech IT — 302 млн руб.
▪️ USE TECH — 370 млн руб.
▪️ NAUMEN — 300 млн руб.
▪️ САФИБ — 284 млн руб.
▪️ Теком — 246 млн руб.

🚀 Кто рос быстрее рынка

Самую заметную динамику показали:

▪️ GMONIT — +256%;
▪️ Флант — +102%;
▪️ Ред Софт — +85%;
▪️ Теком — +52%;
▪️ USE TECH — +35%;
▪️ Astra — +30%.

📈 Почему рынок растёт

Главные драйверы — импортозамещение, переход на отечественное ПО, усложнение ИТ-инфраструктур и рост спроса на комплексные платформы.

Компании всё чаще ищут не отдельные инструменты мониторинга, а решения, которые помогают управлять инфраструктурой целиком: отслеживать сбои, контролировать доступность сервисов, снижать операционные риски и интегрироваться с DevOps- и ITSM-процессами.

🏆 Флант как лидер рейтинга

Первое место в рейтинге занял Флант с выручкой 1,309 млрд руб. в 2025 году. Компания почти вдвое увеличила показатель к прошлому году: динамика составила +102%. По данным обзора, рост связан с усилением спроса на импортонезависимые платформенные решения и развитием продуктовой линейки вокруг мониторинга, observability и управления ИТ-инфраструктурой.

🔮 Что дальше

Согласно прогнозам TAdviser, в 2026–2027 годах рынок продолжит устойчивый рост. Увеличится доля облачных и гибридных решений, а также продуктов с применением ИИ и машинного обучения.

Отдельным направлением станет развитие комплексных observability-платформ, которые объединяют мониторинг, аналитику, безопасность и управление надёжностью цифровых сервисов.

Подробности от «Фланта»

«Флант» возглавил рейтинг  поставщиков систем мониторинга и управления ИТ-инфраструктурой от TAdviser

По данным обзора TAdviser 2026, «Флант» возглавил рейтинг поставщиков систем мониторинга и управления ИТ-инфраструктурой — второй ежегодный рейтинг, охвативший 15 компаний.

На фоне перехода рынка от экстренного импортозамещения к зрелой платформенной эксплуатации решения компании демонстрируют устойчивую динамику. Выручка «Фланта» от внедрения и поставки собственных решений — Deckhouse Kubernetes Platform, Deckhouse Stronghold и Deckhouse Observability Platform — составила 1,309 млрд рублей за 2025 год против 649 млн годом ранее: рост на 102 %. Среди крупнейших проектов «Фланта» в 2025 году — внедрения в ЛЕМАНА ПРО, Банке России, «СКАЛА-Р» и Федеральном казначействе.

Суммарная выручка участников рейтинга превысила 6,1 млрд рублей, что подтверждает консолидацию спроса вокруг комплексных вендорских продуктов.

Согласно данным обзора, верхняя граница оценок объёма российского рынка систем мониторинга (без учёта ITAM/ITSM) составляет около 20 млрд рублей при темпах роста 20 % в год и выше. Заказчики всё активнее выбирают единые observability-платформы вместо разрозненных инструментов и самосборных стеков.

Как отмечает в обзоре Владимир Гурьянов, технический директор продукта Deckhouse Observability Platform компании «Флант», для банков, телекома, промышленности, ритейла и крупных цифровых сервисов простой или деградация сервиса напрямую влияют на SLA, операционные риски и репутацию. Поэтому, по его словам, «мониторинг становится не только инструментом инженеров, а частью управления надёжностью бизнеса».

Эксперты, опрошенные TAdviser, называют ключевыми факторами дальнейшего развития рынка консолидацию вокруг комплексных observability-платформ, внедрение ИИ для проактивной аналитики (AIOps) и требования регуляторов — в частности, приказы ФСТЭК России и рекомендации Минцифры по переходу объектов критической информационной инфраструктуры на отечественные решения до 1 января 2030 года.

Нативная совместимость с российскими ОС и СУБД становится обязательным условием выхода на рынок, особенно в государственном и финансовом секторах, а также в промышленности.

О компании:

«Флант» — ИТ-компания, более 15 лет занимается созданием и обслуживанием инфраструктуры любого масштаба, лидер по DevOps и Kubernetes в России. С 2017 года компания развивает экосистему продуктов Deckhouse. В неё входят: ведущая Kubernetes-платформа в России, единственная платформа виртуализации нового поколения, решения для мониторинга, хранения секретов, управления версиями кода и другие инструменты для разработки, доставки и эксплуатации приложений. Кроме того, «Флант» предоставляет услуги по DevOps-сопровождению инфраструктуры и консультирует другие компании по DevOps-практикам и технологиям.

Подробности от TAdviser

1 Объем рынка и динамика

Объем рынка инфраструктурного мониторинга (observability, без учета ITAM/ITSM) по верхней планке чаще всего оценивается в ₽20 млрд, а темп роста — как устойчивый, на уровне 20% г/г и выше.

В НТЦ «Веллинк» в 2026 году ожидают сохранения высоких темпов не ниже 20–25% за счет продолжения активной фазы импортозамещения и перехода крупных заказчиков от точечного мониторинга к единым платформенным решениям.

Никита Гладких, руководитель AIOps-платформы Artimate, отметил, что на основе практики можно говорить об устойчивом росте спроса на решения класса мониторинга и управления инфраструктурой, но дать консолидированную оценку объема рынка трудно: методологии аналитических агентств существенно расходятся, а значительная часть закупок в сегменте B2B и госсектора проходит по закрытым процедурам.

Схожая оценка у Виталия Панкратова, заместителя генерального директора компании «САФИБ»: по рынку мониторинга статистика разрозненна, многие данные закрыты, а оценки разных аналитиков различаются достаточно сильно. Эксперт отметил, что, исходя из практики и на основе информации из открытых источников, рынок растет, а количество зарегистрированных систем для мониторинга и управления в Едином реестре российского ПО увеличивается. В качестве примера эксперт привел оценку iKS-Consulting по рынку мониторинга ЦОД (центров обработки данных) — ₽4,6 млрд с ростом 8% в 2025 году.

Игорь Пустоветов, генеральный директор GMonit, упомянул, что в 2025 году российский рынок SIEM (Security Information and Event Management — управление информацией и событиями в системе безопасности) увеличился на 18–20%, и эта динамика сохранится в 2026 году.

Как рассказал Дмитрий Унтила, СРО «Пульта» и «Графини» («Лаборатория Числитель»), более 50% российских компаний используют для мониторинга компонентов ИТ-инфраструктуры Zabbix, и потенциальный объем именно этого сегмента рынка достигает не менее ₽2,5 млрд. А в целом, рынок мониторинга будет активно расти из-за массового перехода компаний от Open Source к вендорским решениям.

Никита Кардашин, руководитель практики комплексной цифровизации процессов Naumen, считает, что рынок мониторинга в 2025 году можно приблизительно оценить в ₽2 млрд выручки. Эксперт отметил, что рынок продолжает расти вопреки общей экономической ситуации в стране, не располагающей к инвестициям в развитие инфраструктуры.

По словам эксперта Павла Ерошкина, директора платформы «Октопус» в ГК «Юзтех», в 2025 году сегмент мониторинга совместно с управлением инфраструктурой (без ITAM/ITSM) показал ориентировочный рост ₽40–60 млрд, и ожидается рост 15–25% год к году, а лучше всего будет себя чувствовать сегмент управления и оптимизации.

Доходы вендоров

Второй рейтинг TAdviser поставщиков систем мониторинга и управления ИТ-инфраструктурой дает существенно более широкий срез этого динамично развивающегося рынка.

Компания «Флант» показала выручку в размере ₽1,3 млрд, «Группа Астра» практически не отстает, а компания «Рускомтехнологии» заняла третью строчку.

Число участников, по сравнению с первым рейтингом, почти утроилось. Суммарная выручка компаний составила более ₽6,1 млрд.

Доходы участников российского рынка систем мониторинга и управления ИТ-инфраструктурой*

№	Компания	Выручка от проек- тов внедрения или поставки собс- твенных систем за 2025 г., млн руб. без НДС	Выручка от проек- тов внедрения или поставки собс- твенных систем за 2024 г., млн руб. без НДС	Динамика 2025/2024, %	Прогноз динамики 2026/2025, %	Какие системы разрабатывает компания	Крупнейшие проекты в России в 2025 году
1	Флант **	1 309	649	102	н/д	Deckhouse Kubernetes Platform, Deckhouse Stronghold, Deckhouse Observability Platform	ЛЕМАНА ПРО, Банк России, СКАЛА-Р, Федеральное казначейство
2	Группа Астра	1 302,4	1 002,2	30	н/д	Clouden (ex. BILLmanager), DCImanager, ALD Pro, «Астра Мониторинг»	н/д
3	Рускомтехнологии	660	807	-18	47	Ключ-АСТРОМ	NDA
4	Ред Софт	494,8	268,2	85	н/д	РЕД АДМ	н/д
5	ХайперСофтЛаб (GMonit)	398,5	112	256	н/д	GMONIT	RTL SYSTEM, Invitro, Ликард, Winncom, ITOREX
6	ГК Юзтех	370	275	35	89	Октопус (Octopus)	NDA
7	Пруфтек ИТ	302	н/д	н/д	66	Artimate	крупная авиакомпания (NDA)
8	Naumen	300	250	20	17	Naumen Network Manager, Naumen Business Services Monitoring, Naumen Inventory, Naumen ITAM	Федеральная пассажирская компания (ФПК), Победа, ЦНФС
9	САФИБ	284	256	11	30	Система удаленного мониторинга и управления «Ассистент»	ГКУ Тюменской области «ЦИТ», Государственное областное бюджетное учреждение «Центр информационных технологий Мурманской области», СПБ ГУП «АТС Смольного», ГБУ «Центр Информационных Технологий Амурской Области», Депинформтехнологий Югры
10	Теком	246	162	52	-36	ЦИСУСС «NB XT EM», Qligent Vision	ПАО «Газпром», АО «СИнтерра Медиа», ООО «МТС Медиа», НАО «Спутниковая Телекомпания» (Триколор)
11	Лаборатория Числитель	229	124,6	84	н/д	Система мониторинга «Пульт», Платформа визуализации данных «Графиня»	Т2, Шереметьево, Capital Group, IXcellerate, Центр информационных технологий Краснодарского края, Микротек
12	САТЕЛ	225	н/д	н/д	н/д	СОВА: мониторинг ИТ-инфраструктуры	н/д
13	Лаборатория знаний (coMind)	29	0	—	38	AI Native Core, coMind Zirconium	ООО «ФК Гранд Капитал», ООО «Эвермаунт Капитал Груп»
14	MEDOED	5,4	4,6	17	363	Платформа Medoed ver.1.0	АО «Орбита», ООО «ЦМРБанк», ЗАО «Данафлекс», ООО «Невский судостроительно-судоремонтный завод», АО «Ступинская металлургическая компания»
15	Ческа	5	2	150	400	ALIOT — IIoT	NDA
	Сумма	6 160,1
2025

^{* Данные получены на основе анкетирования компаний.
** В выручке компании учтены проекты внедрения платформы для управления Kubernetes-кластерами.}

 

2 Что определяет перспективы развития рынка

Определять будущее развитие рынка будут импортозамещение, курс на observability и консолидацию, а также внедрение ИИ для автоматизации и аналитики.

По словам Павла Гуральника, генерального директора ISPsystem, экономические сложности продолжают сдерживать часть заказчиков, но необходимость администрировать сложные гибридные и распределенные среды, меняющееся отношение к отечественному ПО и регуляторные изменения поддерживают устойчивый спрос на зрелые платформы с качественной вендорской поддержкой и предсказуемой дорожной картой.

В ISPsystem отмечают активный рост как инфраструктурного мониторинга, так и сегмента управления ИТ-инфраструктурой: появляется много моновендорных, закрытых решений, а также зонтичных observability-платформ, ориентированных на собственные экосистемы. В ближайшей перспективе специалисты ожидают усиления тренда на консолидацию инструментов (курс на мультивендорность, многофункциональность платформ с единым окном учета и управления).

Специалисты «Инфосистем Джет» полагают, что динамику ближайших двух-трех лет будут определять импортозамещение, оптимизационные задачи, консолидация платформ мониторинга и переход к практикам observability.

Игорь Пустоветов (GMonit) считает, что в 2026 году и далее для рынка ключевыми станут такие факторы, как рост спроса на единые observability-платформы вместо разрозненных инструментов, массовое внедрение AI/ML для проактивной аналитики, импортозамещение, активный переход к гибридным и мультиоблачным архитектурам, что потребует новых подходов к мониторингу.

