Правительство ограничило проверки пострадавшего от атак бизнеса, следующим шагом может стать налоговый учет защиты от БПЛА

28.09.2026 Ecomhub

С 28 сентября в России действует специальный режим для коммерческих объектов, поврежденных в результате атак беспилотников и другого огневого воздействия.

До 1 октября 2027 года на таких объектах не будут проводить плановые и значительную часть внеплановых проверок. Мера распространяется на объекты, пострадавшие начиная с 1 января 2026 года.
⠀
👉 Это не полная отмена государственного контроля

Речь идет прежде всего о неналоговом контроле и именно о пострадавшем объекте, а не об автоматической отмене всех проверок компании.

Внеплановые мероприятия сохраняются, например, по требованию прокуратуры, поручению президента или правительства, при угрозе жизни и здоровью людей, безопасности государства или возникновении ЧС.

Отдельные виды контроля — в том числе транспортная безопасность и надзор за рядом опасных объектов — из режима также исключены.
⠀
👉 Но более важное изменение может последовать осенью

Минфин готовит поправки, которые должны урегулировать налоговый учет двух групп расходов:

защиту предприятий от БПЛА;
восстановление объектов после атак.

Замминистра финансов Алексей Сазанов заявил, что изменения в налоговое законодательство потребуются и ведомство рассчитывает внести их осенью 2026 года. Механизм предполагается для разных отраслей экономики.
⠀
Сейчас специальной нормы именно для антидроновых расходов в Налоговом кодексе нет.

Компании могут учитывать часть таких затрат по общим правилам, если докажут их экономическую обоснованность и документально подтвердят связь с бизнесом. Но с дорогостоящими системами обнаружения БПЛА, защитными конструкциями или оборудованием, передаваемым силовым структурам, возникает значительно больше вопросов.
⠀
👉 Бизнес предлагает признавать такие расходы при расчете налога на прибыль

РСПП предложил, в частности, относить затраты на защиту от БПЛА и ракетных атак к внереализационным расходам.

Обсуждался вариант учета хотя бы 50% затрат, но это пока предложение бизнеса, а не принятое решение.
⠀
Экономический эффект может быть существенным.

При основной ставке налога на прибыль 25%, если компания потратила на защиту 100 млн рублей и вся сумма будет признана расходом, потенциальное уменьшение налога может составить до 25 млн рублей.

Если разрешат учитывать только половину расходов — до 12,5 млн рублей.

Это расчет EcomHub для иллюстрации механики. Фактический эффект будет зависеть от окончательных правил и налогового положения конкретной компании.
⠀
👉 Это не компенсация государством стоимости защиты

Компания по-прежнему сама покупает оборудование, строит защитные конструкции и финансирует восстановление.

Речь идет о возможности уменьшить налогооблагаемую прибыль на признанные расходы, а не о том, что государство напрямую вернет бизнесу 25% стоимости антидроновой системы.
⠀
👉 Главное

За последние месяцы начинает складываться уже целая система поддержки.

Сначала для части пострадавших предпринимателей появились налоговые отсрочки и приостановка проверок. Теперь на год ограничен неналоговый контроль для пострадавших коммерческих объектов вообще. Следующий возможный этап — специальный налоговый режим для расходов на защиту и восстановление.

Это важное изменение самой логики.

Государство постепенно переходит от помощи только после атаки к экономическому стимулированию защиты до возможного ущерба.

Если поправки Минфина будут приняты, антидроновая безопасность фактически станет официально признанной частью нормальных хозяйственных расходов бизнеса. Окончательный перечень расходов и правила их учета пока не утверждены.

Подробнее

Правительство на год ограничило проверки пострадавшего от атак бизнеса: следующим шагом могут стать налоговые льготы на защиту от БПЛА

Правительство России с 28 сентября ввело специальный режим для коммерческих объектов, пострадавших от атак беспилотников и других средств огневого воздействия. До 1 октября 2027 года в отношении таких объектов не будут проводить плановые и значительную часть внеплановых контрольно-надзорных мероприятий. Мера распространяется на объекты, получившие повреждения начиная с 1 января 2026 года.

