🏗 Путин поручил государству участвовать в восстановлении складов
⠀
19 августа Владимир Путин поручил правительству подготовить программу восстановления повреждённых логистических и складских мощностей с участием государства и на «качественно новом технологическом уровне».

Wildberries напрямую не назывался, но поручение прозвучало после серии атак на инфраструктуру RWB. Это уже заметный поворот: восстановление крупных складов фактически признаётся не только задачей владельца, но и вопросом государственной политики.
⠀
👉 💰 Масштаб — сотни миллиардов рублей

По оценке Сергея Семко, ведущего аналитика Data Insight, площадь непосредственно поражённой инфраструктуры Wildberries достигла 1,70–1,87 млн кв. м.

Восстановление складов может потребовать 186,6–270,7 млрд рублей, а вместе с демонтажом, вывозом отходов и подготовкой площадок — 214,6–338,3 млрд рублей.

Но стоимость находившихся на пострадавших объектах товаров оценивается ещё выше — 518,0–571,2 млрд рублей.
⠀
👉 📦 Восстановить склад — не значит восстановить селлера

Склад принадлежит Wildberries или собственнику недвижимости.

Товар внутри — предпринимателям.

Государство может субсидировать строительство, кредиты, инфраструктуру и процентные ставки. Но селлеру, потерявшему несколько миллионов рублей оборотного капитала, новый склад через год или два не возвращает товар сегодня.

У него остаются кредиты, поставщики, налоги, зарплаты и необходимость закупать новую партию.
⠀
👉 🏛 Регионы уже начали считать потери

Нижегородская и Самарская области формируют реестры пострадавших продавцов.

Кузбасс уже запустил льготные займы до 2 млн рублей от 7% годовых, реструктуризацию и отсрочки.

То есть постепенно складываются две параллельные программы: федеральная — для инфраструктуры и региональная — для пострадавшего малого бизнеса.
⠀
👉 🛡 Новый технологический уровень должен означать не только роботов

Если государство участвует в восстановлении, логично одновременно менять саму архитектуру безопасности:

— рассредоточение запасов;
— резервные мощности;
— секционирование складов;
— усиленное пожаротушение;
— новые страховые механизмы;
— быстрый перевод товарных потоков между площадками;
— а может быть заключение мира уже наконец.

Иначе получится восстановление прежней концентрации риска, только в более дорогой технологической оболочке.
⠀
📌 Главный вопрос теперь уже не в том, будет ли государственная помощь.

Она будет. Вопрос — кому именно она достанется.

Если программа ограничится восстановлением зданий, она закроет лишь часть экономического ущерба.

При оценке товарных потерь в 518–571 млрд рублей помощь селлерам должна становиться отдельной частью программы: через компенсации, кредитные каникулы, налоговые отсрочки, льготное оборотное финансирование и гарантии.

Иначе получится простая конструкция: стены восстановили, а бизнес тысяч предпринимателей оставили восстанавливаться самостоятельно.

Путин поручил государству участвовать в восстановлении складов. Но кто восстановит бизнес селлеров — пока не сказано

Владимир Путин 19 августа поручил правительству подготовить программу восстановления логистических и складских мощностей, повреждённых в результате атак. Президент заявил, что восстановление должно идти в том числе при участии государства и на «качественно новом технологическом уровне».

Формально Wildberries в поручении не назывался, однако оно прозвучало после серии атак на логистическую инфраструктуру RWB и на фоне уже начавшейся федеральной и региональной работы по поддержке продавцов, потерявших товар.

Это существенный поворот. Ещё несколько недель назад главным вопросом было, должен ли кто-либо, кроме самого бизнеса, оплачивать последствия разрушений. Теперь на уровне президента фактически признано: восстановление критически важной складской инфраструктуры — задача не только владельца объектов, государство также должно в ней участвовать.

Но пока это политическое решение верхнего уровня. Главной конкретики в нём ещё нет. Не названа сумма программы, не определена доля государства, не раскрыт механизм финансирования и не обозначены сроки. И главное для десятков тысяч предпринимателей — ничего не сказано о том, кто будет восстанавливать не бетон, металлоконструкции и конвейеры, а уничтоженный внутри складов товар.

Что именно поручил Путин

На совещании президент заявил, что повреждённые логистические и складские мощности необходимо восстанавливать с участием государства.