Виталий Панкратов («САФИБ») отметил, что импортозамещение для некоторых отраслей является необходимостью, а управлять усложняющейся инфраструктурой старыми методами невозможно, нужны новые инструменты. Рынок уходит от классического мониторинга к observability, активно внедряя ИИ и аналитику. Также эксперт видит такие векторы: консолидация вокруг проверенных вендоров, рост требований к безопасности.

Рынок в целом продолжит консолидацию вокруг комплексных observability-платформ, вытесняющих разрозненные инструменты, отметил Дмитрий Дякив, пресейл-инженер НТЦ «Веллинк». По мнению специалиста, перспективным направлением является углубление интеллектуальной автоматизации — автоматизированный поиск первопричин инцидентов и предиктивная аналитика для предотвращения сбоев, что снижает нагрузку на ИТ-персонал. Кроме того, сохраняется интерес к метрологической доказательности результатов мониторинга: статус утвержденного типа средства измерений остается конкурентным преимуществом, особенно в отраслях с высокими требованиями к достоверности SLA.

Никита Гладких, руководитель AIOps-платформы Artimate, отметил, что компании активно ищут замену ушедшим западным платформам, масштабируют гибридные среды и ужесточают требования к доступности сервисов — все это формирует отложенный спрос, который реализуется в 2025–2026 годах.

Алексей Акопян, руководитель отдела систем мониторинга «Инфосистем Джет», рассказал, что заметно выросло количество запросов, связанных с импортозамещением. После стабилизации ключевых ИТ-сервисов, организации системно занялись заменой средств мониторинга, и этот тренд сохранится в ближайшие два-три года.

По словам эксперта, наиболее массовыми и стабильными остаются базовые запросы на мониторинг — контроль доступности и производительности ИТ-инфраструктуры: серверов, сетевого оборудования, СХД, баз данных. Одновременно сохраняется высокий интерес к зонтичному мониторингу. Растет интерес к классу систем наблюдаемости (observability). Заказчиков меньше интересует состояние отдельных серверов — в фокусе поведение сервисов и приложений в целом, особенно в распределенных и микросервисных архитектурах.

Востребованы сквозной мониторинг бизнес-процессов и централизованные решения по сбору и анализу логов, а интерес к AI/ML в мониторинге стал более практичным: появляются реальные реализации в продуктах, формируются сценарии использования на базе Open Source.

Эксперт отметил, что наиболее активными заказчиками остаются финансовые организации, ритейл, телеком и крупные окологосударственные компании, и постепенно все больше — промышленные предприятия. Мониторинг в них начинает восприниматься как инструмент повышения операционной эффективности, а не просто ИТ-функция.

Это наблюдение подтверждает Владимир Гурьянов, технический директор продукта Deckhouse Observability Platform компании «Флант». По словам эксперта, для банков, телекома, промышленности, ритейла и крупных цифровых сервисов простой или деградация влияют на SLA, операционные риски, деньги и репутацию. Поэтому мониторинг становится не только инструментом инженеров, а частью управления надежностью бизнеса.

 Актуальные решения

Драйверы

Главными драйверами эксперты называют требования регуляторов, необходимость снижения операционных расходов и дефицит ИТ-кадров.

Приказы ФСТЭК — № 117, № 239 и другие — вводят жесткие нормы в отношении управления привилегированным доступом, аудита действий, разграничения прав и шифрования каналов. Регуляторы прямо настаивают на использовании сертифицированного ПО, и системы, прошедшие соответствующую проверку ФСТЭК, становятся не просто предпочтительными, а обязательными к закупке для критической инфраструктуры.

В условиях нестабильной экономики компании ищут способы сократить издержки, в том числе через автоматизацию рутинных задач и переход на управляемые сервисы (MSSP). Дефицит кадров подталкивает бизнес к интеллектуальной обработке событий и внедрению инструментов, которые позволяют снизить нагрузку на команды и ускорить реакцию на инциденты. Любая система, которая позволяет одному инженеру эффективно обслуживать больше устройств, удаленно решать проблемы без выезда и быстрее локализовать инцидент, окупается быстро.

Дополнительно некоторые эксперты отмечают усложнение ИТ-инфраструктуры. Переход на микросервисные архитектуры, контейнеризацию и гибридные облака делает традиционные инструменты мониторинга неэффективными, что повышает спрос на платформы наблюдаемости.

Дмитрий Унтила, СРО «Пульта» и «Графини» («Лаборатория Числитель»), отметил, что взлетел спрос на распределенный трейсинг в мониторинге, OpenTelemetry, трассировку и корреляцию сигналов. Однако эти дополнительные инструменты пока не заменяют классические метрики, из-за высокой стоимости и непрозрачной окупаемости целесообразность их внедрения пока под вопросом.

Кроме того, складывается ситуация, в которой enterprise-сегмент более заинтересован в готовых платформах, а не конструкторах.

3 Препятствия для импортозамещения

Для государственных компаний и организаций с государственным участием Минцифры сформировали рекомендации по переходу на отечественные программно-аппаратные комплексы (ПАК) на объектах критической информационной инфраструктуры (КИИ) до 1 января 2030 года.

Реестр отечественного ПО в 2025 году достиг отметки в 25 тысяч продуктов. Количество проектов по миграции на российское ПО не снижается. Однако, по оценкам «Руссофт», лишь 15–20% этих продуктов действительно внедряются, а многие создаются «для галочки».

Наиболее высокая активность в области импортозамещения остается в критически важных отраслях промышленности, топливно-энергетическом комплексе, финансовом секторе и розничной торговле. В сфере телекоммуникаций переход на отечественные решения осложняется требованиями к обработке значительных потоков данных.

Импортозамещение в мониторинге и управлении ИТ-инфраструктурой уже перешло из стадии экстренной замены зарубежных решений в более зрелую фазу. Компании подходят к выбору систем более осознанно, что вынуждает вендоров адаптировать продукты под возросшие требования. Импортозамещение «с наскока» уступает место глубокой проработке функционала и планомерному наращиванию возможностей. При этом значительная часть организаций продолжает использовать Open Source, прежде всего проверенный временем Zabbix, а также, в ряде случаев, продукты ушедших с рынка западных вендоров. Некоторые продукты с открытым кодом, такие как OpenSearch (ELK), Prometheus, VictoriaMetrics, де-факто являются стандартами индустрии, а существующие отечественные аналоги пока не имеют явного функционального преимущества.

Поэтому рынок движется не только через прямую замену зарубежного продукта российским аналогом. Более частый сценарий — постепенный переход от разрозненного или самосборного стека к платформе наблюдаемости, которая сохраняет знакомую инженерам логику работы, но добавляет целостную картинку, как по инфраструктурному, так и по бизнес-слою. В этом смысле российское происхождение продукта и соответствие формальным требованиям чаще выступают не единственной причиной закупки, а обязательным условием выбора зрелого решения.

Главным препятствием для внедрения отечественных систем является совокупная стоимость организационного и технического перехода. Заказчики смотрят на совместимость решений с текущим стеком, зрелость документации и поддержки, наличие успешных кейсов, готовность персонала и предсказуемость развития продукта, экосистемность. Важна не только функциональная насыщенность, но и понятные маршруты миграции, доказанная промышленная эксплуатация.

Переход с привычных систем трудоемок, требует переобучения персонала, перестройки интеграций и бизнес-процессов. Игорь Пустоветов, генеральный директор GMonit

Одно из главных препятствий — сложность миграции с уже существующего стека. У крупных заказчиков обычно уже работают Zabbix, Grafana, Prometheus или зарубежные коммерческие решения. Команды к ним привыкли: знают языки запросов, дашборды, алерты, процессы реагирования. Поэтому новая система воспринимается не только как замена ПО, но и как необходимость переучивать инженеров, переносить привычные сценарии и менять операционные процессы. Владимир Гурьянов, технический директор продукта Deckhouse Observability Platform компании «Флант»

Продукты разных вендоров зачастую не имеют унифицированных интерфейсов, единых стандартов интеграции и протоколов обмена данными, из-за чего построение комплексного решения превращается в сложную инженерную задачу уже на этапе миграции.

По словам Виталия Панкратова, заместителя генерального директора компании «САФИБ», стоимость владения российским ПО зачастую непрозрачна, и помимо цены лицензий всплывают скрытые затраты — доработки и кастомизация, интеграция с существующими системами, обучение персонала, миграция данных, а также оплата технической поддержки, которая не всегда оказывается оперативной. Интеграторам нередко приходится комбинировать продукты разных вендоров, что дополнительно увеличивает стоимость внедрения и замедляет процесс.

Бизнес привык работать с зарубежными платформами, и недоверие к российскому ПО остается ключевым психологическим барьером. Для заказчиков переход на «наше» может ощущаться как шаг в неизвестность. Организационные процессы в крупных компаниях могут вносить свою лепту из-за врожденной инерционности.

Главными препятствиями вижу недоверие к отечественным решениям, сложность миграции с VMware-экосистемы и недостаточная зрелость российских продуктов виртуализации и клауда. Павел Ерошкин, директор платформы «Октопус» в ГК «Юзтех»

В сегменте управления и оптимизации наблюдается дефицит решений, а сегмент мониторинга частично закрыт российскими аналогами. По отдельным оценкам, в мониторинге уровень импортозамещения трудно назвать высоким, спрос здесь только формируется, что может привести к росту интереса (но не внедрений) до 2027 года. Из-за отложенного спроса выручка вендоров в будущем может резко вырасти.

По мнению Алексея Акопяна, руководителя отдела систем мониторинга в «Инфосистемах Джет», наиболее заметна просадка в системах сетевого мониторинга и управления. Например, до сих пор нет качественных решений класса Network Configuration Management, мало хороших решений и по анализу трафика.

Как рассказал Дмитрий Унтила, СРО «Пульта» и «Графини» («Лаборатория Числитель»), на российском рынке пока нет универсальных решений, полностью закрывающих все задачи мониторинга в enterprise-сегменте. Компаниям приходится выстраивать мониторинг на базе нескольких продуктов, поэтому в этом сегменте кооперация между вендорами часто оказывается важнее прямой конкуренции. Для этих задач в 2025 году был создан альянс разработчиков по мониторингу, в который помимо «Лаборатории Числитель», вошли «Монк Диджитал Лаб», VolgaBlob, GMonit, НТЦ «Веллинк» и «Метрологические системы».

По мнению Дмитрия Дякива, пресейл-инженера НТЦ «Веллинк», значимым фактором остается ограниченное количество готовых инструментов для переноса накопленных данных — конфигураций, шаблонов и исторических метрик — из legacy-систем. Кроме того, отечественные решения пока уступают по объему доступных шаблонов и наработок сообществу таких платформ, как Zabbix, где за годы сформировалась обширная база типовых сценариев мониторинга.

Никита Кардашин, руководитель практики комплексной цифровизации процессов Naumen, отметил в качестве препятствия экономическую ситуацию. По мнению эксперта, при высокой ключевой ставке и дорогих деньгах, проекты инфраструктурного развития естественным образом «встают на паузу» и откладываются, а ресурс — финансовый, кадровый, интеллектуальный — фокусируется на проектах, дающих немедленный результат, что несет в себе отложенную опасность технологического отставания.

3.1 Структурный кадровый голод

Эксперты подтверждают значимость проблемы, но акцент делается на точечной нехватке дорогостоящей экспертизы, а не на нехватке людей вообще. То есть речь идет о структурном кадровом дефиците. Самыми проблемными позициями являются DevOps, SRE, observability, cloud/Kubernetes.

На рынке достаточно давно наблюдается обилие резюме при острой нехватке действительно квалифицированных специалистов, отмечает Виталий Панкратов, заместитель генерального директора компании «САФИБ». По словам эксперта, компании ожидают от системных администраторов и инженеров глубинных познаний, понимания гетерогенных сред, умения работать с российским стеком.

Современный инженер эксплуатации должен понимать Linux, Kubernetes, сети, базы данных, безопасность, а еще обладать экспертизой в мониторинге и диагностировании проблем на разных уровнях, подчеркнул Владимир Гурьянов, технический директор продукта Deckhouse Observability Platform компании «Флант».

Пётр Маскалюк, директор центра компетенций мониторинга «Инфосистем Джет», указал на дефицит инженеров, которые хорошо понимают не только базовое администрирование, но и современные подходы к мониторингу, observability и решению нестандартных задач. Речь идет об умении комплексно смотреть на технологии, залезая в «слепые зоны» на стыке решений.