Таким образом, обсуждавшаяся в начале сентября инициатива уже превратилась в принятое решение. При этом государство параллельно готовит еще один, потенциально более значимый для экономики бизнеса механизм: Минфин намерен изменить налоговое законодательство так, чтобы компании могли более однозначно учитывать расходы на защиту объектов от БПЛА и их восстановление после атак при расчете налога на прибыль. Соответствующие поправки Минфин рассчитывает внести уже осенью 2026 года.

В результате постепенно формируется уже не отдельный набор экстренных льгот после конкретных атак, а более широкая система распределения новых рисков между бизнесом и государством: пострадавшим уменьшают административную нагрузку, отдельным компаниям предоставляют налоговые отсрочки, а затраты на предотвращение ущерба могут получить специальный статус в налоговом учете.

Что именно отменили с 28 сентября

Новый мораторий касается прежде всего неналогового государственного контроля.

Правительство освобождает пострадавшие объекты от плановых проверок и ограничивает проведение ряда внеплановых мероприятий. Ранее вице-премьер Дмитрий Григоренко отдельно уточнял, что готовившийся механизм касается именно неналогового контроля.

Это важное уточнение: речь не идет о том, что пострадавшая компания вообще перестает взаимодействовать с государственными контролирующими органами или автоматически освобождается от налогового контроля.

Кроме того, льгота привязана именно к пострадавшему объекту, а не просто к факту наличия у юридического лица какого-либо поврежденного имущества. Поэтому формулировка «на год отменили проверки всего бизнеса» слишком широкая.

Правильнее: на год существенно ограничили проверки коммерческих объектов, которые пострадали от атак начиная с начала 2026 года.

Мораторий действует до 1 октября 2027 года

Решение вступило в силу 28 сентября 2026 года и будет действовать до 1 октября 2027 года.

Правительство объясняет его необходимостью снизить административную нагрузку на предприятия, которые одновременно должны ликвидировать последствия атак и восстанавливать работу.

Вице-премьер Дмитрий Григоренко сформулировал логику решения следующим образом: ресурсы пострадавших предприятий в этот период должны быть сосредоточены прежде всего на восстановлении объектов, а не на прохождении контрольных процедур.

Экономическая логика здесь достаточно понятна.

После повреждения склада, производственной площадки, магазина или другого объекта бизнес одновременно сталкивается с несколькими видами расходов:

восстановлением здания;
заменой оборудования;
потерей товарных запасов;
простоем;
переносом операций на другие площадки;
дополнительной логистикой;
страховыми процедурами;
мерами дополнительной безопасности.

Параллельное проведение обычных плановых проверок требует сотрудников, документов, времени руководства и иногда дополнительных расходов на устранение выявленных нарушений.

Государство фактически признает, что в период восстановления обычная контрольно-надзорная нагрузка может дополнительно тормозить возвращение предприятия к нормальной работе.

Это не полная отмена внеплановых проверок

Мораторий содержит существенные исключения.

Внеплановая проверка может проводиться, в частности:

по требованию прокуратуры;
по поручению президента;
по поручению правительства;
при наличии угрозы жизни и здоровью граждан;
при угрозе безопасности государства;
при возникновении чрезвычайной ситуации;
в отдельных случаях после сообщения предприятия об устранении ранее выявленного нарушения.

То есть режим построен не по принципу «пострадавший объект никто не может проверять», а по принципу максимального сокращения обычного административного контроля при сохранении проверок в ситуациях, связанных с высокими рисками.

Для ряда видов контроля исключение вообще не действует

Есть направления, которые из моратория выведены.

По опубликованной информации ограничения не распространяются, в частности, на отдельные виды контроля в сфере:

промышленной безопасности опасных производственных объектов II класса;
безопасности гидротехнических сооружений II класса;
транспортной безопасности;
образования;
энергетического надзора.

Это тоже существенная оговорка.

Повреждение объекта само по себе не позволяет отключить контроль там, где последствия нарушения требований могут создать дополнительные риски для людей или инфраструктуры.

От предложения генпрокурора до решения прошло меньше месяца

Предыстория нового механизма довольно короткая.

3 сентября генеральный прокурор Александр Гуцан на Восточном экономическом форуме предложил ввести в 2027 году мораторий на проверки малого и среднего бизнеса, пострадавшего от атак БПЛА.