Отдельный акцент сделан на том, что новые объекты должны строиться на более высоком технологическом уровне. В более широком разговоре о развитии экономики Путин говорил об автономных системах, роботизации, цифровых платформах и искусственном интеллекте.

Поэтому под «новым технологическим уровнем» может подразумеваться не простое восстановление сгоревших зданий в прежнем виде, а создание более автоматизированной и устойчивой логистической инфраструктуры.

Но технологичность сама по себе проблему не решает.

Если на месте уничтоженного склада построить ещё более крупный и дорогой автоматизированный объект и снова сконцентрировать внутри товары тысяч предпринимателей, сохраняется та же главная уязвимость — огромный объём бизнеса оказывается собран в одной точке.

Масштаб разрушений уже огромен

По оценке Сергея Семко, ведущего аналитика Data Insight, на 16:46 19 августа 2026 года общая известная площадь атакованных объектов Wildberries составляет 2,70–2,95 млн кв. м.

Площадь непосредственно поражённых складов и инфраструктуры оценивается в 1,70–1,87 млн кв. м.

Это примерно 32,6–35,9% от всей складской сети RWB площадью около 5,2 млн кв. м.

То есть речь уже идёт не о нескольких локальных происшествиях. По верхней оценке поражена площадь, сопоставимая более чем с третью всей логистической инфраструктуры группы.

Стоимость товаров, находившихся на пострадавших объектах, Сергей Семко оценивает в 518,0–571,2 млрд рублей.

Это принципиально важная цифра. Она показывает, что товарные потери потенциально значительно превышают стоимость самих складских зданий.

Восстановление складов может потребовать до 338 млрд рублей

По оценке Сергея Семко, восстановление повреждённых складов и инфраструктуры может стоить 186,6–270,7 млрд рублей.

Если добавить:

• демонтаж разрушенных конструкций;
• вывоз строительных отходов;
• очистку площадок;
• рекультивацию;
• подготовку территории к новому строительству,

общая стоимость увеличивается до 214,6–338,3 млрд рублей.

Получается очень крупный инвестиционный проект даже для компании масштаба Wildberries.

А если сопоставить эту сумму с оценкой стоимости товара в 518,0–571,2 млрд рублей, становится особенно хорошо видно, почему одних программ восстановления зданий недостаточно.

Даже по верхней оценке восстановление самой инфраструктуры стоит существенно меньше находившегося внутри неё товара.

Восстановить склад — не значит восстановить e-commerce

Склад принадлежит Wildberries или владельцу недвижимости.

Товар внутри него принадлежит селлерам.

Именно здесь проходит главное разделение интересов.

Государство может помочь построить новое здание.

Можно субсидировать ставку по кредиту.

Можно дать налоговые льготы на строительство.

Можно ускорить согласования.

Можно профинансировать инфраструктуру.

Но предпринимателю, который потерял условные 5 млн рублей товара, от нового склада через два года не становится легче сегодня.

У него остаются:

• кредиты на закупку;
• обязательства перед поставщиками;
• налоги;
• зарплаты;
• аренда;
• расходы на рекламу;
• обязательства перед банками;
• необходимость срочно закупать новую партию;
• потерянный оборот.

Поэтому восстановление Wildberries и восстановление бизнеса его продавцов — две разные задачи.

И государственная программа должна учитывать обе.

Федеральная работа началась ещё до сегодняшнего поручения

Ещё в конце июля вице-премьер Александр Новак поручил Минэкономразвития, Минфину, ФНС и Банку России проработать меры поддержки предпринимателей, пострадавших после атак на склады.

Теперь поручение президента поднимает вопрос на следующий уровень: государство будет участвовать уже не только в поддержке отдельных компаний и селлеров, но и непосредственно в восстановлении логистических мощностей. Интерфакс также сообщал о поручении проработать субсидирование процентной ставки по кредитам на их восстановление.

Вероятный механизм — не прямое бюджетное строительство складов, а сочетание нескольких инструментов:

льготные кредиты;

субсидирование процентной ставки;

налоговые послабления;

госгарантии;

ускоренные административные процедуры;

поддержка инфраструктуры.

Но пока параметры не названы.

Чего сегодня не хватает в поручении

Первое — суммы.

При оценке восстановления инфраструктуры в диапазоне 186,6–270,7 млрд рублей, а с демонтажом и рекультивацией — до 338,3 млрд рублей, совершенно принципиально понимать масштаб участия государства.

10 млрд рублей и 150 млрд рублей — это две совершенно разные программы.