Эксперт рассказал, что во многих компаниях задачи мониторинга по-прежнему ложатся на системных администраторов как дополнительная нагрузка. В такой модели инструменты нередко используются не в полную силу: их внедряют, но не всегда успевают развивать, настраивать корреляцию событий, автоматизацию и аналитику. В итоге потенциал мониторинга раскрывается лишь частично.

Игорь Пустоветов, генеральный директор GMonit, перечислил основные дефицитные позиции. Не хватает высококвалифицированных SRE-инженеров (профессия, которой не учат в российских вузах), DevOps-инженеров с опытом работы с Kubernetes и CI/CD, инженеров по наблюдаемости и AIOps (рынок мониторинга растет на 24% в год, а кадров катастрофически не хватает), специалистов по ИБ (дефицит оценивается в 45%) и архитекторов ПО, способных проектировать гетерогенные инфраструктуры на российском ПО. Павел Ерошкин, директор платформы «Октопус» в ГК «Юзтех», добавил к этому перечню cloud-архитекторов.

Никита Кардашин, руководитель практики комплексной цифровизации процессов Naumen, обеспокоен тем, что избыток резюме делает отрасль ИТ менее привлекательной для молодых специалистов и стимулирует эмиграцию, что в долгосрочной перспективе может вернуть ситуацию к еще большему дефициту кадров, чем наблюдалось ранее.

Несмотря на определенный спад по количеству вакансий, системные администраторы остаются в топ-5 наиболее востребованных ИТ-специалистов. При этом, судя по актуальным цифрам, профессия остается довольно популярной, настолько, что на одну открытую позицию в среднем приходится 11.4 резюме. Павел Гуральник, генеральный директор ISPsystem

Эксперты сходятся во мнении, что данная ситуация ведет к тому, что требования к современным системам мониторинга смещаются в сторону повышения уровня автоматизации и снижения зависимости от узкоспециализированной экспертизы. Востребованы решения, которые снижают ручной труд: автоматическое обнаружение объектов, готовые алерты и дашборды, типовые интеграции и более быстрая диагностика инцидентов.

 

4 Технологические тренды

Развитие рынка определяют такие направления, как ИБ и импортозамещение, интеграции с российскими платформами, гибридные и облачные инфраструктуры, автоматизация из-за кадрового дефицита, сближение с ITSM/ITAM, зонтичный мониторинг.

Тренд на переход к платформам наблюдаемости подтверждает большинство экспертов. Игорь Пустоветов, генеральный директор GMonit, говорит о движении от «точечного» мониторинга и разрозненных инструментов к единой платформенной модели. Дмитрий Жаренов, технический эксперт по направлению разработки систем мониторинга компании «САТЕЛ», говорит о росте интереса со стороны заказчиков к экосистемным решениям, объединяющим в едином контуре функционал для различных бизнес-процессов. Павел Ерошкин, директор платформы «Октопус» в ГК «Юзтех», считает, что рынок движется от разрозненных «цифровых крепостей» к экосистеме взаимосвязанных решений. По мнению Павла Гуральника, генерального директора ISPsystem, переход к единым платформенным решениям является главным технологическим трендом не только в РФ, но и в мире, и для России характерна консолидация вокруг отечественных вендоров и их экосистем. Владимир Гурьянов, технический директор продукта Deckhouse Observability Platform компании «Флант», считает ключевым трендом развитие observability в сторону управляемой платформы эксплуатации.

Когда мы сравниваем тренды в РФ и мире, думаю, главное отличие — не конкретный набор технологий, а контекст их внедрения. На западе драйверами служат эффективность и снижение издержек, у нас же к этому добавляется мощный внешний фактор — курс на технологический суверенитет и импортозамещение. Поэтому и требования ИБ, и интеграция с российскими платформами – мейнстрим в нашей сфере. Виталий Панкратов, заместитель генерального директора компании «САФИБ»

Виталий Панкратов («САФИБ») отмечает усиление взаимопроникновения ITAM и ITSM, и здесь ключевым направлением становится интеграция управления активами и сервисами, которая смещается от простого учета к управлению рисками и затратами. Связка данных об активах с инцидентами и сервисами позволяет компаниям видеть реальную стоимость владения инфраструктурой и быстрее выявлять узкие места.

Дмитрий Дякив, пресейл-инженер НТЦ «Веллинк», отметил, что рынок демонстрирует движение в сторону более интегрированных, интеллектуальных и управляемых платформ, способных работать в условиях сложных и регулируемых ИТ-ландшафтов.

Алексей Акопян, руководитель отдела систем мониторинга «Инфосистем Джет», заметил, что мировой рынок демонстрирует большую зрелость практик наблюдаемости в связке traces/metrics/logs и SRE-подхода. В России это направление активно растет, но развивается пока неоднородно, с заметным опережением в финансовом секторе и телекоме.

Отдельным трендом является развитие мониторинга облачных и гибридных инфраструктур, что связано с изменением архитектуры ИТ-сред и ростом использования распределенных моделей размещения ресурсов. В 2025 году облачный сегмент вырос на 29%, а 70% компаний уже перешли к гибридной модели. Мировой тренд на мультиоблачность в РФ реализуется в условиях ограниченного доступа к глобальным облачным провайдерам, что стимулирует развитие отечественных облачных платформ. Дмитрий Унтила, СРО «Пульта» и «Графини» («Лаборатория Числитель») отметил, что облачные модели мониторинга в России пока не стали массовыми, и большинство компаний разворачивают системы мониторинга в полностью изолированных контурах.

Существенную роль играет соответствие требованиям информационной безопасности и регуляторным нормам, включая использование решений из реестра отечественного ПО и поддержку сертифицированных компонентов. Наблюдается объединение систем мониторинга и безопасности, что подразумевает автоматизацию проверок на уязвимости и контроль конфигураций. Это позволяет не просто фиксировать сбои, а сразу понимать, связаны ли они с внешними угрозами.

Для банков, организаций с объектами КИИ, промышленности, госсектора и крупных enterprise-заказчиков важны не только функциональные возможности, но и то, можно ли использовать платформу в защищенном контуре: как реализованы разграничение доступов, аудит действий, контроль изменений, долгосрочное хранение данных, локальная поддержка и соответствие требованиям ИБ. Для части таких заказчиков наличие продукта в реестре российского ПО является базовым закупочным критерием, а наличие сертификата ФСТЭК России — важным или обязательным требованием в зависимости от контура применения, класса системы и внутренних политик ИБ.

4.1 Нативная совместимость как пропуск на рынок

Еще одним важным акцентом является промышленная совместимость с российскими ОС, СУБД. Их нативная поддержка настолько критична, что воспринимается как входной билет на рынок, особенно в госсекторе, КИИ, промышленности, финсекторе и организациях с повышенными требованиями к импортонезависимости и информационной безопасности.

Совместимость с существующей инфраструктурой — это боль номер один при импортозамещении. Если ваша система не работает на Astra Linux, РЕД ОС или Альт, если она не дружит с Postgres Pro — большая часть рынка ее просто отсеет. Да, остаются послабления в сторону Windows, и многие компании продолжают ее использовать, но тренд очевиден. Виталий Панкратов, заместитель генерального директора компании «САФИБ»

Особое значение имеет поддержка тех операционных систем и СУБД, которые прошли сертификацию регуляторов, таких как ФСТЭК России и ФСБ России, и допускаются к применению в значимых объектах критической информационной инфраструктуры I и II категорий в соответствии с требованиями Федерального закона №187-ФЗ, отмечает Дмитрий Дякив, пресейл-инженер НТЦ «Веллинк».

В ряде проектов недостаточно просто работы на российской ОС — требуется совместимость с конкретными сертифицированными ФСТЭК сборками, и здесь идет речь о формальном соответствии регуляторным нормам, уточняет Алексей Акопян, руководитель отдела систем мониторинга «Инфосистем Джет». Если решение не работает на требуемой платформе, то дальнейшее обсуждение проекта теряет смысл.

Для решений класса AIOps критична не только сама возможность установки на российскую ОС или использования российской СУБД, но и общая совместимость с инфраструктурным контуром заказчика: возможность on-premise-развертывания, работа в закрытых сегментах, интеграция с существующими системами мониторинга, логирования, ITSM и средствами ИБ. Никита Гладких, руководитель AIOps-платформы Artimate

На текущий момент это не просто важный, а обязательный фактор для работы на российском рынке. С учетом политики импортозамещения и требований к информационной безопасности, использование систем без нативной поддержки российских ОС и СУБД существенно ограничено или невозможно в ряде отраслей. Подчеркну, что речь идет именно о нативной поддержке, а не о формальной совместимости. Это означает корректную установку, стабильную работу, полноценный сбор метрик и интеграцию без «обходных решений» и доработок. Василий Халтурин, заместитель директора технического департамента «Смарт Текнолоджис»

Виталий Панкратов («САФИБ») также констатирует, что компаниям необходимо не просто декларировать совместимость, а тестировать каждую новую версию продукта, подтверждать ее сертификатами и быть готовыми к работе в самых разных, порой нестандартных средах.

Владимир Гурьянов, технический директор продукта Deckhouse Observability Platform компании «Флант», отметил, что для крупных заказчиков важна не только формальная совместимость, но и промышленная поддержка: корректный сбор метрик, готовые шаблоны, понятные требования к установке, поддержка обновлений, документация и возможность получать помощь от вендора.

Павел Гуральник, генеральный директор ISPsystem, напомнил, что для включения в реестр российского ПО нужна совместимость минимум с двумя доверенными ОС. При этом заказчики все чаще смотрят на реальную совместимость, а не просто на соответствие по документам. Они оценивают дорожную карту, перспективы развития, платформенные гарантии. Исходя из этого эксперт делает вывод, что переход на отечественный стек становится осознанной стратегией, а не реакцией на регуляторику.

4.2 Развитие применения ИИ

Искусственный интеллект и машинное обучение становятся важной частью современных систем мониторинга, их востребованность связана с практическими задачами эксплуатации, дефицитом квалифицированных специалистов и необходимостью снизить нагрузку на инженерные команды.

Наибольшую прикладную ценность ML и ИИ дают в observability, где метрики, логи и трассировки анализируются в единой среде. Востребованы AIOps-сценарии, которые помогают быстрее обрабатывать события, выявлять аномалии, корреляции событий, прогнозировать сбои, снижать шум алертов, находить первопричины инцидентов (RCA, Root Cause Analysis — автоматическое определение точного источника проблемы в сложной системе) и подсказывать инженеру следующий шаг.

При этом полная автономная эксплуатация без участия человека пока не рассматривается как реалистичный сценарий для критичных инфраструктур: ИИ должен ускорять принятие решений и снижать рутину, но не подменять экспертный контроль.

По словам Виталия Панкратова, заместителя генерального директора компании «САФИБ», без ИИ-помощника для анализа причин инцидентов инженеры тратят до 80% времени на обнаружение источника проблемы, а внедрение интеллектуальных систем сокращает время восстановления в разы.

Самый очевидный и востребованный кейс сегодня — это прогнозные уведомления об авариях. Суть в том, чтобы перейти от реактивного подхода, когда мы узнаем о сбое постфактум, к проактивному, когда система предсказывает отказ до того, как он случился. Для бизнеса это прямая экономия: остановка производства или отказ платежного сервиса обходятся в миллионы. Такие решения уже есть, как и спрос на них. Виталий Панкратов, заместитель генерального директора компании «САФИБ»

Никита Гладких, руководитель AIOps-платформы Artimate, считает, что прогнозные уведомления об авариях от ИИ востребованы, но здесь важно быть аккуратными: для качественного прогноза нужны достаточные исторические данные, корректная модель данных и понятные критерии оценки. Перспективным направлением является применение GenAI-агентов, особенно для объяснения инцидентов, подготовки кратких сводок, поиска похожих случаев и рекомендаций по runbook.

На практике многие заказчики сначала начинают с нормализации, кластеризации и корреляции событий, а затем постепенно переходят к более проактивным сценариям. Дедупликация, группировка похожих сообщений, кластеризация событий за выбранный период и выявление повторяющихся паттернов помогают быстрее разбирать большой поток событий, снижать нагрузку на эксплуатацию, понимать, какие типы проблем чаще всего возникают в инфраструктуре и как они связаны между собой.

Павел Ерошкин, директор платформы «Октопус» в ГК «Юзтех», сделал акцент на пользе ИИ для прогнозирования нагрузки, автоматического right-sizing (непрерывный анализ вычислительных мощностей и других ресурсов и балансирующая оптимальная подстройка для экономии), RCA. Реальная ценность — в алгоритмах оптимизации, отметил эксперт, поэтому GenAI пока вторичен.