Он также предлагал предоставлять пострадавшим предпринимателям отсрочки по обязательным платежам и налоговой отчетности, а также льготные периоды погашения банковских кредитов без ухудшения кредитной истории.

Уже 4 сентября Дмитрий Григоренко сообщил, что правительство прорабатывает отмену плановых и внеплановых неналоговых проверок и что нормативный акт находится в высокой степени готовности.

28 сентября механизм вступил в силу.

Причем итоговая мера оказалась шире первоначальной привязки к малому и среднему бизнесу: официальное сообщение говорит о коммерческих объектах, пострадавших от атак, а не только о субъектах МСП.

Первоначально механизм поддержки строился вокруг Wildberries

До этого федеральные меры вводились гораздо более точечно.

25 августа правительство приняло постановление №1074 о поддержке предпринимателей, понесших ущерб в результате атак на объекты группы RWB.

Для пострадавших продавцов Wildberries сроки уплаты ряда налогов и страховых взносов были перенесены на 12 месяцев. После окончания отсрочки большую часть платежей можно погашать еще в течение года равными частями. До 31 декабря 2026 года для получателей поддержки также были приостановлены выездные и повторные выездные налоговые проверки.

Основным критерием стало отношение ущерба к доходу: расчетный ущерб должен превышать 5% облагаемого дохода бизнеса за 2025 год. Для новых компаний и ИП, зарегистрированных с 1 декабря 2025 года, достаточно самого факта ущерба.

EcomHub ранее оценивал такую поддержку прежде всего как фактически бесплатный налоговый кредит, а не компенсацию уничтоженного имущества: налог не списывается, а переносится на более поздний период.

Новый мораторий от 28 сентября уже не ограничен конкретной инфраструктурой Wildberries.

Это важное изменение подхода.

Следующий вопрос — кто должен платить за защиту бизнеса

Но отмена проверок решает только последствия атаки.

Гораздо более сложный экономический вопрос возникает раньше: кто должен финансировать защиту коммерческих объектов от БПЛА.

Для склада, завода, нефтебазы, распределительного центра или другого крупного объекта такие расходы уже могут включать:

системы обнаружения беспилотников;
средства радиоэлектронной защиты;
физические защитные конструкции;
антидроновые сетки;
дополнительные системы наблюдения;
усиление охраны;
изменение противопожарной инфраструктуры;
резервирование технологических систем;
строительные мероприятия;
оборудование для восстановления работы после повреждений.

Для крупных объектов стоимость таких проектов может измеряться десятками и сотнями миллионов рублей.

По данным, которые EcomHub разбирал в августе, только объем публичных коммерческих закупок систем защиты от БПЛА в первом полугодии 2026 года достиг 441,3 млн рублей, увеличившись примерно в 6,6 раза год к году. При этом публичные тендеры отражают только часть рынка: многие закупки бизнеса закрыты.

Поэтому вопрос налогового статуса этих расходов становится уже не бухгалтерской технической деталью.

Минфин готовит отдельные изменения по расходам на защиту от БПЛА

21 сентября статс-секретарь — заместитель министра финансов Алексей Сазанов сообщил, что Минфин совместно с представителями различных отраслей готовит изменения в налоговое законодательство.

Они должны касаться двух типов затрат:

расходов на защиту объектов;
расходов на восстановление объектов после атак.

По словам Сазанова, соответствующие изменения необходимы и Минфин рассчитывает внести их осенью 2026 года. Механизм должен распространяться на широкий круг отраслей.

При этом речь идет не о прямой компенсации государством стоимости антидроновой защиты.

Это принципиальная разница.

Государство не обещает заплатить компании за защитную сетку, систему обнаружения БПЛА или восстановление склада.

Обсуждается возможность более определенно учитывать эти затраты при расчете налога на прибыль.

Что происходит с такими расходами сейчас

Специальной нормы Налогового кодекса именно для затрат на защиту от БПЛА сейчас нет.

Действует общий принцип: затраты могут уменьшать налогооблагаемую прибыль, если компания способна подтвердить их экономическую обоснованность, документально оформить и показать связь с деятельностью, направленной на получение дохода.