Второе — понятного механизма.

Будут ли это бюджетные субсидии, дешёвые кредиты, компенсация процентов, гарантии или инвестиционные льготы.

Третье — критериев получения помощи.

Речь только о RWB или о любой крупной складской инфраструктуре, пострадавшей в результате аналогичных атак?

Четвёртое — сроков.

Строительство логистического комплекса на сотни тысяч квадратных метров занимает месяцы и годы.

Пятое — помощи селлерам.

Это самая большая пока пустота.

По оценке Сергея Семко, стоимость товаров на пострадавших объектах уже достигает 518,0–571,2 млрд рублей.

Если государственная программа охватит только недвижимость, она затронет меньшую часть всей экономической проблемы.

Шестое — безопасность новых объектов

Формулировка о «новом технологическом уровне» должна означать не только больше роботов.

Нужна новая архитектура безопасности.

В неё должны входить:

• рассредоточение запасов;
• резервные складские мощности;
• возможность быстро переключать товарные потоки;
• секционирование больших складов;
• усиленные системы пожаротушения;
• защищённая энергетика и связь;
• резервирование критических систем;
• средства раннего обнаружения угроз;
• физическая защита наиболее важных объектов;
• планы быстрого вывоза товара;
• страховые механизмы;
• резервные фулфилмент-площадки.

Если новая инфраструктура не будет учитывать возможность повторения атак, государство просто профинансирует восстановление прежней уязвимости в более современной упаковке.

Регионы одновременно начали считать потери селлеров

Практически параллельно с федеральной работой одинаковый процесс пошёл сразу в нескольких субъектах.

В Нижегородской области власти формируют реестр предпринимателей, потерявших товар на складах Wildberries: к 13 августа официально обратились около 80 селлеров, которым предложено провести инвентаризацию и передать региональному Минпрому сумму убытка.

В Самарской области центр Мой бизнес также формирует реестр пострадавших селлеров, чтобы оценить ущерб и разработать инструменты господдержки. Одновременно предпринимателям дали механизм официального подтверждения потерь и получения статуса потерпевшего.

Кузбасс уже перешёл от подсчёта к конкретной помощи: регион запустил программу «Защита» с микрозаймами до 2 млн рублей под ставку от 7%, реструктуризацией действующих займов, отсрочкой основного долга до шести месяцев и другими мерами.

Получается хорошо заметная последовательность: регионы находят своих пострадавших предпринимателей, считают потери, формируют реестры и начинают подбирать меры поддержки.

Сегодня этот процесс получил продолжение уже на федеральном уровне — президент поручил готовить программу восстановления самой логистической инфраструктуры.

И всё это происходит непосредственно перед выборами

До выборов в Госдуму остаётся месяц.

И нынешняя активизация очень хорошо вписывается в уже знакомую предвыборную логику.

Кандидатам и чиновникам Единой России летом неоднократно рекомендовали меньше проводить формальные встречи в кабинетах и больше выходить к людям, искать локальные проблемы, демонстрировать заинтересованность и брать вопросы на контроль.

В одной из методичек формула звучала практически буквально:

«Проявляйте заботу, берите вопрос на контроль, давайте обратную связь».

Селлеры Wildberries для такой работы — почти идеальный кейс.

Есть конкретные люди.

Есть конкретные суммы.

Есть понятная беда.

Можно открыть горячую линию.

Можно собрать реестр.

Можно поручить министру разобраться.

Можно объявить льготный заём.

Можно показать работу губернатора.

Поэтому настоящим тестом будет не август.

Настоящим тестом станет то, что произойдёт после сентябрьских выборов.

Если реестры превратятся в реальные налоговые и кредитные программы, компенсации и инструменты восстановления оборотного капитала — значит произошёл реальный сдвиг.

Если интерес начнёт исчезать вместе с окончанием кампании — нынешняя активность получит совсем другую оценку.

Две трети аудитории не верят, что Wildberries восстановится самостоятельно

На этом фоне особенно интересно выглядит опрос аудитории Telegram-каналов Около ритейла и eComHub.

В опросе распределились 186 содержательных ответов:

• 60 человек — 32,3% — считают, что Wildberries сможет восстановиться самостоятельно;
• 36 человек — 19,4% — считают, что не сможет;
• 90 человек — 48,4% — считают, что восстановление возможно только при помощи государства.

Главный показатель здесь — не только почти половина голосов за государственную помощь.