Илья Васильченко, руководитель департамента машинного обучения и ИИ компании «Инфосистемы Джет», отметил ценность мультиагентных подходов: несколько ИИ-агентов могут параллельно собирать информацию из разных источников, сопоставлять данные мониторинга, CMDB (Configuration Management Database — база данных управления конфигурациями), логов, тикетов и систем автоматизации, а затем формировать единую картину инцидента. В более зрелых реализациях такие агенты смогут запускать согласованные действия по исправлению типовых проблем в рамках заранее заданных политик и ограничений.

Дмитрий Унтила, СРО «Пульта» и «Графини» («Лаборатория Числитель»), отметил, что существует проблема переобучения моделей, которые со временем начинают давать все больше ошибок, что неприемлемо в критичных средах.

Для enterprise-заказчиков критично, чтобы ИИ был встроен в контролируемый контур: с учетом ИБ, ролевой модели, аудита, качества данных и ограничений по доступу к инфраструктурной информации. ИИ в observability имеет смысл только поверх качественной телеметрии. Если данные неполные, алерты шумят, а сервисные связи не описаны, ИИ будет не помогать диагностике, а красиво пересказывать хаос. Владимир Гурьянов, технический директор продукта Deckhouse Observability Platform компании «Флант»

4.3 Особенности мониторинга критически важных узлов

Заметную роль в enterprise-мониторинге играет производительность. Системы должны сохранять управляемость при аварийных пиках, масштабироваться горизонтально, быстро строить дашборды и отчеты, не терять данные, не нагружать критичные узлы и иметь понятную экономику масштабирования.

По словам Игоря Пустоветова, генерального директора GMonit, отраслевые бенчмарки показывают, что современные платформы должны обеспечивать прием и обработку миллионов активных метрик в секунду с высоким разрешением, линейное масштабирование ресурсов относительно количества метрик, минимальное потребление CPU, RAM и дискового I/O при высоких нагрузках, а также возможность хранения исторических данных для динамического формирования базовых уровней поведения системы (baselines).

Дмитрий Дякив, пресейл-инженер НТЦ «Веллинк», отметил, что катастрофоустойчивые сценарии, как правило, реализуются за счет кластерных архитектур с разнесением узлов по нескольким независимым центрам обработки данных и организацией двух и более каналов связи между ними. Это позволяет обеспечить высокий уровень доступности сервиса даже при отказе отдельных компонентов или площадок.

Отдельное внимание уделяется оптимизации сетевого взаимодействия. При работе с большим количеством источников данных (агенты, зонды и другие компоненты сбора телеметрии) критичным становится снижение сетевой нагрузки. Это достигается за счет кластеризации схем сбора данных, а также использования специализированных агрегаторов, которые аккумулируют, предварительно обрабатывают и оптимизируют потоки запросов между источниками данных и центральными узлами системы мониторинга.

Как рассказал Алексей Акопян, руководитель отдела систем мониторинга «Инфосистем Джет», одним из архитектурных элементов, обеспечивающих устойчивость под переменной нагрузкой, являются брокеры сообщений, такие как Kafka и RabbitMQ, которые выступают в роли буфера для потока метрик, чтобы избежать потери данных при пиковых всплесках.

Брокер принимает поток метрик и буферизует его, а компоненты обрабатывают данные в своем темпе. Это позволяет избежать потери данных при пиковых всплесках и независимо масштабировать отдельные звенья конвейера. Алексей Акопян, руководитель отдела систем мониторинга «Инфосистем Джет»

Также, по словам эксперта, большую роль играет грамотный выбор хранилища. Современные системы мониторинга опираются на колоночные СУБД и специализированные базы данных временных рядов, которые обеспечивают одновременно высокую скорость чтения и записи, а также эффективную компрессию данных. Дмитрий Жаренов, технический эксперт по направлению разработки систем мониторинга компании «САТЕЛ», и Дмитрий Унтила, СРО «Пульта» и «Графини» («Лаборатория Числитель»), в этом контексте отметили высокую производительность СУБД Clickhouse, которая зарекомендовала себя как эффективное решение для работы с большими данными.

Когда речь идет о мониторинге тысяч серверов и миллионов метрик, бизнес ждет от системы предсказуемости, скорости реакции и экономической эффективности, напоминает Виталий Панкратов, заместитель генерального директора компании «САФИБ». По словам эксперта, заказчики выбирают системы с понятной стоимостью масштабирования, поэтому многочисленные возможности мониторинга не должны превращать внедрение и владение системой в бесконечный конвейер доработок.

Важно, чтобы мониторинг не конкурировал за ресурсы с тем самым приложением, которое он контролирует. Агент, потребляющий 10–20% CPU на критическом сервере, — это уже проблема. Виталий Панкратов, заместитель генерального директора компании «САФИБ»

4.4 «Мягкая сила» дизайна, шаблоны «из коробки», low-code

Частично связанное с трендом на self-service BI и снижением порога входа для пользователей, другое заметное явление: low /no-code становится стандартом де-факто для настройки дашбордов, оповещений, логики мониторинга, правил и визуализации без длительных циклов разработки. Это инструмент сокращения time-to-change, снижения зависимости от разработчиков и снижения нагрузки на дефицитные инженерные ресурсы. Нюанс состоит в том, что эффективность low-code в этой сфере во многом зависит от сочетания с другими технологиями и наличия возможности гибкой доработки под конкретные задачи. Причем востребованность low-code инструментария выходит за рамки сегмента SMB.

В сегменте enterprise наличие данного функционала не является самостоятельной причиной выбора системы. В крупных внедрениях low-code остается вспомогательным слоем: базовую архитектуру мониторинга, модель данных, интеграции и эксплуатационные регламенты все равно должны проектировать квалифицированные инженеры. Для enterprise-заказчиков важнее надежность, масштабируемость, качество телеметрии, готовые сценарии мониторинга, управляемость изменений и понятная модель эксплуатации.

Для базовых задач low-code и AI-assisted-инструменты действительно удобны: они помогают быстро проверить гипотезу, собрать первичный экран или дать бизнес-пользователю понятное представление данных. Но если речь идет о high-performance-системах, критичной инфраструктуре и сложной логике мониторинга, там по-прежнему нужна тонкая настройка опытных специалистов, которые понимают архитектуру, нагрузку, зависимости сервисов и особенности эксплуатации. Илья Васильченко, руководитель департамента машинного обучения и ИИ компании «Инфосистемы Джет»

Большинство экспертов отмечает, что простота интерфейса и готовые шаблоны «из коробки» не играют определяющей роли при выборе систем мониторинга априори. При этом фактор удобства интерфейса бесспорно значим при прочих равных.

Дмитрий Жаренов, технический эксперт по направлению разработки систем мониторинга компании «САТЕЛ», прокомментировал, что коробочные решения, как правило, не рассматриваются, поскольку ИТ-инфраструктура каждой компании уникальна, и каждый заказчик стремится видеть интерфейс, ориентированный на его ключевые приоритеты, что непосредственно влияет на оперативность реагирования на инциденты.

Дмитрий Унтила, СРО «Пульта» и «Графини» («Лаборатория Числитель»), рассказал, что одним компаниям важнее гибкость и возможность кастомизации, но большинству клиентов достаточно функционала «из коробки», и они ничего не меняют.

По мысли Павла Гуральника, генерального директора ISPsystem, для SMB скорость запуска решения в эксплуатацию и снижение нагрузки на ИТ-отдел могут перевешивать небольшие функциональные различия, особенно если продукт «из коробки» закрывает большую часть требуемых сценариев.

Готовые шаблоны полезны там, где инфраструктура типовая, отметил Никита Гладких, руководитель AIOps-платформы Artimate. В крупных же организациях мониторинг почти всегда сильно кастомизирован: отличаются названия проверок, структура тегов, форматы событий, правила эскалации, бизнес-сервисы и эксплуатационные регламенты.

Виталий Панкратов, заместитель генерального директора компании «САФИБ», рассказал, что при внедрении системы удаленного управления или мониторинга на крупном предприятии на переднем крае находятся критерии безопасности, надежности, возможностей интеграции, стоимости владения. При этом фактор удобства интерфейса эксперт назвал бесспорным, поскольку он влияет на лояльность пользователей и скорость внедрения. При прочих равных при сравнении систем, он может выступить как решающий.

Владимир Гурьянов, технический директор продукта Deckhouse Observability Platform компании «Флант», рассказал, что клиенты, прежде всего, смотрят на то, как продукт масштабируется, как устроены отказоустойчивость и хранение данных, есть ли разграничение доступов, аудит, поддержка закрытых контуров, каково качество документации и сопровождения. Для части заказчиков также важны требования ИБ и подтвержденная защищенность решения, включая возможность использования в защищенных контурах и, в отдельных случаях, наличие сертификатов.

Решение оценивают по надежности, масштабируемости, безопасности, стоимости владения, но если после покупки продукта команде нужно месяцами вручную настраивать метрики, алерты, дашборды и правила алертинга, то ценность системы появляется слишком поздно. Поэтому готовые дашборды, преднастроенные алерты, автоматическое обнаружение типовых объектов и сбор данных без сложной ручной настройки становятся важным фактором выбора. Владимир Гурьянов, технический директор продукта Deckhouse Observability Platform компании «Флант»

Василий Халтурин, заместитель директора технического департамента «Смарт Текнолоджис», считает, что качество дизайна и типовой функционал напрямую влияют на сроки и стоимость внедрения: чем интуитивно понятней интерфейс и чем больше готовых шаблонов доступно «из коробки», тем быстрее команда переходит от установки к реальной эксплуатации.

Это снижает зависимость от узких специалистов, уменьшает количество ошибок при настройке и ускоряет обучение новых пользователей. Наша практика внедрений показывает, что сложные интерфейсы и необходимость собирать мониторинг «с нуля» часто становятся узким местом — система формально внедрена, но фактически не используется в полном объеме. Василий Халтурин, заместитель директора технического департамента «Смарт Текнолоджис»

По мнению Петра Маскалюка, директора центра компетенций мониторинга «Инфосистем Джет», простота интерфейса помогает выигрывать тендеры, но останется ли система «в строю» через три года — определяет потенциал ее дальнейшего развития, возможность масштабирования под новые задачи и адаптируемость к изменениям ИТ-ландшафта.

Если система не позволяет гибко перенастроить логику под специфические процессы заказчика, она быстро исчерпывает свою полезность, подтверждает Алексей Акопян, руководитель отдела систем мониторинга «Инфосистем Джет». По словам эксперта, для многих организаций именно готовый охват большинства объектов, включая отечественное оборудование, становится весомым аргументом в пользу выбора.

Современные решения должны обеспечивать баланс между удобством использования и функциональной глубиной, включая развитые аналитические инструменты и возможности кастомизации, считает Дмитрий Дякив, пресейл-инженер НТЦ «Веллинк». При этом специалист отметил, что удобство интерфейса и наличие готовых сценариев мониторинга становятся не просто дополнительными преимуществами, а инструментами адаптации к текущим условиям рынка — в частности, к задачам миграции и дефициту квалифицированных кадров.

Никита Кардашин, руководитель практики комплексной цифровизации процессов Naumen, отметил, что наличие готовых шаблонов, особенно — сертифицированных (поддерживаемых) типов устройств, в том числе российского производства, крайне важны. Ведь многие западные или Open Source системы не могут корректно работать с российским оборудованием, и это является проблемой для эксплуатанта. Российские решения этого недостатка лишены.

 

5 Российские продукты и решения

Российский рынок систем мониторинга и управления ИТ-инфраструктурой представляет собой уже не просто список аналогов западных систем, а набор решений в нескольких продуктовых классах. Они закрывают различные уровни эксплуатации, о чем свидетельствует иллюстративная выборка, не являющаяся строгой картой рынка, представленная в данном разделе.

На уровне RMM (Remote Monitoring and Management, удаленный мониторинг и управление), удаленного доступа, инвентаризации и управления конфигурациями — «Ассистент» компании «САФИБ». В продукте делается акцент на глубокий сбор сведений об оборудовании и ПО, контроле изменений, управлении конфигурациями, удаленной поддержке и работе в защищенных контурах. «Ассистент» подходит для распределенных организаций, госсектора и компаний, где важны аудит действий, централизованный доступ и контроль рабочих мест.

В сегменте классического инфраструктурного мониторинга и SLA-контроля: «СТ.Монитор», wiSLA, «Пульт» и «СОВА». «СТ.Монитор» закрывает централизованный мониторинг серверного, сетевого и программного ландшафта. wiSLA делает акцент на сквозном мониторинге каналов связи, бизнес-приложений, SLA/SLM и ML-анализе. «Пульт» силен как российское enterprise/on-prem решение на базе ядра Zabbix, ориентированное на миграцию существующих инсталляций, промышленную эксплуатацию и работу под высокими нагрузками. «СОВА» — специализированная система мониторинга и визуализации аварий для сетевой, телекоммуникационной и инженерной инфраструктуры с детальной топологией.