Фактически это означает, что часть расходов бизнес и сейчас может попытаться учесть.

Проблема заключается в неопределенности отдельных видов затрат.

Одно дело — охрана склада или обычная система безопасности, связь которой с хозяйственной деятельностью относительно легко объяснить.

Другое — дорогостоящая антидроновая система, специальное защитное сооружение либо оборудование, которое компания приобретает и затем передает силовым структурам.

Для таких расходов возникает больше вопросов о том:

являются ли они текущими затратами;
должны ли они учитываться через стоимость основного средства;
относятся ли они непосредственно к деятельности компании;
можно ли признавать их полностью;
в какой момент это делать;
как учитывать оборудование, которое используется не самой компанией.

Именно эти спорные зоны Минфин теперь хочет урегулировать отдельно.

РСПП предлагает относить расходы на защиту к внереализационным

24 сентября президент Российского союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин сообщил, что предложения бизнеса уже находятся на рассмотрении Минфина.

Один из вариантов — разрешить относить затраты на защиту от БПЛА и ракетных атак к внереализационным расходам при расчете налога на прибыль.

Причем РСПП обсуждает возможность учитывать хотя бы определенную долю затрат. Шохин в качестве примера называл 50% расходов, хотя окончательной нормы пока нет.

Это пока именно предложение бизнеса, а не решение Минфина.

Вопрос шире: бизнес хочет учитывать даже переданное силовым структурам оборудование

Еще одна часть предложения РСПП касается ситуации, когда предприятие закупает средства активной или пассивной защиты, но фактически передает их Минобороны или другим силовым структурам.

Сейчас такая передача может иметь совершенно другую налоговую природу и фактически рассматриваться как безвозмездная помощь.

РСПП предлагает признать, что предприятие делает это не как обычную благотворительность, а ради защиты собственного бизнеса, работников и производственной инфраструктуры.

Следовательно, такие затраты, по мнению объединения, тоже должны учитываться при налогообложении.

Это может оказаться одним из наиболее важных элементов будущих поправок.

Для многих крупных промышленных и логистических объектов полноценная защита физически невозможна исключительно внутри периметра предприятия. Она может требовать взаимодействия с регионом, Минобороны, Росгвардией, другими предприятиями промышленной зоны и общей системой противодействия БПЛА.

Если расходы признают, государство фактически разделит часть стоимости защиты с бизнесом

Экономика механизма достаточно проста.

Основная ставка налога на прибыль организаций в 2026 году составляет 25%.

Предположим, компания потратила на допустимые средства защиты 100 млн рублей.

Если вся эта сумма признается расходом и у компании достаточно налогооблагаемой прибыли, налоговая база уменьшается на 100 млн рублей.

При ставке 25% потенциальное снижение налога составляет до 25 млн рублей.

Это арифметический расчет EcomHub на основе общей ставки налога на прибыль. Реальный эффект зависит от налогового положения конкретной компании, способа учета оборудования, льгот, убытков и окончательного текста будущих поправок.

Если же будет принят обсуждавшийся РСПП вариант с учетом только 50% определенных затрат, то при тех же 100 млн рублей расходов налоговую базу можно было бы уменьшить на 50 млн рублей, а налоговый эффект при общей ставке 25% составил бы до 12,5 млн рублей.

Но 50% — пока только один из вариантов, публично названных РСПП.

Это не компенсация 25% стоимости оборудования

Здесь важно не допускать другого упрощения.

Если предприятие уменьшает налогооблагаемую прибыль на стоимость защиты, это не означает, что государство переводит ему четверть потраченных денег.

Компания сначала сама финансирует покупку и установку оборудования.

Налоговый эффект возникает только при расчете налога на прибыль и только если соблюдены условия признания соответствующего расхода.

То есть это механизм снижения налоговой нагрузки, а не бюджетная субсидия на антидроновую систему.

Именно это имел в виду Сазанов, когда отдельно уточнял, что обсуждаются не прямые компенсации, а учет расходов.

Почему правительство вообще движется в эту сторону

Здесь возникает новая экономическая реальность для российского бизнеса.

