Действенность предлагаемой национализации

Различные российские ведомства и разного рода хунвейбины развили бурную деятельность в продвижении слова «национализация» как ответ на массовый уход российских брендов. Попытаемся рассмотреть задачи и последствия этого действия.

Исходник новости в «Известиях»

Правительство и Генпрокуратура России получат список из 59 компаний — потенциальных претендентов на национализацию из-за прекращения работы в России, рассказал в беседе с «Известиями» глава организации «Общественная потребительская инициатива» (ОПИ) Олег Павлов в четверг, 10 марта.

«К работе над этим списком будут также подключены правоохранительные органы, Минпромторг и Роспотребнадзор, каждый в части своей компетенции. Безусловно, список является открытым. Как только появляются компании, которые заявляют об уходе без предоставления гарантий российским потребителям, они туда вносятся. Соответственно, в их отношении будут применяться административные, уголовные и судебные процедуры», — пояснил он.

Павлов отметил, что власти имеют единую позицию о том, как иностранный бизнес должен уходить с рынка. Он не может просто так закрыть предприятия в России и исчезнуть. Ранее о подобных сценариях развития отношений с иностранными партнерами говорил вице-премьер Андрей Белоусов, о возможной национализации заявлял и секретарь «Единой России» Андрей Турчак.

«Попадание в антисанкционный черный список означает для компании-нарушителя и ее руководства реализацию следующих рисков: арест счетов и активов, введение внешнего управления, национализацию имущества. Также руководство этих предприятий может быть привлечено к уголовной ответственности за преднамеренное банкротство и мошенничество в особо крупном размере», — пояснил Павлов.

В ответ на намерение российских властей национализировать имущество ушедших с рынка иностранных компаний, в Белом доме 9 марта заявили, что США примут соответствующие меры в случае конфискации Москвой активов западных компаний, останавливающих работу в РФ. Представитель администрации США Джен Псаки при этом подчеркнула, что пока ничего, требующего особых мер реагирования, не происходило.

Минэкономразвития России в среду, 9 марта, предложило вводить внешнее управление в компаниях, покинувших российский рынок и принадлежащих иностранным лицам как минимум на 25%. Как указали в Минэкономразвития, российское правительство планирует сохранить рабочие места в иностранных предприятиях, которые объявили о прекращении деятельности в стране.

Собственнику дается возможность до назначения внешней администрации в течение пяти рабочих дней заявить в суд намерения возобновить деятельность, либо передать свою долю в доверительное управление, либо продать ее. Если данные меры не будут учтены, в организации введут внешнюю администрацию.

Также в этот день партия «Единая Россия» сообщила, что второй пакет мер поддержки российской экономики в условиях санкций был одобрен правительственной комиссией по законопроектной деятельности. Документ предусматривает первый шаг к национализации имущества иностранных организаций, покидающих российский рынок. Уточняется, что новые меры нацелены на сохранение рабочих мест и предотвращение банкротств.

Попытка анализа

1. Пока проскрипционные списки составляет и пиарится на них организация, для которой, громкий и визгливый пиар — основной способ заявить и себе и прислониться к вертикали. Несколько опоздавшая к созданию всяческих потребительских контролей организация ранее пиарилась на «защите потребителей» — говоря о невозможности онлайн оплаты в интернет-магазинах, о поиске «вредных» БАДов, а потом и вовсе способствовал решению о запрете продажи БАДов на ряде онлайн-площадок. Но теперь плывут лоббистские куски пожирнее — недвижимость, производство, запасы. Можно работать в разных комиссиях по регулированию, по включению или невключению. В общем, перспективы — ухх
2. Правительство пока мягче в формулировках, резонно опасаясь не только ответных действий. Многих из них неплохо учили экономике.
3. Конечно муссирование истории «национализации» — это попытка напугать, попытка заставить сохранять лояльность, попытка сохранить производство и рабочие места или сохранить хотя бы видимость сохранения производства. Пугают на нескольких уровнях — напуская «активистов» и сохраняя кажущийся собственный либерализм — по схеме с добрым и злым полицейским. Главная задача действа — именно напугать, заставить остаться.
4. Конечно, в стране есть и интересанты национализации — силовики (комовая база съёживается — жить хочется по-прежнему), авантюристы из некоторых общественных организаций, да и некоторые отечественные бизнесмены. Поживиться хочется, многими подобные обстоятельства воспринимаются, как «окно возможностей» — пересмотрите начало «Списка Шиндлера».
5. Профиты. Для очень небольшой части нашего общества национализация станет источником обогащения — земля, корпуса, оборудование, запасы (в том числе товарные), материалы. Часть из этого мы увидим и на «белом» и на «чёрном» рынке. Но запасы без воспроизводства имеют свойство заканчиваться. А вот, что дальше?
6. Дальше начинается история экономики, которую давно надо было выучить в нашей стране, но которую сейчас всё труднее передать наверх. Государство до крайности скверно управляет производством, особенно производством потребительских товаров. Тотальная неэффективность и воровство любое налаженное производство быстро уничтожают. Вариант с передачей «близким» бизнесменам, как «компенсация за санкции» может быть и лучше для сохранения производства и рабочих мест, но вот согласятся ли российские крупные бизнесмены на такой «подарок»? Маловероятно, ведь горизонт планирования у них дальше, и им не только нужно не стать соучастниками, но потом и бизнес нужно восстанавливать.
7. Фактор, который порядочно уменьшает шансы на сохранение «национализированного» производства — разрыв логистических цепочек. Довольно быстро наши власти увидят, что реляции о небывалом импортозамещении, мягко говоря, неправда. Сейчас любая страна — звено в разделении труда, а мы звено вырванное. И надежда на Китай после сегодняшнего отказа поставлять запчасти к самолётам — пшик.
8. Репутационное. Страна, которая по закону не обеспечивает право собственности — это страна изгой на многие десятилетия. Изгой для инвестиций и технологий. Поправку «Джексона-Вэника», которая действовала с 1974 по 1912 год мы будем вспоминать с тёплой ностальгической улыбкой на лицах.