В сегменте observability и APM (Application Performance Monitoring, мониторинг производительности приложений): Deckhouse Observability Platform, GMonit. DOP — широкая observability-платформа для гибридной и Kubernetes-инфраструктуры с метриками, логами, трассировками, APM, RCA и системой управления инцидентами. Observability/APM-платформа GMonit фокусируется на связи ИТ-сбоев с бизнес-показателями — выручкой, конверсией, клиентским опытом и выполнением SLA/целевых уровней сервиса.

В сегменте управления инфраструктурой, виртуализацией, ЦОД и облаками: «Октопус» и экосистема продуктов ISPsystem. Платформа оптимизации ИТ-ресурсов и виртуализированных сред «Октопус» помогает находить неиспользуемые или избыточные ресурсы и повышать эффективность работы ЦОД без закупки дополнительного оборудования. Экосистема ISPsystem закрывает физическую инфраструктуру через DCImanager, виртуализацию через VMmanager и гибридную/мультиоблачную инфраструктуру через Clouden.

Подробнее читайте в отдельной статье

 

… Резюме

Российский рынок движется в том же направлении, что и мировой. В тренде observability, AIOps, платформенность. Однако локальная специфика сильнее: импортозамещение, ИБ, совместимость с российским стеком, работа в закрытых контурах, сертификация, предсказуемость поставок и развитие вокруг отечественных экосистем. Переход от мониторинга компонентов к платформам наблюдаемости стал важным повсеместным российским трендом. Информационная безопасность — ключевым критерием архитектуры, закупки и эксплуатации.

Исходя из этой корректировки можно говорить о формировании суверенной модели observability.

Несмотря на рост облачных и гибридных архитектур, в enterprise, банках, промышленности, на объектах КИИ — контрольный и мониторинговый контуры часто остаются on-premise. ИИ воспринимается как прикладной AIOps-слой для RCA, предиктивной аналитики, установления корреляций и снижения шума.

Поставщики должны продавать уже не только технологические функции, но и гибкие модели развертывания и прозрачный путь миграции.

Сообщение Российский рынок систем мониторинга ИТ-инфраструктуры вырос на 57% появились сначала на ECOMHUB - о E-Commerce, омниканальном ритейле, логистике, технологиях, соцсетях.

К 7 июля топливный кризис в России перешёл из стадии перебоев на отдельных заправках в режим ручного распределения топлива.

Это уже не только вопрос ударов по НПЗ. Сложилась связка из нескольких факторов: выбытие перерабатывающих мощностей, разрыв логистики между НПЗ, нефтебазами и АЗС, ажиотажный спрос, лимиты на продажу, запрет канистр, снижение стандартов топлива и всё более заметное административное управление очередями.

👉 НПЗ стали ключевой точкой риска

Главные события недели — НОРСИ, Ярославль и Омск.

По НОРСИ в Кстово речь идёт не о локальном пожаре, а о повреждении установок первичной переработки. Это один из самых болезненных типов ущерба: если завод теряет базовую переработку нефти, страдает выпуск бензина, дизеля и других нефтепродуктов.

По Ярославскому НПЗ «Славнефть-ЯНОС» есть сообщения об атаке, взрывах и дыме, но без точной оценки технологического ущерба.

Омский НПЗ стал самым знаковым эпизодом: удар по крупнейшему НПЗ России в глубокой Сибири ломает прежнюю логику, где восточные мощности могли восприниматься как более безопасный резерв.

👉 Евро-3 — признание дефицита предложения

Отдельный ключевой фактор — разрешение оборота топлива с характеристиками уровня Евро-3 до конца 2026 года.

Государство фактически признало: стандартными объёмами топлива привычного качества рынок закрывается с трудом, поэтому предложение расширяют за счёт снижения требований.

Для автовладельцев это уже не только вопрос «есть ли бензин». Появляется ещё один риск: если топливо есть, каким оно будет и не приведёт ли к проблемам со свечами, форсунками, катализаторами и двигателем.

👉 Регионы переходят к лимитам

К 6–7 июля ограничения, запреты или специальные режимы продажи топлива действовали уже в десятках регионов. Консервативно — более чем в 40, по расширенному учёту — около 50+ регионов и территорий.

Типовой набор мер: лимиты 15–40 литров, запрет канистр, приоритет спецслужб, коммунальных служб, аграриев и общественного транспорта, топливные карты, QR-коды, заправка по номеру автомобиля и отдельные часы для экстренных служб.

Это уже не обычный рынок топлива, а элементы распределительной системы.

👉 Кризис ударил по поставкам и ритейлу

Поставщики продуктов начали предупреждать сети о рисках срыва окон доставки.

Особенно чувствительна молочная продукция: короткие сроки годности, холодовая цепь и штрафы за опоздание могут быстро превратить задержку фуры в прямые убытки.

Руспродсоюз, АКОРТ, Рыбный союз и другие отраслевые участники обсуждают временный мораторий на штрафы для поставщиков, которые опаздывают из-за нехватки топлива.

То есть топливный кризис уже переходит в договорные отношения между производителями, перевозчиками и сетями.

👉 Маркетплейсы тоже в цепочке

Wildberries уже использовал рост логистических расходов и удорожание топлива как аргумент для пересмотра комиссий.

Для e-commerce это важный сигнал: топливный кризис становится не внешним фоном, а фактором платформенной экономики.

Цепочка выглядит просто: топливо дорожает и становится менее доступным → логистика платформ дорожает → комиссии и тарифы растут → селлеры перекладывают часть расходов в цену или сокращают ассортимент.

👉 Главный вывод

Это уже не «перебои на отдельных заправках».

Топливный кризис стал ударом по всей внутренней цепочке: НПЗ, нефтебазы, АЗС, грузоперевозки, продуктовые поставки, маркетплейсы, такси, общественный транспорт, аграрии, туризм и потребительские цены.

Главная проблема теперь не только в наличии бензина. Проблема в том, что рынок топлива всё заметнее заменяется ручным распределением, а последствия расходятся по всей экономике.

Подробнее

Топливный кризис в России: 1–7 июля 2026 года

К 7 июля топливный кризис в России перешёл из стадии «перебоев на отдельных АЗС» в режим ручного распределения топлива. Это уже не только вопрос ударов по НПЗ, а связка из нескольких факторов: выбытие перерабатывающих мощностей, разрыв логистики между НПЗ — нефтебазами — АЗС, ажиотажный спрос, снижение стандартов топлива, лимиты на продажу, конфликты в очередях и всё более заметное присутствие силовиков, казаков, чиновников и добровольцев на заправках.

По масштабу ограничений оценки различаются в зависимости от методики. «Коммерсантъ» писал, что из-за ажиотажного спроса ограничения приняли более 30 регионов. Anadolu 1 июля оценивало число регионов с ограничениями на бензин и дизель уже как более 40. А агрегированная таблица «Сравни» от 6 июля содержит более 50 регионов и территорий, если учитывать не только лимиты по литрам, но и запрет канистр, приоритет спецслужб, спецтехники, отдельных категорий граждан и ограничения отдельных сетей АЗС. Поэтому корректная формулировка: к 6–7 июля ограничения, запреты или специальные режимы продажи топлива действовали уже в десятках регионов, консервативно — более чем в 40, по расширенному учёту — около 50+ регионов и территорий.

1. Главные удары недели: НОРСИ, Ярославль, Омск

Нижегородский НПЗ / НОРСИ

Один из ключевых эпизодов недели — повторный удар по НОРСИ в Кстово. По данным Reuters в пересказе The Moscow Times, НПЗ «Нижегороднефтеоргсинтез» ЛУКОЙЛа со 2 июля остановил переработку нефти после атаки БПЛА. Источники Reuters сообщили, что 2 июля была повреждена установка первичной переработки АВТ-6 производительностью 25,7 тыс. тонн в сутки, то есть около 53% мощности НПЗ. При этом после ударов 24 июня уже была повреждена и остановлена другая первичная установка — АВТ-5 производительностью 12 тыс. тонн в сутки, около 25% мощности НПЗ.

Это принципиально важно: речь не о второстепенном резервуаре или локальном пожаре, а о первичной переработке. Если повреждены АВТ/CDU-установки, завод теряет базовую способность перерабатывать нефть в полуфабрикаты для дальнейшего выпуска бензина, дизеля и других нефтепродуктов. Для рынка это один из самых болезненных типов повреждений.

Ярославский НПЗ / «Славнефть-ЯНОС»

6 июля Reuters сообщил, что украинская сторона заявила об ударах по трём российским НПЗ и терминалу в Высоцке. По Ярославской области украинский Генштаб сообщил о взрывах возле НПЗ «Славнефть-ЯНОС» и дыме на территории. Reuters отдельно указывал, что ЯНОС — один из крупнейших российских НПЗ с мощностью около 15 млн тонн переработки нефти в год.

Но по Ярославлю важно не преувеличивать: на 7 июля в открытых источниках нет столь же точной оценки повреждённой установки, как по НОРСИ. Поэтому корректная оценка: факт атаки и дыма подтверждён через украинские заявления и Reuters; масштаб технологического ущерба пока неясен.

Омский НПЗ

Самое знаковое событие недели — удар по Омскому НПЗ 6 июля. Reuters пишет, что украинские дроны ударили по крупнейшему НПЗ России в Омске, глубоко в Сибири, примерно в 2700 км от контролируемой Украиной территории. Местные власти подтвердили атаку, заявили, что большинство дронов сбито, пострадавших нет, но Reuters отдельно подчеркнул: сразу не было ясно, какой ущерб получил завод.

Омский НПЗ — это не рядовой объект. По источникам Reuters, завод «Газпром нефти» переработал в прошлом году около 23 млн тонн нефти, или примерно 460 тыс. баррелей в сутки. До этого Омск воспринимался как один из глубоких тыловых резервов российской переработки. Украинская компания Fire Point заявила, что модернизированные FP-1 достигли Омска, а Владимир Зеленский назвал удар «важным достижением» и заявил, что «Сибирь тоже теперь в зоне досягаемости украинских точных ударов».

Смысл Омска — не только в возможном физическом ущербе. Он ломает прежнюю модель балансировки: раньше можно было частично компенсировать выбытие НПЗ европейской части России восточными мощностями и длинной логистикой. После Омска становится очевидно, что даже сибирская переработка больше не выглядит полностью безопасным резервом.

2. Что исключить из ядра анализа

Из основного объяснения внутреннего топливного кризиса нужно исключить Усть-Лугу как прямой фактор снабжения региональных АЗС. Усть-Луга — прежде всего экспортный портовый узел. Его можно упоминать только как часть более широкой кампании ударов по нефтяной логистике и экспортной инфраструктуре, но не как ключевую причину очередей на АЗС в Нижнем Новгороде, Иркутске, Анапе, Омске или Новосибирске.

Также не стоит подавать блокировку объявлений о перепродаже бензина на Avito как событие недели 1–7 июля. Это важный маркер формирования серого рынка, но сама новость появилась раньше, поэтому в обзоре за 1–7 июля её лучше либо убрать, либо оставить только в историческом фоне.

3. Снижение экологических стандартов: ключевой фактор недели

Один из главных недооценённых факторов — решение правительства разрешить оборот бензина с характеристиками уровня Евро-3 до конца 2026 года. 2 июля правительство разрешило выпуск бензина со скорректированными требованиями к содержанию серы: до 150 мг/кг для бензина. Для сравнения, современный стандарт Евро-5 предполагает до 10 мг/кг серы. Решение объяснили «повышением надёжности топливообеспечения» и необходимостью направить на внутренний рынок дополнительные объёмы топлива.

Это важнее, чем просто «экологическая уступка». Фактически государство признало, что стандартными объёмами топлива нормального класса рынок уже не закрывается. Поэтому власти пошли на качество ниже привычного уровня, чтобы физически расширить предложение.

Последствия начали проявляться почти сразу в публичной повестке. Forbes со ссылкой на «Коммерсантъ» сообщил о росте числа обращений в автосервисы из-за бензина Евро-3. Участники рынка говорили о жалобах на падение мощности, нестабильную работу двигателя, «троение», проблемы со свечами и форсунками. Технически риск связан не только с экологией: повышенное содержание серы и примесей может ускорять износ свечей, катализаторов, форсунок, систем очистки выхлопа и моторного масла.