Раньше защита от воздушной атаки не являлась обычным фактором себестоимости склада, магазина или распределительного центра.

Теперь для части инфраструктуры этот риск становится постоянным.

При этом государство одновременно усиливает требования к защищенности некоторых объектов.

В августе президент подписал указ, допускающий применение специальных мер к владельцам объектов критической инфраструктуры, которые не выполняют требования безопасности или не принимают своевременных мер защиты. На правительственном уровне также идет разработка требований к антитеррористической защите.

Получается потенциально конфликтная конструкция.

Государство требует от бизнеса повышать безопасность, но сами системы защиты стоят дорого и не всегда однозначно признаются обычными хозяйственными расходами.

Налоговые поправки должны частично устранить это противоречие.

Единого стандарта защиты пока тоже нет

Еще одна проблема заключается в том, что нельзя просто составить раз и навсегда утвержденный список «правильных» антидроновых устройств.

Шохин сообщил, что требования к антитеррористической безопасности сейчас обсуждаются в правительственной подкомиссии под руководством первого вице-премьера Дениса Мантурова.

При этом единого окончательного стандарта пока нет.

Причина — быстрое изменение самих технологий атак и защиты.

То, что еще несколько месяцев назад могло считаться достаточной защитой, при изменении типов беспилотников и способов атаки может оказаться неэффективным.

Поэтому бизнес предлагает не только установить требования, но и создать механизм их постоянного пересмотра.

В систему постепенно добавляется и страхование

РСПП отдельно указывает еще на один элемент — страхование рисков.

После серии атак спрос российского бизнеса на страхование имущества и товарных запасов от БПЛА резко вырос.

EcomHub ранее фиксировал на основе данных страховщиков увеличение числа обращений в несколько раз: отдельные компании сообщали о росте запросов в 7 раз, другие — в 15–20 раз. Для товара на складах стоимость полноценного страхового покрытия оценивалась примерно в 0,45–0,95% страховой суммы в год.

Но масштабные атаки создают для страховщиков концентрацию риска: один инцидент на крупном логистическом или промышленном объекте способен привести сразу к большому количеству крупных выплат.

Поэтому РСПП предлагает рассматривать страховую систему вместе с налоговыми и государственными механизмами защиты.

Постепенно складывается новая система поддержки

Если собрать решения последних двух месяцев вместе, видна уже целая последовательность.

После атак на логистические объекты Wildberries государство сначала ввело адресную поддержку пострадавших продавцов:

налоговую отсрочку на 12 месяцев;
последующую рассрочку;
временную остановку налоговых проверок;
перенос сроков взыскания.

Теперь механизм расширяется на пострадавшие коммерческие объекты вообще:

до 1 октября 2027 года отменяются плановые неналоговые проверки;
существенно ограничиваются внеплановые проверки.

Следующий обсуждаемый этап:

специальный налоговый учет расходов на защиту от БПЛА;
учет расходов на восстановление;
возможное признание части расходов на закупку защитных средств для силовых структур;
развитие страховых механизмов.

То есть государственная политика постепенно смещается от помощи уже после уничтожения имущества к экономическому стимулированию предварительной защиты объектов.

Для e-commerce это особенно важная история

Для электронной торговли вопрос значительно шире самих маркетплейсов.

Современный крупный склад — это одновременно товарные запасы тысяч продавцов, рабочие места, сортировочная инфраструктура и узел, через который проходят заказы сразу нескольких регионов.

Атака на такой объект создает ущерб сразу на нескольких уровнях:

собственнику недвижимости;
оператору склада;
маркетплейсу;
продавцам;
логистическим компаниям;
сотрудникам;
покупателям.

Именно эта специфика проявилась после серии атак на объекты Wildberries.

EcomHub неоднократно отмечал, что логистические центры крупнейших маркетплейсов по фактическому экономическому значению уже становятся элементами критически важной инфраструктуры торговли, хотя исторически регулировались как обычные коммерческие склады.

Нынешние решения правительства фактически начинают учитывать эту новую реальность.

Главное изменение — государство начинает учитывать сам риск атаки в экономике бизнеса

Мораторий на проверки сам по себе не восстанавливает уничтоженный склад и не компенсирует сгоревший товар.

