Маркетплейсы и селлеры хотят сделать то, что не удалось продуктовому ритейлу — отдать на благотворительность
Да, вы правы, фудшеринг, не то, что отдача неходовых товаров со складов маркетплейсов на благотворительность. И если маркетплейсы и селлеры захотят отдать неликвид благотворительным организациям и зачесть в налогооблагаемую базу, то вероятность удачи инициативы может быть больше. Мо, продукты отдавать на фудшеринг — много вопросов к безопасности, а там же нонфуд.
Так, да не так. Одним из главных противников фудшеринга выступал Минфин — ему грезятся махинации и потери налогов. И названное экспертами число в 30% потенциальной благотворительности точно заставит главного охранителя пустой кубышки сделать стойку.
Странно, что ещё не воспротивились селлеры, ведь если их не будут спрашивать, то товары точно так же, как в случае с утилизацией, будут торговаться по демпинговым ценам и сбивать продажи самих селлеров.
🛒 Маркетплейсы и селлеры готовятся передавать неликвидные товары на благотворительность
В России обсуждают инициативу по передаче товаров с низкой оборачиваемостью от маркетплейсов благотворительным организациям. Такой шаг поможет уменьшить расходы на хранение и утилизацию, а также предоставит селлерам налоговые льготы.
📦 Проблема неликвидных товаров:
- До 30% товаров остаются нереализованными в течение 90 дней.
- Стоимость низкооборачиваемых запасов оценивается в 50–300 млрд руб.
- Маркетплейсы и селлеры несут значительные расходы на хранение: от 0,25 до 0,5 руб. за литр товара в день.
🏷 Основные причины:
- Продукция, которая не пользуется спросом (например, из-за цвета).
- Небольшие селлеры не имеют средств на логистику и возврат.
- Утилизация товаров иногда обходится дешевле, чем их хранение.
✨ Решение: передача на благотворительность
- Товары можно передавать НКО, избавляя продавцов от лишних затрат.
- Взамен продавцы получат налоговые преференции: стоимость переданных товаров может быть списана в расходы, до 1% годовой выручки.
- Инициатива обсуждается с фондами, которые формируют списки нужных вещей, включая регионы вблизи боевых действий.
🏢 Роль маркетплейсов:
- Wildberries: товары с низкой оборачиваемостью занимают несколько процентов складов. Селлеров стимулируют вывозить продукцию.
- Ozon: бесплатное хранение до 120 дней, затем — вывоз или платное хранение.
🔑 Возможные сложности:
- Маркетплейсы не являются владельцами товаров, решение о передаче благотворителям должны принимать селлеры.
- Необходимо выстроить систему, соединяющую НКО с продавцами, чтобы избежать злоупотреблений.
Инициатива может снизить затраты бизнеса и поддержать 220 тысяч НКО, 54% которых испытывают нехватку материальных средств. Это не только эффективный способ управления неликвидными запасами, но и вклад в развитие гражданского общества.
Подробности от Ъ
Продавцы и маркетплейсы договариваются о внедрении практики прямой передачи нераспроданных товаров благотворителям. Сейчас 30% отгружаемой продукции реализуется дольше оптимальных 90 дней, совокупная стоимость таких запасов может достигать 300 млрд руб. Безвозмездная передача избавит продавцов от расходов на вывоз или утилизацию этого имущества, а также даст возможность получить налоговые льготы.
К 20 февраля будет проработан вопрос прямой передачи благотворителям товаров со складов маркетплейсов. Это нужно в том числе для уменьшения объема низкооборачиваемой продукции, говорится в протоколе по итогам заседания комиссии по созданию условий саморегулирования в электронной торговле при Минпромторге (копия есть у “Ъ”). В министерстве “Ъ” оперативно не ответили. Но член комиссии Ефим Алдухов подтвердил факт обсуждения. Президент Ассоциации представителей электронной торговли Алексей Москаленко говорит, что с инициативой изначально выступили селлеры. Ассоциация компаний интернет-торговли (АКИТ) и Wildberries, по его словам, ее поддержали.