Именно поэтому кризис перестаёт быть только «ценовым» или «логистическим». Для автовладельца он превращается в три риска одновременно: топлива может не быть; если оно есть, его могут дать только 15–40 литров; если его удалось купить, остаётся вопрос качества и последствий для машины.

4. Ограничения в регионах: от лимитов к распределительной системе

Типовой набор мер к 7 июля выглядит так:

— лимит 15–40 литров бензина в бак;
— запрет или резкое ограничение канистр;
— отдельные лимиты для дизеля и грузовиков;
— приоритет скорых, пожарных, коммунальных служб, общественного транспорта, аграриев и спецтехники;
— продажа по топливным картам;
— заправка по QR-кодам или по номеру автомобиля;
— отдельные часы для экстренных служб;
— полное ограничение свободной продажи в Крыму и Севастополе.

В таблице «Сравни» на 6 июля есть десятки конкретных кейсов: Забайкальский край — 15 литров бензина на автомобиль, только в бак; Дагестан — 20 литров бензина и 50 литров дизеля; Нижегородская область — 40 литров бензина, плюс планы QR-кодов и распределения по чётным/нечётным дням; Новосибирская область — рекомендованные ограничения 40 литров бензина и 80 литров дизеля, на трассах до 200 литров дизеля; Омская область — 40 литров бензина и дизельные лимиты; Севастополь и Крым — полное ограничение свободной продажи.

Отдельно показателен кейс Орловской области: в таблице указана схема продажи бензина по первой цифре госномера в зависимости от дня недели. Это уже не просто лимит «в одни руки», а попытка разложить спрос во времени и управлять потоком машин административно.

5. Реакция федеральных властей: признание дефицита, но риторика “контроля”

Путин 28 июня признал наличие дефицита, но попытался снизить драматизм. Его ключевая цитата: «Мы сейчас наблюдаем определенный дефицит, но он не критический». По Крыму он отдельно сказал, что ежемесячная потребность полуострова — 70 тыс. тонн, а запасов сейчас «несколько дней», но поставки будут наращивать «и по земле, и по морю».

Новак, в свою очередь, 1 июля говорил, что на внутреннем рынке бывают «отдельные дефициты и перебои на отдельных заправках», но они «быстро устраняются», а рынок в целом обеспечен бензином и дизельным топливом. Ранее он объяснял рост спроса ажиотажем на 20–30% и говорил: «У нас топлива достаточно на рынке. Сейчас идет перестройка логистических связей системы с учетом потребностей. Балансировка рынка потребует какого-то времени».

Но фактические решения противоречат слишком спокойной риторике: импорт бензина, снижение стандартов до Евро-3, лимиты по регионам, QR-коды, запрет канистр, приоритет спецслужб, патрулирование АЗС и снижение биржевого норматива продаж бензина 5-го класса с 15% до 10% с 1 июля по 30 сентября.

6. Силовики, казаки, чиновники и добровольцы на АЗС

К 1–7 июля кризис получил уже не только экономическую, но и полицейско-административную форму.

В Иркутской области губернатор Игорь Кобзев рекомендовал полиции и Росгвардии патрулировать очереди на АЗС. Задачи силовиков: контролировать, чтобы водители не покупали больше установленного лимита, обеспечивать порядок в очередях и пресекать незаконную продажу топлива. Там же действует правило: заливать топливо можно только в бак автомобиля.

В Анапе на АЗС начали дежурить представители администрации, полиции, казачества, а также добровольцы из спортивных и общественных организаций. По данным мэрии, они регулируют потоки, контролируют очередь, останавливают конфликты и попытки залить бензин в канистры. На 3 июля в городе работали 17 АЗС; на восьми из них топливо отпускали только по топливным картам и для спецтранспорта, на 14 действовали лимиты: бензин АИ-92 и АИ-95 по 20 литров, дизель по 30 литров, на всех АЗС был ограничен отпуск в канистры.

Reuters отдельно описал Анапа-кейс как показатель социального накала: казаки были привлечены, чтобы «предотвращать конфликты», контролировать очередь и не допускать заправку канистр. Reuters также привёл слова депутата КПРФ Вячеслава Мархаева, который говорил, что в Забайкалье люди стоят в очереди 36 часов ради 15 литров бензина, и назвал ситуацию не просто перебоями, а «провалом государственного управления».

7. Конфликты, драки и попытки пройти без очереди

Очереди на АЗС начали становиться самостоятельным очагом напряжённости. Meduza 7 июля собрала кейсы конфликтов: в Серове Свердловской области мужчина пытался организовать очередь, отказался пропустить женщин без очереди, после перепалки ударил одну из них; в Татарстане у границы с Башкортостаном произошла драка с участием нескольких человек.

На Кубани, по сообщениям местных и украинских медиа со ссылками на региональные источники, на АЗС возникали километровые очереди, драки и повреждения машин. В станице Голубицкой одному водителю, по этим сообщениям, порезали колёса после попытки проехать без очереди. Там же усилился конфликт между местными водителями и автомобилями из Крыма: после разрешения провозить через Крымский мост до 200 литров топлива поток машин с полуострова вырос, а на некоторых АЗС, по сообщениям, начали отказывать водителям с крымскими номерами. Эти данные лучше подавать как сообщения региональных медиа и соцсетей, а не как полностью верифицированную федеральную статистику.

Отдельный социально опасный сюжет — льготная и внеочередная заправка. В Чите сеть АЗС БРК и «Корс» разрешила участникам войны в Украине и членам их семей заправляться вне очереди. По данным DW со ссылкой на «Чита.ру», горожане могли стоять в очередях 30–57 часов, а установленный лимит составлял 15 литров в бак.

При этом вокруг «внеочередного» доступа начинают появляться слухи о привилегиях чиновников и силовиков. В Новосибирске, например, власти специально опровергали слухи, что чиновники и силовики заправляются без очереди. Но сам факт таких опровержений важен: он показывает, что общественное раздражение уже перешло в плоскость подозрений о «режиме для своих».

8. Социальная динамика: от дефицита к недоверию

Главная социальная проблема недели — не только отсутствие бензина. Люди видят, что официально им говорят «рынок обеспечен», но на практике они стоят часами или сутками, видят лимиты, канистры под запретом, топливо выдают по картам, рядом дежурят полиция, казаки и чиновники, а отдельные категории получают приоритет. Это формирует ощущение несправедливого распределения.

В нормальной рыночной ситуации человек выбирает АЗС по цене и удобству. В кризисной ситуации 1–7 июля он начинает решать другие задачи: где вообще есть бензин; сколько дадут; пустят ли с канистрой; не закончится ли топливо перед ним; не пустят ли кого-то без очереди; не испортит ли бензин двигатель; не будет ли конфликта в очереди.

Поэтому кризис быстро обрастает «народной инфраструктурой»: чаты «где залить», очереди по спискам, ночёвки у АЗС, преследование бензовозов, взаимные обвинения между местными и приезжими, подозрения к силовикам и чиновникам, обходы лимитов, перепродажа, попытки заправиться по корпоративным картам или через льготный статус.

9. Рыночная логика кризиса

В кризисе совпали три шока.

Первый — производственный. Удары по НПЗ бьют не только по резервуарам, но и по ключевым установкам первичной переработки. НОРСИ — самый показательный пример: повреждение АВТ-6 на 53% мощности и ранее АВТ-5 на 25% мощности делает проблему системной, а не локальной.

Второй — логистический. Даже если бензин есть в стране, его нужно доставить в конкретный регион, на конкретную нефтебазу и конкретную АЗС. Новак именно этим объяснял «отдельные дефициты» — перестройкой логистических связей и трудностями поставок с НПЗ до нефтебаз и АЗС.

Третий — поведенческий. Ажиотажный спрос сам усиливает дефицит. Новак говорил, что ажиотаж искусственно увеличил спрос на 20–30%. На земле это превращается в полные баки, попытки залить канистры, повторные заезды, очереди, закупку «про запас» и серый рынок.

10. Итоговая оценка

На 7 июля 2026 года топливный кризис в России выглядит как уже зрелая распределительная система, где рынок частично заменяется административным доступом. Удары по НПЗ остаются базовой причиной сокращения предложения, но кризис усиливается качественно новыми факторами: снижением стандартов топлива до Евро-3, рисками поломок автомобилей, лимитами по регионам, запретом канистр, очередями на десятки часов, социальными конфликтами, привлечением полиции, Росгвардии, казаков, чиновников и добровольцев.

Самые важные события недели:

1. НОРСИ — остановка переработки после удара 2 июля, повреждение АВТ-6 на 25,7 тыс. тонн в сутки, плюс ранее повреждённая АВТ-5.
2. Омск — удар по крупнейшему НПЗ России, около 23 млн тонн переработки в год, один из самых дальних украинских ударов.
3. Ярославль — удар по району ЯНОС, дым и взрывы, но без подтверждённой оценки технологического ущерба.
4. Евро-3 — разрешение на бензин с серой до 150 мг/кг и дизель с повышенным содержанием серы как попытка расширить предложение.
5. 50+ регионов/территорий в расширенном учёте ограничений — лимиты, запреты канистр, приоритеты, QR-коды, топливные карты, спецрежимы.
6. Силовой и общественный контроль АЗС — полиция, Росгвардия, казаки, чиновники, добровольцы.
7. Социальное напряжение — драки, попытки проехать без очереди, повреждения машин, подозрения в привилегиях, конфликты между местными и приезжими.

Главный вывод: это уже не «перебои на отдельных заправках». Это кризис всей цепочки внутреннего топливообеспечения — от НПЗ и качества топлива до очереди у колонки и доверия населения к распределению дефицитного ресурса.

Экономические и отраслевые последствия топливного кризиса: 1–7 июля 2026 года

К 7 июля топливный кризис перестал быть проблемой только автомобилистов и АЗС. Он начал расползаться по всей цепочке потребительской экономики: от фуры с молочной продукцией и картофелем до комиссий маркетплейсов, такси, автобусных маршрутов, туристических поездок, уборки урожая и цен на онлайн-площадках.

1. Продовольственные поставщики: просьбы не штрафовать за задержки

Самый показательный сдвиг — производители и поставщики продуктов начали заранее предупреждать торговые сети, что не смогут гарантировать точное соблюдение окон поставки. Причина простая: грузовики вынуждены стоять в очередях на АЗС, а лимиты в 20–30 литров на одну заправку ломают экономику рейса. Фура не может нормально пройти маршрут, если ей приходится несколько раз за рейс заезжать на заправку и каждый раз терять часы.

Отдельно о рисках заявили производители молочной продукции. По данным Forbes, из-за дефицита топлива они рискуют сорвать сроки поставок в торговые сети и получить штрафы в размере 5–15% от стоимости товаров. Проблема особенно чувствительна именно для молочки: это скоропортящаяся продукция, у неё короткие сроки годности, а опоздание в распределительный центр может означать не просто штраф, а потерю партии или ухудшение качества товара.

Ассоциация «Народный фермер», объединяющая около 14 тыс. фермеров и переработчиков в 72 регионах, направляла ритейлерам письмо с просьбой не применять штрафы за просрочку поставок, пока ситуация с топливом не стабилизируется. Это важный момент: отрасль пытается перевести топливный кризис в категорию «общего системного сбоя», а не индивидуальной вины конкретного поставщика.

2. Руспродсоюз, АКОРТ, Рыбный союз: кризис уходит в договорные отношения

К 3 июля вопрос уже обсуждался не только отдельными поставщиками, но и отраслевыми объединениями. По данным «Известий» в пересказе TASS и отраслевых изданий, несколько объединений предварительно обсуждали с АКОРТ возможность временного моратория на штрафы для поставщиков продуктов, которые опаздывают из-за нехватки топлива. АКОРТ важен, потому что объединяет крупнейшие сети, включая X5, «Ленту», «Магнит» и «Дикси».

Исполнительный директор «Руспродсоюза» Дмитрий Востриков сформулировал суть проблемы так: сейчас нужно «купировать именно штрафы за опоздание», потому что, по его словам, пока нет массовых сигналов о полном «недохождении» машин до сетей. То есть полки пока не пустеют системно, но графики поставок уже начинают сыпаться.

Рыбный союз поддержал идею моратория. Председатель Рыбного союза Александр Панин заявил, что поставщики активно взаимодействуют с АКОРТ по вопросу отмены штрафов за отклонение от согласованного графика поставок. Для рыбной продукции это тоже критично: холодовая цепь, сроки доставки и точное попадание в распределительный центр имеют прямое значение для сохранности товара.

Картофельный союз, по данным участников рынка, также указывал на проблему простоев: фуры с товаром иногда стоят в очередях на заправках по 8–10 часов, из-за чего продукция приходит в магазины с задержкой.