Его эффект гораздо более узкий: предприятие получает возможность направить управленческие и финансовые ресурсы на восстановление, временно не отвлекая их на значительную часть обычных контрольных процедур.

Но параллельная дискуссия вокруг налогового учета защитных расходов имеет более долгосрочное значение.

Если соответствующие поправки будут приняты, расходы на антидроновую безопасность фактически получат признание как новая нормальная статья хозяйственных затрат.

Это будет означать важный переход.

Сейчас государство в основном помогает бизнесу после атаки — дает отсрочку, снимает часть проверок, упрощает восстановление.

Следующая модель предполагает экономическую поддержку до атаки — через возможность уменьшить налоговую базу на обоснованные расходы по защите объекта.

Причем Минфин уже не просто «изучает идею». Алексей Сазанов прямо заявил, что изменения в налоговое законодательство потребуются, и ведомство рассчитывает внести их осенью.

Окончательного текста поправок пока нет. Поэтому неизвестно, какие именно средства защиты попадут под специальный режим, будет ли разрешено списывать 100% расходов, как будет учитываться капитальное оборудование и распространят ли новые правила на расходы, понесенные бизнесом с начала 2026 года.

Но направление решения уже обозначено значительно конкретнее, чем несколько месяцев назад.

Источники

Правительство России — сообщение о моратории на проверки пострадавших коммерческих объектов, 28 сентября 2026 года.
https://government.ru/news/60000/
Эксперт — условия моратория, сроки действия, исключения и перечень сохраняющихся видов контроля.
https://expert.ru/news/pravitelstvo-na-god-otmenilo-proverki-postradavshego-ot-atak-bpla-biznesa
РБК — подготовка механизма отмены неналоговых проверок, комментарий Дмитрия Григоренко.
https://www.rbc.ru/business/04/09/2026/6a9a96c09a7947794fffa067
Интерфакс — предложение генпрокурора Александра Гуцана о моратории на проверки пострадавшего бизнеса.
https://www.interfax.ru/russia/1112852
ФНС России — постановление №1074 и налоговые меры поддержки пострадавших при атаках на объекты RWB продавцов.
https://www.nalog.gov.ru/rn77/news/activities_fts/16645042/
РБК — заявление замминистра финансов Алексея Сазанова о подготовке налоговых изменений для учета расходов на защиту и восстановление объектов.
https://www.rbc.ru/economics/21/09/2026/6ab10fb39a7947b3d2f75e87
Ведомости — планы Минфина внести поправки осенью и возможность распространения изменений на правоотношения 2026 года.
https://www.vedomosti.ru/economics/news/2026/09/21/1230555-minfin-prorabativaet
Интерфакс — предложения РСПП по учету затрат на защиту от БПЛА, возможному отнесению к внереализационным расходам и учету средств, переданных силовым структурам.
https://www.interfax.ru/1118179
Коммерсантъ — налоговые изменения по затратам бизнеса на антидроновые системы и восстановление объектов.
https://www.kommersant.ru/doc/8972117
ФНС России — ставка налога на прибыль организаций в 2026 году — 25%.
https://www.nalog.gov.ru/rn48/news/activities_fts/16594025/
EcomHub — рынок антидроновых систем для бизнеса: 441,3 млн рублей публичных коммерческих закупок в I полугодии 2026 года.
https://ecomhub.ru/tenderplan-sk-capital-kontur-zakupki-russia-antidrone-systems-uav-warehouses-logistics-security-b2b-market-2026/
EcomHub — федеральная налоговая поддержка продавцов Wildberries после атак на логистические объекты.
https://ecomhub.ru/wildberries-sellers-tax-deferral-government-support-ecomhub-research-2026/
EcomHub — обзор поддержки бизнеса и продавцов после серии атак на склады Wildberries.
https://ecomhub.ru/wildberries-wb-bank-sber-vtb-chamber-commerce-opora-russia-sellers-compensation-bankruptcy-support-warehouse-attacks/
EcomHub — страхование товаров и складских рисков после атак БПЛА.
https://ecomhub.ru/wildberries-ozon-sellers-drone-insurance-warehouses-inventory-fulfillment-logistics-2026/