Если объединить два варианта, в которых компания не способна полностью восстановиться своими силами, получается 67,7%.

То есть примерно две трети опрошенных считают, что самостоятельного восстановления либо не будет вообще, либо для него потребуется помощь государства.

При этом 80,6% всё же считают восстановление возможным — самостоятельно или с государственной поддержкой.

Сегодняшнее поручение президента фактически делает наиболее популярный сценарий опроса официальной государственной политикой: государство действительно собирается участвовать в восстановлении.

Но деньги государства должны идти не только в бетон

При оценке ущерба становится особенно хорошо видно, где находится главное противоречие.

Поражено до 1,87 млн кв. м инфраструктуры.

Её восстановление может потребовать до 338,3 млрд рублей с учётом полного комплекса работ.

Но стоимость товаров на пострадавших объектах оценивается уже в 518,0–571,2 млрд рублей.

То есть главный финансовый актив внутри этих зданий принадлежал вовсе не владельцу складов.

Он принадлежал предпринимателям.

Если государство признаёт складскую инфраструктуру настолько важной, что готово участвовать в её восстановлении, логично признать системно важными и тех, чей товар обеспечивал работу этой инфраструктуры.

Иначе получится странная конструкция:

стены восстановим;

конвейеры восстановим;

роботов купим;

а предпринимателям, чей товар лежал между этими конвейерами, скажем снова начинать бизнес с нуля.

Нужна программа минимум из трёх частей

Первая — восстановление непосредственно складов.

Вторая — восстановление оборотного капитала селлеров.

Третья — безопасность и создание условий, при которых подобный масштаб разрушений не повторится.

Для селлеров возможный набор мер выглядит достаточно очевидно:

• компенсация хотя бы части закупочной стоимости уничтоженного товара;
• налоговые отсрочки;
• кредитные каникулы;
• льготное рефинансирование;
• государственные гарантии;
• оборотные кредиты по субсидированной ставке;
• приостановка взысканий;
• специальные страховые механизмы;
• поддержка производителей, потерявших одновременно товар и канал продаж.

Именно такой набор превращает программу из помощи владельцу недвижимости в восстановление электронной коммерции как отрасли.

Главный вопрос теперь не «будет ли помощь», а кому именно она достанется

После поручения президента сам факт государственного участия уже не является предположением.

Оно будет.

Теперь важны параметры.

Если помощь ограничится дешёвыми кредитами Wildberries на строительство новых складов — это одна история.

Если государство одновременно начнёт восстанавливать оборотный капитал селлеров — совершенно другая.

По оценке Сергея Семко, разница между этими двумя задачами измеряется сотнями миллиардов рублей:

186,6–270,7 млрд рублей — восстановление складов и инфраструктуры;

214,6–338,3 млрд рублей — если учитывать демонтаж и рекультивацию;

518,0–571,2 млрд рублей — стоимость товаров на пострадавших объектах.

Это и есть реальный масштаб вопроса.

Путин сегодня фактически ответил на одну его часть: государство поможет восстановить инфраструктуру.

Теперь бизнесу нужен ответ на вторую:

кто поможет восстановить то, что находилось внутри?

Источники

EcomHub. «Меры поддержки» от RWB, банков и ассоциаций селлерам после пожара
https://ecomhub.ru/wildberries-sellers-support-no-damage-compensation/

EcomHub. Wildberries начал выплаты пострадавшим селлерам и готовит «симулятор продаж»
https://ecomhub.ru/wildberries-starts-seller-payouts-and-develops-sales-simulator/

EcomHub. Два пожара Wildberries: сколько товара могло пострадать и получат ли селлеры компенсации
https://ecomhub.ru/wildberries-warehouses-fire-kotovsk-elektrostal-sellers-goods-compensation-drone-attacks-offer-98/

Интерфакс. Путин поручил принять программу восстановления повреждённых складских мощностей
https://www.interfax.ru/business/1110133

Коммерсантъ. Новак поручил создать меры поддержки бизнеса после атак на склады Wildberries
https://www.kommersant.ru/doc/8848535

Коммерсантъ. Пособие по уходу за избирателем. Кандидатам-единороссам разъяснили тонкости выборов в Госдуму
https://www.kommersant.ru/doc/8848599

Коммерсантъ. Единая Россия пойдёт по дворам. Депутатам-единороссам разъяснили, как общаться с избирателями в предвыборный период
https://www.kommersant.ru/doc/8780632