Аналитически это означает следующее: топливный кризис начинает превращаться в кризис исполнения контрактов. У поставщиков появляются риски штрафов, у ритейлеров — риски сбоев поставок, у производителей — рост себестоимости и логистическая неопределённость. При этом формально нехватка топлива не всегда признаётся форс-мажором, поэтому юридически поставщик может остаться крайним, даже если причина опоздания объективно вне его контроля.

3. Ритейл: пока без пустых полок, но с риском роста цен и пересмотра условий

На уровне торговых сетей публичная позиция пока осторожная: дефицита товаров на полках в моменте не ожидают. Но сам факт писем от поставщиков показывает, что проблема уже дошла до распределительных центров. «Фонтанка» писала, что поставщики из других регионов, в том числе из Поволжья и Южного федерального округа, предупреждали магазины Петербурга о возможных задержках и просили не выставлять претензии за нарушение сроков поставки.

Для ритейла это неприятный выбор. Если сети жёстко сохраняют штрафы, они перекладывают кризис на поставщика и могут получить конфликт с отраслью. Если временно отменяют штрафы, они берут на себя часть издержек и рискуют дисциплиной поставок. Если начинают страховаться запасами, это увеличивает нагрузку на склады, транспорт и оборотный капитал.

В среднесрочном плане последствия для полки могут идти по трём каналам:

1. рост закупочных цен — поставщики будут пытаться включать простой, топливо и дополнительные рейсы в цену;
2. сужение ассортимента — первыми страдают низкомаржинальные и тяжёлые товары с дорогой логистикой;
3. локальные провалы наличия — не по всей стране, а по отдельным городам и категориям, где поставки завязаны на автотранспорт и короткие сроки.

4. Wildberries: топливный кризис стал поводом для пересмотра комиссий

Отдельный важный кейс — Wildberries. С 7 июля маркетплейс изменил условия работы с продавцами и повысил комиссии по ряду моделей, объяснив это ростом логистических расходов, в том числе из-за удорожания топлива. По данным «Коммерсанта», повышение может составить от 5 до 20 процентных пунктов в зависимости от модели работы.

Сильнее всего, по оценкам сервисов и экспертов, должны были пострадать продавцы, использующие маркетплейс как витрину и доставляющие заказы курьерами или через самовывоз: для них рост мог достигать 20 п.п. Для продавцов, работающих со склада Wildberries, повышение оценивалось примерно в 5 п.п., а для модели продаж со своего склада — около 6 п.п.

РВБ в комментарии Forbes говорила, что изменения дифференцированные: по части категорий комиссии могут не измениться или даже снизиться. Но для селлеров общий контекст всё равно тяжёлый: комиссии маркетплейсов уже находятся на уровне 25–40% от выручки, а с учётом логистики, хранения, рекламы и возвратов нагрузка может достигать 50–70%. АПЭТ оценивала, что за последние три года логистика для крупнейших онлайн-платформ подорожала на 33–89%, а комиссии выросли на 58–63%.

Это один из самых важных сигналов для e-commerce. Топливный кризис стал не просто внешним макрофактором, а аргументом для изменения платформенной экономики. Маркетплейс переносит часть логистической инфляции на продавцов. Продавцы, в свою очередь, будут переносить её на цену, сокращать ассортимент, уходить в более маржинальные категории или искать другие каналы продаж.

В итоге возможна цепочка: топливо дорожает → логистика платформ дорожает → комиссии растут → селлеры поднимают цены → покупатель видит рост цен не только в офлайне, но и на маркетплейсе.

5. Ozon и «Яндекс Маркет»: риск широкой тарифной волны

По отдельным сообщениям РИА Новости в пересказе финансовых и региональных изданий, в июле комиссии пересматривали не только Wildberries, но также Ozon и «Яндекс Маркет»: у «Яндекс Маркета» в отдельных категориях рост назывался в диапазоне 2–10% с 1 июля, у Ozon менялась логика тарифов и категорий. Эти изменения не везде напрямую объяснялись только топливным кризисом, поэтому их корректнее трактовать как часть более широкой волны удорожания логистики и платформенных услуг, а не как полностью идентичный кейс Wildberries.

Для рынка это важно потому, что селлеры одновременно сталкиваются с несколькими давлениями: рост стоимости перевозок, рост платформенных комиссий, подорожание хранения, более дорогая реклама, возвраты и снижение покупательской чувствительности к цене. Топливный кризис здесь работает как ускоритель уже накопленного конфликта между платформами и продавцами.

6. Грузоперевозки: тарифы идут вверх, юг становится проблемным направлением

На автомобильных грузоперевозках кризис проявился почти сразу. По данным биржи ATI, которые цитировали медиа, стоимость перевозок по 100 популярным направлениям в России в конце июня — начале июля достигла исторического максимума: индекс 30 июня впервые поднялся до 2057 пунктов, а 1 июля оставался около 2046 пунктов.

Это важно не только для дальнобоя. Вся потребительская экономика России завязана на автологистику: продукты, маркетплейсы, стройматериалы, аптеки, HoReCa, туристический бизнес, запчасти, бытовая химия. Если перевозчик закладывает в тариф простой на АЗС, риск отсутствия дизеля и более дорогой маршрут, эта наценка рано или поздно попадает в цену товара.

Южные направления становятся особенно проблемными: там одновременно курортный сезон, поток туристов, повышенный спрос на топливо, логистика продуктов и снабжение отелей/кафе. Для Анапы это особенно болезненно: город зависит от туристов, такси, междугородних поездок, автобусов, доставки продуктов, работы гостиниц и общепита. Местные власти уже рекомендовали жителям и предприятиям по возможности отказаться от несрочных поездок и пересесть на общественный транспорт.

7. Общественный транспорт: сокращения рейсов и рост стоимости проезда

Топливный кризис задел и общественный транспорт. По сообщениям СМИ, в 11–12 регионах начали сокращать автобусные рейсы, отменять часть маршрутов или повышать стоимость проезда. В отдельных случаях сокращались пригородные рейсы, бесплатные автобусы, маршруты в малонаселённые пункты, а в Севастополе отменяли часть автобусов для экономии топлива.

Это сильный социальный индикатор. Пока кризис ограничивается личными автомобилями, его можно описывать как проблему автовладельцев. Когда начинают сокращаться автобусы, проблема становится уже социальной: страдают люди без машин, пенсионеры, работники на сменных графиках, жители пригородов и малых населённых пунктов.

При этом возникает парадокс: власти в Анапе и других городах рекомендуют людям пересаживаться на общественный транспорт, но сам общественный транспорт тоже зависит от топлива. Если у перевозчиков нет гарантированного доступа к дизелю или бензину, рекомендация «пересядьте на автобус» работает только до тех пор, пока автобус вообще выходит на линию.

8. Такси и курьерская доставка: меньше водителей, выше риск роста тарифов

Такси оказалось ещё одной чувствительной отраслью. «Яндекс Такси» просил региональные власти увеличить лимиты топлива для таксистов. Сервис публично заявлял, что не видит системного роста цен или массового оттока водителей, но признавал: в регионах с лимитами водители проводят на заправках значительно больше времени, чем обычно.

Для такси проблема не только в цене топлива, а во времени. Если водитель стоит на АЗС несколько часов, он теряет рабочий день. Поэтому часть водителей начинает реже выходить на линию, отказываться от дальних маршрутов или работать только там, где проще заправиться. Это бьёт по доступности такси в туристических городах, пригородах, аэропортах, на вокзалах и в регионах с плохим общественным транспортом.

По данным T-Pay, средняя стоимость поездки на такси с 25 мая по 21 июня выросла на 8% год к году, до 462 рублей. Этот рост нельзя целиком списывать на топливный кризис, но он ложится на уже растущие расходы водителей и агрегаторов.

9. Аграрии: уборочная кампания становится зоной риска

Для сельского хозяйства критичен не столько бензин, сколько дизель. Топливный кризис совпал с сезоном полевых и уборочных работ. Даже небольшие перебои с дизелем могут приводить к простоям техники, срыву графиков уборки, потере части урожая и росту себестоимости продукции.

Forbes ещё в июне писал, что сельхозпроизводители предупреждали: дорогой и дефицитный дизель ставит уборочную кампанию под угрозу. Особенно уязвимы хозяйства, у которых нет больших собственных резервуаров и запасов топлива на весь сезон. В ряде хозяйств запасы рассчитаны на две-четыре недели, после чего они зависят от текущих поставок.

На региональном уровне фермеры уже говорили о риске потери части урожая и простое техники. Один из фермеров в интервью 72.ru оценивал риск потерь урожая до 30%, если проблема с топливом затянется. Эту оценку нужно воспринимать как мнение конкретного участника рынка, а не как общероссийский прогноз, но она показывает уровень тревоги в агросекторе.

Если дизельный дефицит сохранится, последствия будут не мгновенными, но сильными: дороже уборка, дороже логистика зерна, молока, овощей и кормов, выше давление на цены продуктов осенью.

10. Качество топлива и поломки автомобилей: отдельный признак кризиса

Снижение экологических стандартов до уровня Евро-3 стало отдельным фактором потребительского риска. Правительство 2 июля разрешило до конца 2026 года оборот топлива со скорректированными требованиями: бензин с содержанием серы до 150 мг/кг и дизель с содержанием серы до 350 мг/кг, тогда как стандарт Евро-5 предполагает до 10 мг/кг серы.

После этого в публичной повестке появились сообщения о росте обращений в автосервисы из-за некачественного топлива. Forbes со ссылкой на «Коммерсантъ» писал о жалобах на падение мощности, нестабильную работу двигателя, проблемы со свечами и форсунками.

Это меняет восприятие кризиса. Автовладелец теперь опасается не только того, что бензина может не быть, но и того, что доступное топливо может оказаться хуже по качеству. В психологическом плане это усиливает ажиотаж: люди стремятся заправляться на «проверенных» АЗС крупных сетей, избегают неизвестных заправок, а очереди у крупных брендов становятся ещё длиннее.

11. Туризм и юг России: топливо как фактор отмены поездок

Кризис пришёлся на летний сезон. В Крыму и на юге России это особенно чувствительно: значительная часть туристов едет на машине, а отдых зависит от мобильности — поездки между городами, пляжами, отелями, кафе, экскурсиями.

АТОР сообщал, что новые бронирования в Крым упали примерно на треть из-за проблем с бензином, при этом железнодорожный спрос стал альтернативным каналом для туристов.

Для Краснодарского края возникает двойная нагрузка. С одной стороны, туда переориентируются туристы, которые боятся ехать в Крым на машине. С другой — сама Кубань тоже испытывает топливные ограничения, очереди и повышенный спрос. Поэтому туристическая логистика становится ещё одним источником давления на местные АЗС, такси, автобусы, доставку продуктов и снабжение курортной инфраструктуры.

12. Главный вывод по последствиям

Кризис 1–7 июля — это уже не только «нет бензина на заправке». Это каскадный удар по нескольким контурам экономики:

1. НПЗ и нефтебазы — физическое сокращение предложения и перестройка маршрутов.
2. АЗС — лимиты, очереди, запрет канистр, конфликты, силовое патрулирование.
3. Логистика — простои фур, рост тарифов, срыв окон поставки.
4. Продовольствие — молочка, рыба, картофель, скоропортящиеся товары, риск штрафов.
5. Ритейл — обсуждение моратория на штрафы и риск локальных провалов наличия.
6. Маркетплейсы — рост комиссий и перенос логистической инфляции на селлеров.
7. Потребительские цены — рост стоимости доставки, товаров на маркетплейсах, продуктов и услуг.
8. Аграрии — риск сбоев уборочной кампании и роста себестоимости урожая.
9. Транспорт — сокращение автобусных рейсов, давление на такси и курьерскую доставку.
10. Автовладельцы — не только дефицит топлива, но и риск некачественного бензина.

В этом смысле топливный кризис становится не отраслевой проблемой нефтянки, а полноценным макроэкономическим шоком для внутреннего рынка.

