Закон о поддержке «Почты России»: главное — не то, что приняли, а то, что из него вычеркнули

Госдума приняла закон о поддержке Почты России. Формально он подаётся как модернизация почтовой отрасли: электронная почтовая система, цифровые ящики на Госуслугах, новые полномочия по доставке юридически значимых сообщений, возможность привлекать подрядчиков и дополнительные платные сервисы. Но в этой истории куда важнее не финальный текст закона, а то, какие меры из него успели убрать.

Изначально вокруг Почты России выстраивалась куда более жёсткая конструкция: фактически предполагалось переложить часть финансовых проблем госоператора на рынок электронной торговли, маркетплейсы и частные службы доставки. В итоговой версии самые одиозные идеи не прошли.

Контекст у закона простой: Почта России остаётся убыточной. По итогам 2025 года чистый убыток компании по РСБУ составил 18,7 млрд рублей. По МСФО показатель ещё хуже: в раскрытой годовой отчётности за 2025 год чистый убыток вырос до 23,7 млрд рублей, а чистый долг достиг 107,8 млрд рублей. Последний прибыльный год — 2021-й: тогда компания получила 265,99 млн рублей чистой прибыли по РСБУ. Важно, что это было ещё при прежнем руководстве. Михаил Волков пришёл в Почту России уже после этого: его кандидатуру согласовали в конце 2022 года, а формально гендиректором он был назначен в январе 2023-го. Уже по итогам 2022 года компания впервые за девять лет ушла в годовой убыток — 27,22 млрд рублей.

Финальный закон даёт Почте России несколько новых источников дохода и административных преимуществ. На базе Госуслуг должны появиться электронные почтовые ящики для граждан, юрлиц и ИП. Через них можно будет направлять юридически значимые сообщения. Для юрлиц и ИП вводится ежемесячная плата за использование такого ящика, а для физлиц — плата за отправку сообщений. Размеры платы определит правительство.

Также доставка регистрируемых писем от госорганов, ЦБ, госкомпаний, госкорпораций и компаний с госдолей свыше 50% возлагается на федеральную почтовую связь и привлечённых ею лиц. Кроме того, Почта России сможет привлекать юрлиц и ИП для отдельных технологических операций, размещать рекламу на платёжных документах, участвовать в доставке платёжек ЖКУ через Госуслуги, а банки не смогут брать с неё комиссию за приём платежей ЖКУ электронными средствами.

По сути, закон не столько решает проблему эффективности самой компании, сколько создаёт для неё новые защищённые денежные потоки.

Но самое показательное — что из проекта убрали.

Первое — не прошёл сбор 3% с доходов операторов доставки при перевозке межгородских посылок в пользу Почты России. Эта идея выглядела как прямой квазиналог на конкурентов госоператора. По оценкам участников рынка, такая мера могла увеличить расходы маркетплейсов более чем на 90 млрд рублей в год. В итоговый законопроект, направленный Минцифры в правительство, эта норма не вошла.

Второе — из проекта убрали обязанность маркетплейсов открывать пункты выдачи заказов в отделениях Почты России или организовывать доставку товаров через почтовую инфраструктуру. Это была, пожалуй, самая политически токсичная часть инициативы: частные платформы фактически принуждали бы использовать инфраструктуру госоператора, причём не на рыночной логике, а в рамках закона о его спасении.

Третье — в рабочих версиях обсуждались драконовские требования к частным службам доставки. Речь шла о повышении стоимости лицензий с 1 млн рублей до 5–100 млн рублей в зависимости от географии и вида деятельности, а также о требованиях к собственным средствам: 1 млрд рублей для работы в пределах одного населённого пункта и 2 млрд рублей для доставки по всей России. Для малых и средних логистических компаний это могло означать фактическое вытеснение с рынка.

Причём попытка заставить e-commerce платить за Почту России возникла не впервые. Ещё в 2023 году сама Почта России предлагала ввести инфраструктурный платёж 0,5% от квартального оборота маркетплейсов и других игроков электронной торговли с годовой выручкой от 1 млрд рублей. Деньги должны были идти на поддержку убыточной сети отделений. Тогда же предлагалось закрепить за Почтой России статус федерального гарантирующего поставщика товаров e-commerce.

Отрасль выступила резко против. АКИТ заявляла, что платёж от оборота может быть сопоставим с чистой прибылью ряда компаний и привести к росту убытков. Михаил Волков оценивал возможные поступления от такого платежа примерно в 24–25 млрд рублей в год. В ноябре 2023 года премьер Михаил Мишустин инициативу отклонил, но в 2024 году к идее снова вернулись в Совете Федерации.

На этом фоне особенно иронично выглядит ситуация с ремонтом сельских отделений. Именно сельская и труднодоступная сеть постоянно используется как главный аргумент в пользу поддержки Почты России. Но программа модернизации сама стала предметом претензий контролёров. В 2021–2025 годах из федерального бюджета компании выделили более 17 млрд рублей на модернизацию более 3 тыс. отделений в сельской и труднодоступной местности. Счётная палата указывала, что средства использовались недостаточно эффективно, а часть ремонтов шла со срывом сроков.

Позже Почте России назначили штраф 230,6 млн рублей за нарушение условий предоставления бюджетных инвестиций. Проверка показала: к концу 2023 года компания должна была модернизировать не менее 1 282 отделений, а к концу 2024 года — ещё 773. Фактически было модернизировано 767 и 664 соответственно. То есть 624 отделения остались без ремонта, а в отчётах, направленных в Минцифры, по данным аудиторов, содержались недостоверные сведения о количестве модернизированных объектов.

В итоге закон о поддержке Почты России стал компромиссной версией куда более жёсткого проекта. Прямой сбор с маркетплейсов не приняли. Обязательные ПВЗ в отделениях не приняли. Дорогие лицензии и миллиардные требования к капиталу для доставщиков в финальный контур не прошли.

Но сам вектор остался: государство ищет для Почты России новые гарантированные денежные потоки и защищённые зоны, вместо того чтобы сначала предъявить к компании жёсткий вопрос об эффективности. Особенно на фоне того, что последняя прибыль была ещё до нынешнего руководства, убытки стали хроническими, а программа ремонта сельских отделений уже сопровождалась претензиями Счётной палаты, штрафами и недостоверной отчётностью.

Поэтому главный вывод из принятого закона такой: Почту России спасают, но не через рыночную перестройку бизнеса, а через расширение её административных преимуществ. И если самые драконовские меры пока удалось вычеркнуть, это не значит, что идея переложить часть стоимости спасения госоператора на e-commerce окончательно снята с повестки. История с платежом 0,5% в 2023 году, возвратом этой идеи в 2024-м и попыткой обсуждать 3% сбор в 2026-м показывает обратное.

Автор: Семко Сергей, ведущий аналитик Data Insight