Президент АКИТ Артем Соколов поясняет, что средний показатель оборачиваемости товаров на маркетплейсах — 45–60 дней. Распродать товар, хранящийся на складах более 90 дней, уже сложно.
Такой груз становится обременением для бизнеса: селлеры несут расходы на его хранение на складах маркетплейсов, лишаются возможности закупить новую партию, поясняет он.
Основатель агентства «Шольчев» (занимается продвижением на маркетплейсах) Евгений Шольчев говорит, что тарифы на хранение продукции сильно варьируются. В среднем это 0,25–0,5 руб. за 1 л в день (исходя из объемов занимаемого пространства).
Ефим Алдухов говорит, что продажи со складов маркетплейсов ведут небольшие и средние предприниматели, у которых нет средств на собственную логистику. За 90 дней, по его словам, не удается продать до 30% отгружаемых товаров. «Это может быть качественная продукция, которая была выпущена, например, в непопулярном цвете»,— поясняет он.
Общая стоимость низкооборачиваемых складских запасов, по мнению господина Алдухова, может варьироваться в диапазоне от 50 млрд до 300 млрд руб. Руководитель Института развития предпринимательства и экономики Артур Гафаров говорит, что обязательств по срокам вывоза у селлеров нет. Для продавцов, по его словам, потенциальные расходы на возврат дешевых товаров (открытки, чехлы) могут быть выше, чем их стоимость.
Большие объемы неликвидного товара создают сложности и для маркетплейсов. На складе может не быть места для востребованной продукции, это проблема в период высокого спроса, поясняет Артем Соколов. В Wildberries пояснили “Ъ”, что товары с низкой оборачиваемостью занимают несколько процентов складских площадей компании. Для того чтобы оптимизировать объем, компания стремится стимулировать селлеров к их вывозу и перераспределению. В Ozon хранить продукцию на складах компании бесплатно можно 90–120 дней, затем вывоз либо платная услуга. Склады маркетплейса не предназначены для долгосрочного хранения товаров, сообщили “Ъ” в компании.
Маркетплейсы, по словам Ефима Алдухова, стимулируют селлеров реализовывать невостребованную продукцию с дисконтом. Но продавцам это невыгодно: может снижаться спрос уже на другие, более ликвидные наименования. Зампред адвокатской коллегии «Сулим и партнеры» Даниил Черных-Аипов замечает, что обычно есть еще возможность утилизировать низкооборачиваемые товары. Это зачастую дешевле, чем хранить их, но тоже предполагает затраты, поясняет он.
Передача части товаров на благотворительность может быть предпочтительной, позволяя получить налоговые преференции. Если облагаемая база — это разница доходов и расходов, стоимость товаров может быть отнесена к расходам, составляя до 1% годовой выручки, поясняет господин Алдухов.
По его словам, вопрос передачи товаров с низкой оборачиваемостью прорабатывается с несколькими фондами: предполагается, что они будут формировать список необходимых вещей, которые могут направлены, в частности, в регионы вблизи боевых действий. Директор Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ ВШЭ Ирина Мерсиянова обращает внимание на то, что в России сейчас 220 тыс. некоммерческих организаций (НКО). 54% структур сталкиваются с недостатком материальных средств. Эксперт поясняет, что пожертвования в натурально-вещественной форме составляют важный источник поступления НКО. Организации работают с самыми разными категориями благополучателей, замечает она.
Сложности, по мнению госпожи Мерсияновой, могут возникнуть лишь с тем, чтобы соединить НКО с конкретной площадкой и исключить возможности злоупотреблений.
Господин Черных-Аипов замечает, что маркетплейсы, не выступая владельцами товаров, не могут самостоятельно принимать решения об их передаче третьему лицу. Он предполагает, что реализация продукции на благотворительность может быть записана в договоре, но инициатива должна исходить от селлера.