Источники

1. Reuters — Ukrainian drones hit Russia’s largest refinery, in one of deepest strikes yet
   https://www.reuters.com/business/energy/ukrainian-drones-hit-russias-largest-refinery-one-deepest-strikes-yet-2026-07-06/
2. Reuters — Ukraine’s military strikes Russian oil refineries, oil terminal Vysotsk
   https://www.reuters.com/business/energy/ukraines-military-strikes-russian-oil-refineries-oil-terminal-vysotsk-2026-07-06/
3. Reuters — Russian drivers’ patience is tested as fuel shortages drag on
   https://www.reuters.com/business/energy/russian-drivers-patience-is-tested-fuel-shortages-drag-2026-07-06/
4. Reuters — Cossacks, volunteers help keep order at petrol stations in Russian Black Sea resort
   https://www.reuters.com/business/energy/cossacks-volunteers-help-keep-order-petrol-stations-russian-black-sea-resort-2026-07-03/
5. Reuters — Russia buys gasoline from India to tackle shortages, sources say
   https://www.reuters.com/business/energy/russia-buys-gasoline-india-tackle-shortages-sources-say-2026-07-01/
6. Interfax — Правительство РФ разрешило оборот бензина евро-3 до конца 2026 года
   https://www.interfax.ru/russia/1100842
7. Interfax — Дума приняла закон о корректировке НК для стимулирования внутреннего рынка бензина
   https://www.interfax.ru/russia/1097982
8. Коммерсантъ — Труба пониже, класс пожиже
   https://www.kommersant.ru/doc/8737731
9. CNews — Топливо не бесплатное — давайте деньги. Wildberries повысил комиссии для продавцов из-за роста цен на топливо
   https://www.cnews.ru/news/top/2026-07-02_toplivo_ne_besplatnoe_
10. Forbes Russia — «Попробуй довези»: производители молочной продукции жалуются на нехватку топлива
    https://www.forbes.ru/prodovolstvennaya-bezopasnost/564030-poprobuj-dovezi-proizvoditeli-molocnoj-produkcii-zaluutsa-na-nehvatku-topliva
11. Forbes Russia — В РВБ прокомментировали повышение тарифов на Wildberries
    https://www.forbes.ru/biznes/564143-v-rvb-prokommentirovali-povysenie-tarifov-na-wildberries
12. TASS — «Известия»: поставщикам продуктов могут временно отменить штрафы за срыв доставки из-за топлива
    https://tass.ru/ekonomika/27880729
13. Фонтанка.ру — А продукты будут? Что происходит с поставками товаров в магазины на фоне проблем с топливом
    https://www.fontanka.ru/2026/07/01/76507749/
14. Фонтанка.ру — В Анапе власти, полиция, казаки и добровольцы дежурят на АЗС из-за топливного кризиса
    https://www.fontanka.ru/2026/07/03/76513072/
15. Fishnews — В моратории на штрафы видят способ поддержать поставщиков
    https://fishnews.ru/news/55729
16. Retail.ru — Поставщикам продуктов могут отменить штрафы за срывы доставки из-за нехватки топлива
    https://www.retail.ru/news/postavshchikam-produktov-mogut-otmenit-shtrafy-za-sryvy-dostavki-iz-za-nekhvatki-3-iyulya-2026-279521/
17. Sravni.ru — Где ввели ограничения на бензин в июне 2026 года: регионы и лимиты
    https://www.sravni.ru/novost/2026/7/6/gde-vveli-ogranicheniya-na-benzin-v-iyune-2026-goda-regiony-i-limity/
18. BFM.ru — В Иркутской области предложили патрулировать очереди на АЗС полицией и Росгвардией
    https://www.bfm.ru/news/610706
19. КП Иркутск — В Иркутской области запретили продажу бензина в канистры из-за топливного кризиса
    https://www.irk.kp.ru/daily/277794/5270451/
20. АиФ Нижний Новгород — Нижегородцам начнут продавать по 40 литров бензина в одни руки
    https://nn.aif.ru/society/nizhegorodcam-nachnut-prodavat-po-40-litrov-benzina-v-odni-ruki
21. АиФ Нижний Новгород — Итоги первого месяца топливного кризиса подвели в Нижнем Новгороде
    https://nn.aif.ru/auto/itogi-pervogo-mesyaca-toplivnogo-krizisa-podveli-v-nizhnem-novgorode
22. АТОР — Туристы едут в Крым на поездах, бензин остаётся проблемой
    https://www.atorus.ru/article/turisty-edut-v-krym-na-poezdakh-benzin-ostaetsya-problemoy-68688
23. Finance Mail.ru — Маркетплейсы повысили комиссии для продавцов
    https://finance.mail.ru/article/marketplejsy-povysili-komissii-dlya-prodavcov-69215999/
24. VC.ru — Wildberries повысит тарифы для продавцов
    https://vc.ru/money/3007057-wildberries-povysit-tarify-dlya-prodavtsov
25. Выберу.ру — Таксисты реже выходят на линию из-за топливного кризиса
    https://www.vbr.ru/novosti/avto/2026/07/01/taksisti-reje-vihodyat-na-liniu/
26. 72.ru — Фермеры предупредили о рисках для урожая из-за дефицита топлива
    https://72.ru/text/economics/2026/07/07/76519019/
27. Anadolu Agency — География ограничений на продажу топлива в России продолжает расширяться
    https://www.aa.com.tr/ru/экономика/география-ограничений-на-продажу-топлива-в-россии-продолжает-расширяться/3983182

Сообщение Хроника топливного кризиса в России: 1–7 июля 2026 года появились сначала на ECOMHUB - о E-Commerce, омниканальном ритейле, логистике, технологиях, соцсетях.

Для СМИ это меняет задачу продвижения. Теперь важно не только индексироваться в поисковиках, но и становиться источником, который AI-системы выбирают для ответа, цитируют и показывают пользователю.

При этом отдельной «магической AI-индексации» не существует. Большинство AI-поисковых сценариев опираются на обычную индексацию, доступность сайта для краулеров, качество контента, авторитет источника и удобство извлечения фактов.

1. Обеспечить техническую доступность сайта

Первое условие — сайт должен нормально индексироваться классическими поисковиками и не быть закрыт для AI-краулеров.

Для Google AI Overviews и AI Mode действуют базовые SEO-требования: страница должна быть проиндексирована, доступна для сканирования и иметь право показываться в поиске со сниппетом. Поэтому для СМИ критично следить за robots.txt, sitemap.xml, RSS, canonical, скоростью загрузки, дублями страниц и корректной работой мобильной версии.

Отдельно стоит проверить доступность сайта для AI-ботов. Например, OpenAI использует OAI-SearchBot для показа сайтов в поисковых функциях ChatGPT. Его можно разрешить отдельно от GPTBot, который связан с использованием данных для обучения моделей. Perplexity также указывает, что PerplexityBot нужен для того, чтобы сайты могли появляться и ссылаться в поисковых результатах Perplexity.

2. Писать материалы, которые удобно цитировать

AI-системам легче использовать материалы, где факты разложены ясно: что произошло, почему это важно, какие есть цифры, кто участники, какой контекст и какие последствия.

Для СМИ хорошо работает структура:

— что произошло;
— почему это важно;
— ключевые цифры;
— кого это затрагивает;
— что было раньше;
— что может измениться дальше;
— ссылки на документы, заявления и первоисточники.

Чем больше в материале проверяемой фактуры, конкретных данных, понятных формулировок и ссылок на первоисточники, тем выше шанс, что AI-система сможет использовать его как основание для ответа.

3. Становиться авторитетным источником в конкретной теме

AI-видимость строится не только на отдельных новостях. Если СМИ хочет чаще появляться в ответах искусственного интеллекта, ему нужно занять понятную тематическую нишу.

Например, издание может системно закрывать темы маркетплейсов, e-commerce, логистики, финтеха, ритейла, регулирования платформ или AI в бизнесе. Важно не просто публиковать новости, а создавать устойчивую экспертизу: регулярные обзоры, исследования, рейтинги, глоссарии, объясняющие материалы и обновляемые справочные страницы.

AI-системы чаще выбирают источники, которые выглядят релевантными, полными и заслуживающими доверия по конкретному вопросу.

4. Делать не только новости, но и обновляемые справочные материалы

Новость быстро устаревает. Но AI-ассистенты часто отвечают на вопросы не в формате «что случилось сегодня», а в формате «как это работает», «что изменилось», «кто лидеры рынка», «какие правила действуют сейчас».

Поэтому СМИ нужны evergreen-страницы, которые регулярно обновляются:

— «Маркетплейсы России: обзор рынка»;
— «Как работают комиссии Wildberries и Ozon»;
— «FBS и FBO: различия для продавцов»;
— «Главные изменения для селлеров в 2026 году»;
— «Глоссарий e-commerce и маркетплейсов»;
— «Крупнейшие игроки рынка и их ключевые показатели».

Такие страницы должны иметь дату публикации, дату обновления, внутренние ссылки на свежие новости и понятные источники данных.

5. Усилить доверие к редакции и авторам

Для AI-систем важны сигналы доверия. СМИ должно показывать, кто пишет материалы, на чём основаны выводы и как редакция работает с ошибками.

Что стоит добавить или усилить на сайте:

— страницы авторов;
— описание редакции;
— контакты;
— редакционную политику;
— политику исправлений;
— ссылки на первоисточники;
— экспертные комментарии;
— прозрачное разделение новостей, аналитики, рекламы и партнёрских материалов.

Массовый AI-рерайт чужих новостей без добавленной ценности, наоборот, снижает шансы стать заметным источником. AI-поиск всё больше ориентируется на уникальный, полезный и экспертный контент, а не на пересказ уже опубликованного.

6. Добиваться внешних упоминаний и ссылок

AI-системы учитывают не только содержание страницы, но и то, насколько источник заметен в информационном поле. Поэтому СМИ важно, чтобы на него ссылались другие издания, отраслевые ассоциации, компании, эксперты и исследовательские площадки.

Для этого работают:

— собственные исследования;
— рейтинги и индексы;
— регулярные обзоры рынка;
— отраслевые опросы;
— инфографика;
— комментарии экспертов;
— партнёрские материалы с обязательной ссылкой на первоисточник;
— распространение исследований через PR и Telegram-каналы.

Лучше всего цитируются материалы, которые дают рынку новые данные, а не просто пересказывают пресс-релиз.

7. Отслеживать AI-видимость отдельно от SEO

Обычного SEO-трафика уже недостаточно. СМИ стоит отдельно отслеживать, появляется ли оно в ответах AI-сервисов.

Минимальный мониторинг может выглядеть так:

— собрать 50–100 ключевых вопросов по своей теме;
— раз в неделю проверять ответы ChatGPT Search, Perplexity, Gemini, Google AI Overviews и Яндекс AI-поиска;
— фиксировать, какие источники цитируются;
— смотреть, упоминается ли СМИ, авторы, исследования и бренд;
— сравнивать себя с конкурентами;
— обновлять материалы, которые близки к попаданию в AI-ответы, но пока не цитируются.

Важно понимать, что AI-ответы нестабильны: один и тот же вопрос может давать разные источники в разное время. Поэтому нужна регулярная проверка, а не разовый замер.

8. Что делать редакции на практике

Для СМИ практический план может быть таким:

1. Провести технический аудит индексации сайта.
2. Проверить robots.txt, sitemap.xml, RSS, canonical и доступность для AI-краулеров.
3. Выбрать 5–7 тем, где издание хочет быть главным источником.
4. Собрать карту вопросов, которые пользователи задают AI-ассистентам.
5. Создать обновляемые справочные страницы по ключевым темам.
6. Перестроить новости в формат «факт — контекст — значение — источники».
7. Запустить собственные исследования, рейтинги и регулярные обзоры.
8. Усилить страницы авторов, редакции, контактов и политики исправлений.
9. Добиваться внешних ссылок и цитирований.
10. Раз в неделю измерять AI-видимость по ключевым запросам.

Главный вывод: чтобы СМИ чаще упоминалось искусственным интеллектом, ему нужно быть не просто сайтом с новостями, а понятным, доступным, авторитетным и регулярно обновляемым источником по своей теме. AI чаще выбирает те материалы, где есть структура, факты, свежесть, доверие и внешнее подтверждение авторитетности.

Источники

1. Google Search Central — Google’s Guide to Optimizing for Generative AI Features on Google Search — https://developers.google.com/search/docs/fundamentals/ai-optimization-guide
2. Google Search Central — AI features and your website — https://developers.google.com/search/docs/appearance/ai-features
3. OpenAI Developers — Overview of OpenAI Crawlers — https://developers.openai.com/api/docs/bots
4. Perplexity — Perplexity Crawlers — https://docs.perplexity.ai/docs/resources/perplexity-crawlers
5. arXiv — What Gets Cited: Competitive GEO in AI Answer Engines — https://arxiv.org/abs/2605.25517
6. arXiv — GEO: Generative Engine Optimization — https://arxiv.org/abs/2311.09735

Автор: Семко Сергей

2026-07-06 13:23:46

Сообщение Как СМИ чаще попадать в ответы искусственного интеллекта появились сначала на ECOMHUB - о E-Commerce, омниканальном ритейле, логистике, технологиях, соцсетях.